Летний снег
Шрифт:
Все эти дни я продолжать дразнить её, не переходя определённую черту. По правде говоря, её взгляды начинали меня нешуточно беспокоить. Куда делась депрессия? Гормоны явно доедали её труп и пожирали глазами меня.
Впрочем, я не мог сказать, что характер Коюки кардинально изменился. Она всё также оставалась холодной и колючей… Ко всем, за исключением меня.
— Почему бы тебе не заговорить с кем-то из коллег, сестрёнка? — спросил я с мягкой улыбкой, и, как всегда, при использовании этого обращения её щеки слегка зарумянились.
—
— Неужели моей дорогой сестрёнке Юкие не хочется наладить отношения с её съёмочной группой? — спросил я, немного забавляясь и играя голосом. Принцесса содрогнулась всем телом, но быстро вернула самообладание, обиженно надувшись.
— Вот же стервец. …Ты знаешь, почему. Я проработаю с ними ещё годы, а ты исчезнешь из моей жизни меньше, чем через месяц.
— Обещаю, что наше общение на этом не закончится, — попытался я её утешить. На самом деле, даже знай она правду, я не мог гарантировать постоянного контакта, так как не планировал большую часть своего времени пребывать в стране Снега. С другой стороны, возможно так будет лучше, если по итогу моей игры ей не захочется проводить много времени рядом со мной.
— Я ловлю тебя на слове, Ши-ро-кун, — проговорила она мой псевдоним с таким чувственным тоном, что по мне забегали мурашки. С некоторых пор она вняла моему совету и начала использовать свои актёрские навыки в повседневной жизни… Против меня. Исключительно против меня.
Мне оставалось лишь развести руками. Прогресс есть прогресс, пусть и однобокий. Пусть тренируется на мне, если ей пока так удобней.
— Не уводи разговор в сторону, — пожурил я её. — Я же вижу, что ты всё ещё сторонишься ребят. Они совсем не страшные и не кусаются, я проверял.
Коюки фыркнула в ответ, сложив руки на груди.
— Первое впечатление так просто не изменить. Да и что я им скажу?
— Извинись за холодное обращение, расскажи про тяжёлое детство. Поверь, они не будут глубоко копать.
— Хорошие отношения с лжи не начинаются, — возразила она, скривившись.
— Разве наше общение не началось со лжи? — задал я ответный вопрос, весело усмехнувшись двойному значению.
Коюки запнулась и не нашла, что ответить, вместо этого молча зыркнув.
Спустя пару секунд она собралась с мыслями и, наконец, выдала:
— Это другое!
— Хорошо, хорошо, сестрёнка, не кипятись, — я снисходительно похлопал её по ноге. Судя по её лицу, реплика возымела эффект, и она закипела ещё сильней. Атаковав на упреждение, я вернул разговор в прежнее русло, сменив тон на серьёзный. — Ложь всего лишь инструмент. Я сильно сомневаюсь, что ты желаешь коллегам зла. К тому же, наладив с ними контакт, ты, как минимум, избавишь их от одной заботы и подаришь позитивные эмоции. Неужели ложь во благо хуже холодной правды?
— Мне бы хотелось, чтобы они видели настоящую меня, — пробормотала принцесса, отвернувшись.
— Тогда, может
— Только посмей, стервец! — погрозила она мне пальцем. — К тому же, никто из них… Ну… В общем, не сработает! — добавила она твёрдо.
— Никто из них не обладает неотразимой внешностью этого молодого мастера? — спросил я, подняв высокомерно подбородок, после чего моя причёска опасно затряслась. Нужно поаккуратней мотать головой.
— Мы в гриме, простофиля, — ответила она снисходительно. — И не входи в свою роль вне работы, мне сложно сдерживать порыв отвесить тебе пощёчину. Это отвлекает.
Перевод: желание заехать мне по наглой роже вкупе с сексуальным напряжением вызывает странную смесь эмоций.
…А это довольно забавно…
Нет, не время отвлекаться.
— Почему игра в обычной жизни так беспокоит тебя? — спросил я серьёзно. — Я же вижу, ты наслаждаешься своей работой, для тебя это не тяжкий труд, который надо выполнять через силу. Так в чём причина?
— Не то чтобы я боялась, — начала она, неловко пожав плечами. — Просто… Не знаю. Это очень одиноко, когда никто не видит тебя настоящего. Я уже всласть натерпелась этого ощущения до того… До того, как встретила тебя, — призналась она, в очередной раз покраснев. Мило.
— В этом твоя ошибка, Юкие. Тебе не нужно притворяться совсем другим человеком, — ответил я. — Маски являются частью нас самих. Как я уже упоминал, подавляющее большинство людей используют их неосознанно, потому что они помогают в общении. Помогают правильно подать твоё «настоящее я» под правильным углом. Возьмём, к примеру, тебя, — внезапно добавил я с усмешкой.
Коюки напряглась, с опаской сощурив глаза.
— Ну давай, удиви меня.
— Твоё «настоящее я» многогранно, как и у всех нормальных людей. Ты, как мне кажется, слишком концентрируешься на одной из этих граней. Например, я знаю, что в свои выходные ты любишь проводить в полулежачем состоянии, забив на гигиену, косметику и приличную одежду, смотря кино в обнимку с вином.
— Как ты?! — тихо воскликнув, чуть не вскочила она, но в самый последний момент остановилась, вспомнив о хрупкой причёске. — Нет, погоди-ка… Ты опять сделал этот свой трюк с прочтением, не так ли? — догадалась она. Довольно быстро, но ожидаемо. В нашей игре не только я изучал её, но и она меня.
— Это называется профилированием, — поправил я. — Если тебе известно достаточно о человеке, спрогнозировать его или её привычки и поведение становится намного проще.
— Порой мне кажется, что ты знаешь меня лучше, чем я сама, — сказала она, поёжившись.
— Неуютное ощущение, неправда ли? — спросил я со слабой усмешкой. Коюки задумчиво кивнула. — А теперь представь, что все вокруг знают эту твою грань, «настоящую тебя». Без лжи, без прикрас и оправданий.
Судя по выражению ужаса на её лице, образ вышел красочным.