Лесоруб

Картер Ченс

— Знаю, милая. Знаю.

— Она была моей лучшей подругой, Грейди. Лучшим другом, который у меня когда-либо был. По крайней мере, пока не появился ты.

Он не знал, что ответить, поэтому просто крепче сжал ее в своих объятиях, и позволил ей плакать, уткнувшись в его шею.

— Она была такой молодой.

— Я так горжусь тобой, Отем, — сказал он. — Ты заботилась о ней, убедилась, что она получила лучшее лечение, и она умерла, зная, что вырастила хорошую дочь.

— Надеюсь, что так, — произнесла Отем. — Мне жаль, что

я не смогу провести еще несколько лет с ней. Она была бы так рада видеть наши отношения, Грейди. Увидеть наш домик в лесу. Думаю, что она могла сказать мне в ответ, когда бы я ей сообщила, что мы собираемся пожениться.

— Она была бы в восторге.

— Теперь она никогда не узнает, какое счастье я обрела.

— О, она знала, Отем. Она видела, к чему все идет.

— Как?

Грейди кивнул.

— Когда мы были здесь в последний раз, и я остался с ней наедине, она совершенно ясно дала понять, что догадывается, куда все движется.

— И она была счастлива?

— Да, — сказал Грейди, подхватывая ее на руки и неся к кровати.

Он положил ее поверх одеяла и прилег рядом с ней.

— Она действительно знала, что это произойдет?

— Она была умной женщиной, Отем. Она знала тебя лучше, чем ты сама себя.

— Думаю, это правда, — заметила Отем.

— Она была счастлива, потому что считала, что ты никогда не останешься в одиночестве после того, как она уйдет.

— Правда?

— Да, и она оказалась права.

— Оказалась права?

Грейди кивнул.

— Отем Лейн, я могу обещать, что ты никогда не будешь одна. Я буду рядом с тобой до тех пор, пока бьется мое сердце.

Отем снова начала плакать, но уже чувствовала, что грусть немного отступила. Грейди держал ее крепко в объятиях. Если бы только он мог забрать ее боль.

Они лежали на кровати достаточно долго, и Отем впала в сонное состояние, измученная событиями этого дня. Пока она спала, Грейди ощутил в душе такую всепоглощающую любовь к ней, и в нем взыграл инстинкт защитника. Он хотел оградить ее от всего плохого, желал держать ее в своих объятиях вечно.

Она пошевелилась во сне, и ему показалось, что ее попка слишком сильно прижалась к его паху. Его член запульсировал, тепло ее тела разжигало его желание. Он нежно погладил ее по груди. Она снова зашевелилась.

— Грейди, — выдохнула она. — Возьми меня.

Молча, он приподнял подол ее черного платья и начал спускать с нее кружевные трусики. Она приподнялась, чтобы помочь ему.

Его рука все еще лежала у нее на груди, он зарылся лицом в ее волосы и вдохнул ее сладкий запах. Она слегка раздвинула ноги, и он, протянув руку, расстегнул свои штаны.

— Сделай это, — выдохнула она.

Он глубоко вошел в нее, потом отстранился и снова толкнулся вперед, удерживая ее на месте, его сильные руки лежали на ее груди. Они оба кончили в течение нескольких секунд, его липкая сперма, которая, как они знали, склеит их судьбы вместе навсегда,

хаотично выплескивалась в ее тело.

Они погрузились в глубокий сон и не просыпались до тех пор, пока утром Дестини не начала возиться в кровати.

Грейди встал, взял малышку на руки и вышел из комнаты, давая Отем возможность выспаться. Он понимал, что она нуждалась в отдыхе.

Они остановились в небольшом доме миссис Лейн, тетя Ширли находилась здесь же.

Она сидела на кухне, когда Грейди вошел туда, и налила ему кофе.

— Как спали? — спросила она

— Как мертвый.

Ее брови приподнялись, не одобряя упоминая смерти в контексте похорон, и Грейди откашлялся.

— Следовало сказать, как ребенок, — поправил себя Грейди, но было слишком поздно.

— Полагаю, что вы и моя племянница захотите продать этот дом как можно скорее, — произнесла она.

— Я ничего не знаю об этом, — заявил Грейди.

— Ну, вероятно, вы отлично знаете, что ваш выбор времени был безупречен. После вашего визита сестра резко изменила мнение. Она оставила все вам и Отем.

— Зачем она так сделала?

— Это вы мне скажите, — процедила Ширли.

— Уверен, что не знаю, — ответил Грейди, готовясь к спору.

Он был слабо знаком с Ширли, но достаточно хорошо понимал, что она легко могла взбеситься, и что она плохо восприняла, что ему и Отем достался, возможно, самый ценный кусок собственности всей семьи Лейн.

— Уверена, что понимаешь. Я видела, как ты, придя в гости, что-то тайно обсуждал с моей сестрицей. Что ты делал? Заключал сделку?

— Сделка — это последнее, что мы могли обсуждать.

— Что она тебе предложила? Заплатить за свое лечение в больнице и предложить свою нищую дочь в обмен на бесплатно доставшийся дом?

— Я вообще не заинтересован в этом доме, Ширли. Заверяю вас.

— Но ты собираешься жениться на Отем, не так ли?

— Думаю, что этот вопрос мы решим с Отем и без вашего участия.

— О, ты так в себе уверен, так ведь? Ты все распланировал.

Грейди закатил глаза. Ему бы даже в голову не пришло отнимать у семьи наследство. За все годы в Братстве он принимал участие во многих грабежах, где ставки были высоки, и смог накопить денег, от суммы которой Ширли бы прослезилась. Стоимость дома не покрыла бы даже сумму, в которую ему ежегодно обходился бухгалтер. И он даже не рассматривал такой вариант.

Он услышал какой-то звук со стороны двери и взглянул вверх, увидев там Отем, спускающуюся вниз и все еще одетую в пижаму. Она выглядела хорошо, отдохнувшей и менее эмоционально уязвимой, чем накануне. Он знал, что его заверения в том, что она никогда не останется одна, что она всегда будет только его, и что ее мать умерла, зная об этом, утешили ее.

Он мысленно вернулся к оргазму, который испытал несколько часов назад, и подмигнул ей.

Отем улыбнулась, но сделала так, чтобы тетя этого не заметила.