Лесоруб

Картер Ченс

Отем вышла из дома, когда огонь разгорелся, и положила одеяло рядом с ним.

— Ты готова сделать все официальным? — спросил Грейди, крепко обнимая ее.

— Оформить наш брак официально?

— Да, перед Богом и перед природой. Мы собираемся заняться любовью здесь, и волки будут знать это.

Она посмотрела ему в глаза и улыбалась:

— О чем ты говоришь?

— Увидишь, — сказал он и поднял ее.

Она обвила ногами его талию, он же, стоя перед огнем, опустил ее тело вниз на его твердый член. Грейди скользнул прямо в нее и почувствовал,

словно он стал больше в размере, чем был до этого. Он полностью заполнил ее. Это было удивительно, что его мужское достоинство смогло поместиться в такое маленькое тело, как у нее.

Отем прижалась к нему, тяжело дыша, когда он начал входить и выходить из нее, делая ее своей, все еще стоя на ногах.

Пока он продолжал пронзать ее снова и снова, она становилась все более и более страстной, целуя его в шею, кусая за ухо и шею.

Когда она стал приближаться к экстазу, он зарычал. Грейди притянул ее крепче к себе, и пока его кульминация становилась все ближе и ближе, он прижался к ней еще сильнее и стал входить в нее более агрессивно. В какой-то момент он упал на колени, его член входил в нее глубже, чем когда-либо. Он растягивал ее, приспосабливая ее тело к своим потребностям, и она кричала от удовольствия и страсти каждый раз, когда он толкался в нее.

Каждый толчок, казалось, был глубже, чем предыдущий.

Она вспотела, и он видел, как блестит ее тело в свете огня. Лунный свет голубым свечением также отражался от ее кожи.

— Мне чертовски нравится то, как ты заставляешь меня чувствовать все это, — задыхаясь, произнесла она.

— Я чертовски обожаю тебя со страстью, которая может уничтожить весь мир, — прорычал он ей в ухо, и продолжил двигаться в ней.

Они оба закричали, и ни один из них не знал, что было больше в этом — боли или удовольствия.

Его оргазм обрушился на него, подобно грому в небесах.

Его сперма выливалась в нее мощной струей, которая бы пролетела несколько метров, если бы не Отем, задержавшая ее своим телом. Он выстреливал несколько раз, и каждая струя заставляла ее кричать.

Он упал на одеяла, и Отем оказалась на нем сверху, извиваясь и двигаясь на нем, выжимая из него каждую каплю удовольствия и спермы.

И когда они кончили, оргазм прошел сквозь них, словно пронесся лесной пожар, все волки вокруг них испустили беспощадный вой в ночное небо. Это было захватывающе и одновременно страшно. Должно быть, их была там сотня, и все они выли, будто бы знали, что именно в этот момент произошла кульминация.

Когда его оргазм, наконец, сошел на нет, Грейди стал задыхаться, втягивая ночной воздух в легкие, словно ему не хватало кислорода. Огонь бушевал, посылая красные угли высоко в небо к звездам.

И Отем прижалась к нему так крепко, крепче, сильнее, чем когда-либо, и заплакала.

Слезами чистой любви.

— Я люблю тебя со всей страстью, которая может уничтожить мир, — сказал он.

Глава 37

Отем

На следующий день Отем чувствовала себя новым человеком. Ей казалось, будто

она наполнена уверенностью и силой, которые не знала никогда прежде. Она больше не чувствовала, что боится пугавших ее до этого вещей.

— Я собираюсь пройтись, — объявила она после завтрака и Грейди кивнул.

— Я должен отвезти Дестини к доктору в город на осмотр, — сказал он. — Я захвачу нам что-нибудь на ланч.

В этот ясный, солнечный денек стремительно таял последний снег. Пройдет совсем немного времени, когда весь лес покроется зеленью. Отем смотрела, как уезжают Грейди с Дестини, потом надела пальто и сапоги и отправилась вниз по дороге по направлению к городу.

Все вокруг было так чудесно, даже окружающий лес, и то, что волки были где-то рядом, не пугало ее. После того что произошло накануне, у нее было такое чувство, словно они с волками теперь стали семьей, и они не навредят ей.

Они приняли ее и Грейди.

Отем точно знала, куда она направлялась, куда собиралась пойти, но ей до этого момента не хватало смелости. В «Гнездо ворона».

Она странно себя чувствовала, пока шла по длинной дорожке к гостинице, и ее мысли вернулись в ночь, когда она только приехала. Она была совсем другим человеком. Робкой и испуганной девчонкой. Теперь же она была женщиной во всех смыслах этого слова, сильной, любимой и знающей свое место в мире.

Хильдегарды, должно быть заметили ее, потому что оба стояли у входной двери, чтобы противостоять ей, когда она подошла.

— Что мы можем сделать для тебя? — спросил мистер Хильдегард, в его тоне не было и следа дружелюбности.

— Ты явилась просить вернуть тебе работу, не так ли, маленькая шлюшка, — сказала миссис Хильдегард.

Отем посмотрела на них обоих, и впервые ей стало их жалко. Как они, должно быть, одиноки и в каком отчаянии, чтобы красть деньги девушки, работавшей на них. Уже не в первый раз она задавалась вопросом, что же случилось с их дочерью, но сейчас было не самое подходящее время спрашивать.

— Я пришла забрать зарплату, — сказала она.

Миссис Хильдегард рассмеялась.

— Ты?

— Да, — подтвердила она, стоя на своем.

— Я тебе скажу, как я расплачусь с тобой, — сказал мистер Хильдегард. — Я заплачу тебе тем, что ты опустишься на колени и отсосешь мне.

Миссис Хильдегард, видимо, решила, что это очень смешно и расхохоталась.

— Это точно, — произнесла она. — Встань на колени, где тебе и положено быть.

— Ты была нанята только для одного, — сказал мистер Хильдегард.

— Для одного? — спросила Отем.

— Твоя тетя сообщила мне, что я залезу в твои трусики за две недели. Вот почему ты была здесь. Но ты так и не раздвинула свои ноги ни на сантиметр.

Отем покачала головой в отвращении. Откуда они взяли такое? Неужели тетя Ширли действительно заставила их в это поверить? Она не могла представить себе, что тетя способна на такое, но потом вспомнила, что когда тетя ревновала, то была способна на все.

Подул холодный ветер, и Отем подняла глаза к небу. Грозные тучи спускались с гор.