Летний снег
Шрифт:
В какой-то мере растущая слава «Юкие» шла нога в ногу с растущей популярностью кино, подпитывая друг друга. И благодаря тому, что большинство зрителей входили в элиту общества, деньги в индустрию вливались нешуточные. Отсюда и бешеные гонорары.
Это при том, что они ещё не освоили денежную силу рекламы.
— Неужели? И сколько платят, ну, например, вам, Широ-сан? — спросила она скептически.
— За мою роль в «Ползущем Тигре, Скачущем Драконе»? Пятьсот тысяч рё.
— Н-но это же… — Коюки поражённо уставилась на меня, слегка приоткрыв
— Да, ровно в тридцать раз меньше, чем сумма вашего контракта, — подтвердил я, весело улыбнувшись. — При этом, я не могу жаловаться. Такое выгодное предложение я получил только потому, что мои пробные выступления настолько понравились режиссёру. Иначе я бы мог рассчитывать тысяч на сто от силы. Больше меня в итоге получил разве что Рен, за роль своего тёзки. Целый миллион рё.
Для сравнения, миллион рё так же платили за выполнение миссий ранга S. Я удивлён, что шиноби проморгали такой способ дохода. С их помощью отпала бы нужда в спецэффектах и каскадёрах. Я подозревал, что вина лежала в пропаганде и однобоком воспитании, но как оно обстояло на самом деле мог лишь догадываться.
Принцесса от таких откровений пребывала в лёгком шоке, и, кажется, усердно проводила вычисления у себя в голове.
— Как… Как они умудряются не помереть с голоду? — спросила она наконец меня, настойчиво ухватив за рукав.
— Юкие-сан… Вы росли в очень богатой семье, не так ли? — ответил вопросом на вопрос я, поймав её взгляд.
Шаг второй — сократить дистанцию.
— К-конечно нет… — начала было она, но, заметив снисходительность в моих глазах, сдалась, недовольно надув губы. — …Это так заметно?
— Очень, — с выражением подтвердил я, мягко похлопав её по ладони в знак утешения. — И не только мне, судя по моим скромным наблюдениям.
— То-то же команда всегда смотрела на меня, будто это я странная, а не они, — с толикой горечи хмыкнула она, отвернувшись.
— Но признаться, есть момент, который от меня ускользает, — добавил я, заставив её вновь посмотреть мне в глаза. — Вы приобрели знаменитость не так уж и давно. Даже такой талантливой актрисе, как Юкие-сан, надо было с чего-то начинать, разве нет? Неужели вам и раньше платили такие баснословные суммы?
Как она могла так быстро позабыть период сразу после побега? Или за ней кто-то всё это время ухаживал? По словам Роги, из замка её спас Какаши, будучи подростком. Коноха решила за ней приглядеть? Но в таком случае, почему сейчас за ней не следят? Я ведь проверял.
Возможно, они решили, что её след простыл, после стольких-то лет, и ассасины от Дото за ней не придут. В то время, как она сама, очевидно, не горела желанием вернуть трон и потеряла потенциальную полезность. Возможно.
Кончики ушей принцессы слегка покраснели в ответ на мои вопросы.
— …Танака-сан всегда был добр ко мне, — Признала она, немного помявшись. — Я… Старалась ответить на заботу прилежной работой. Но… Я даже не подозревала, что настолько
— А вы никогда не пробовали… Сыграть роль в реальной жизни? — спросил я, наклонившись ещё ближе, щекоча её ухо дыханием. Коюки заторможенно замотала головой в отрицании вместо ответа. Кровь начала приливать к её щекам.
— Я… Я не хочу обманывать людей, — сказала она, слегка запнувшись, но затем продолжила более уверенно. — Мне хватает притворства при съёмках. Какой смысл в отношениях, построенных на лжи?
— Разве люди не лгут друг другу по пустякам каждый день? — продолжил я шептать с заговорщическим тоном ей на ушко. — Каждый из нас надевает маску, общаясь. Эти маски могут не сильно отличаться от настоящего Я, но они являются компромиссом между ним и ожиданиями других людей. Как переводчик или дипломат, они доносят нашу суть до собеседника в удобоваримом для общества виде.
— Значит, я сейчас говорю с вашей маской, Широ-сан? — спросила она с вызовом, на что я обезоруживающе улыбнулся.
— А я — с вашей, Юкие-сан, — парировал я. — Это нормально. Пока что наши маски лишь присматриваются друг к другу, постепенно находя общий язык. Однако, даже углуби мы наши отношения до предела, маски не исчезнут. Они просто изменятся и им станет легче работать переводчиками между нами.
— Такая жизнь… Звучит ужасно депрессивно, — прокомментировала она. — Когда нельзя довериться даже своей любви, в чём смысл? А что насчёт родных людей? Кошмар.
— Отнюдь. Как я упомянул ранее, все мы пользуемся масками, и вы в том числе, — возразил я. — Большинство просто не придаёт этому внимания.
— Да неужели? И какую маску тогда ношу я? — спросила раскрасневшаяся Коюки со смесью возмущения и интриги. Её, казалось, совсем не волновало то, что сидели мы почти в обнимку.
— Холодной, недоступной принцессы, ждущей своего героя, — поведал ей я, заставив её глаза на секунду расшириться в панике, прежде чем она усилием вернула себе спокойствие.
— Позвольте угадать. Вы, получается, носите маску ловеласа, соблазняющий неопытных девиц? — парировала Коюки, стрельнув глазами. Похоже, она таки нашла свой огонёк, вступив со мной в пикировку. Прогресс.
Шаг третий — дать ей привыкнуть ко мне.
— Я младше вас, разве вы не знали? — невинно спросил я. Разумеется она не знала, я специально культивировал впечатление молодого человека на несколько лет старше своего истинного возраста. Для пробития её социальных барьеров с позиции «малолетки» мне пришлось бы приложить в разы больше усилий. Сейчас, когда я её смутил и заинтриговал, повесить этот ярлык на меня будет почти невозможно. Ведь для принцессы гораздо удобоваримей принять меня за «равного» и коллегу, чем признать, что «малолетка» вызвал в ней такие эмоции. К сожалению, в силу моего возраста этот трюк мне пришлось освоить в совершенстве, но не могу сказать, что сожалел о «тренировках».