Лестница лет
Шрифт:
«Маршал и я хотели узнать, не желаете ли вы все поужинать с нами в воскресенье вечером. Ничего особенного! Только мы! И передайте молодой мисс Сьюзи, чтобы она привела этого замечательного Дрисколла. Скажем, в семь часов?»
Би-ип, би-ип, би-ип, би-ип, би-ип. Конец.
– Мы в прошлый раз ходили, – сказала Сьюзи, поглубже устраиваясь на кушетке. – Вычеркни нас.
– Ну я не знаю, – возразил Дрисколл. – Этот крабовый соус, что она подала, был не настолько плох.
– Мы не пойдем, Дрисколл, так что забудь
– Ей просто одиноко, вот и все, – стала объяснять Делия. – Сидит дома с больным коленом, не может никуда выходить.
Над ними что-то стукнуло.
– Что это? – удивилась она.
Стук раздался снова. Точнее, грохот. Бам! Бам! С одинаковыми интервалами, как будто специально.
– Сантехник, – проникновенно сообщил Дрисколл.
– Какой сантехник?
– Он в ванной наверху.
– Я не вызывала сантехника.
– Может быть, доктор Гринстед вызывал?
Делия посмотрела на Сьюзи. Та вежливо взглянула на мать.
– Я не знаю, что нашло на этого человека, – сказала Делия. – Он, как бы это сказать, обновляет, доводит до ума... – Понимая, что никто не слушает, она вышла из комнаты, все еще повторяя: – Обновляет, я имею в виду, приводит дом в порядок. Если это с тем местом на потолке, то, правда, стоило бы подумать.
Делия поднялась по лестнице, встретив по дороге кота, который торопливо и неуклюже бежал вниз. Вернон не выносил громкого шума.
– Эй! – позвала Делия.
Возле ванны скрючился мужчина в комбинезоне, с волосами, завязанными в хвост, и внимательно разглядывал трубы.
– Ну, здравствуйте, – произнесла она. Сантехник обернулся и посмотрел на нее:
– А, привет.
– В чем проблема?
– Пока не могу сказать, – ответил он, не отрываясь.
Делия подождала с минуту, на случай если ему захочется что-нибудь добавить, но она уже догадалась, что он из тех ремонтников, которые считают, что говорить имеет смысл только с хозяином.
Затем Делия прошла в свою спальню, взяла телефон и набрала рабочий номер Элизы.
– Библиотека Пратта, – ответил женский голос.
– Элизу Фелсон, пожалуйста.
– Минуточку.
Делия приткнула подушку к спинке кровати и забралась с ногами на розовое покрывало. Сантехник добрался до ванной между ее комнатой и комнатой отца. Она не могла его видеть, но стук слышался повсюду.
Какую, собственно, информацию можно получить, простукивая протекающие трубы?
__ Извините, – сказал голос, – но мы не можем найти мисс Фелсон. Вы уверены, что она сегодня работает?
– Должно быть, да. Она просила позвонить ей на работу, и дома ее нет.
– Мне жаль.
– Все равно спасибо.
Она повесила трубку. Сантехник насвистывал «Клементину». Пока Делия набирала номер миссис Аллингем, он добрался до спальни, по-прежнему насвистывая, и она смущенно натянула юбку на колени. Ремонтник взялся за миниатюрную дверцу в стене, которая
Семь гудков. Восемь. Терпение. Миссис Аллингем ходила с палочкой, и на то чтобы добраться до телефона, у нее уходили, казалось, годы.
Девять гудков.
– Алло?
– Миссис Аллингем, это Делия.
– Делия, дорогая! Как твои дела?
– Я в порядке, а как вы?
– О, у нас все хорошо, просто прекрасно. Наслаждаюсь отличной весенней погодой! До сегодняшнего дня я почти не помнила, как выглядит солнце.
– Да, я тоже, – согласилась Делия.
Она внезапно почувствовала что-то вроде ностальгии: слегка надтреснутый, скрипучий голос миссис Аллингем так напоминал голоса других женщин, которые жили на улице, где она росла.
– Миссис Аллингем, – сказала она, – Сэм и я с удовольствием придем завтра на ужин, но боюсь, что не сможем взять с собой детей.
– О! – огорчилась миссис Аллингем.
– Они просто заняты. Вы знаете, как это бывает.
– Да, конечно, – вяло произнесла миссис Аллингем.
– Но, может, в следующий раз? Они всегда так рады вашей компании.
– Да, конечно, и мы тоже им очень рады.
– Ну, увидимся завтра в семь, – поспешно закончила Делия, потому что услышала, что Сэм вернулся, а у нее еще был миллион дел. – До свидания!
К этому времени сантехник отставил дверцу в сторону и уставился в недра стены, но она и сама хорошо знала, что там было, и не стала спрашивать его.
На кухне Сэм, прислонясь к кухонной стойке, снимал заляпанные грязью кеды. Он говорил Кэроллу:
– По этим кедровым опилкам скользишь, как на санях.
– Сэм, как ты мог уйти один? – спросила Делия. – Ты же знал, что я буду волноваться!
– Привет, Ди, – ответил муж.
Его футболка промокла от пота, худое лицо с выступающими скулами блестело, а очки запотели. Волосы, которые могли казаться то светлыми, то серыми, настолько неуловимо они поседели, слипшимися прядями лежали на лбу.
–Посмотри на себя, – возмущалась Делия. – Ты пошел бегать один и перегрелся, в то время как доктор тебе сотню раз говорил...
– Чья машина стоит в проезде?
– Машина?
– Там припаркован какой-то фургон.
– Но разве это не кого-то из пациентов?
– Нет, думаю, нет.
– Сантехника, – сообщил, оторвавшись от стакана с апельсиновым соком, Кэролл.
– А, хорошо, – обрадовался Сэм. – Здесь сантехник.
Он поставил кеды на коврик у двери и вышел из кухни, без сомнения, предвкушая содержательную мужскую беседу о клапанах, узлах и прокладках.