Лесной фронт. Дилогия
Шрифт:
— Ну?
— А если подключить детонатор к другому источнику тока?
— Это к какому? — не понял Коля.
Я на пальцах объяснил свою идею о минировании автомобилей противника. Мысль Коле понравилась. Правда, он высказал одно замечание – что, если в машину сядет водитель и заведет ее до того, как туда сядет офицер? На это я, пожав плечами, ответил, что тогда офицер выживет, но штаны ему придется отстирывать. В любом случае внезапные подрывы автотранспорта противника посеют в рядах немцев панику. С этим аргументом Коля согласился, но заметил, что электродетонаторов слишком мало для того, чтобы взрывать автомобили, за рулем которых сидит какой-то ефрейтор или подобная мелочь.
— А если попросить, чтобы нам из-за линии фронта детонаторов подкинули? —
Подумав, Коля согласился и пообещал поговорить на эту тему с командиром. Вторую мою заготовку, ту, которая о двух пластинах с изолирующей прокладкой, Коля отмел с ходу.
— Зачем? — спросил он, внимательно выслушав мое предложение. — Здесь можно поставить обычный нажимной взрыватель – хотя бы те самоделки, которые вы здесь делали, — и не переводить электродетонатор.
На мои возражения о том, что в помещении мину не закопаешь, а предложенный мной ключ можно замаскировать на полу, Коля привел контраргумент, что можно заминировать здание и подорвать заряд взрывной машинкой. Я с ним не был полностью согласен, но решил эту тему обдумать еще раз и, если найду весомые аргументы, вернуться к ней в будущем. Одна идея прошла, и ладно. Уже хоть как-то начал применять свои знания из будущего. А сейчас я почувствовал, что зверски устал. Если, вернувшись в лагерь, я чувствовал себя относительно бодро, то мозговой штурм вытащил из меня все оставшиеся силы. Я посмотрел на небо – вечер уже вступал в свои права – и, решив на следующий день заняться разгрузкой, отправился спать.
* * *
На следующее утро я проснулся еще затемно. Впрочем, несмотря на то, что ночь только начала сдавать свои позиции, жизнь в лагере не замирала. Уже пеклись на кухне лепешки, несли бойцы ведра с водой, сменялись караулы. Я позавтракал и вспомнил, что вчера собирался заняться снаряжением – попытаться смастерить себе разгрузку. Немного подумав, решил использовать в качестве материала брезент – мешковина меня не очень прельщала. Только вот брезента не было. Придется опять идти на поклон к Горбунову.
Завскладом тоже уже не спал. Встретил он меня приветливо, поздравил с возвращением, и на этом его дружелюбие закончилось. Узнав о причине моего прихода на склад, он уперся и ни в какую не хотел выдавать мне брезент. Тем более без приказа командира. На уговоры скряги я потратил около двадцати минут. Впрочем, своего все же добился. Правда, пришлось отдать Горбунову трофейную зажигалку, ну да невелика потеря. Все равно бензин в ней закончился, а новую зажигалку я надеялся раздобыть на ближайшем выходе. Так я стал почти счастливым обладателем небольшого, зияющего дырами куска брезента, из которого, если очень постараться, можно было что-то смастерить. Дать больший или не такой дырявый кусок материала Горбунов отказался наотрез, выдав мне еще, видимо чтобы отцепился, моток толстых ниток и иглу.
После того как я решил вопрос с материалом, возникла новая проблема – как из имеющегося сшить разгрузку и как ее сшить вообще, я представлял себе очень смутно. И дело было не только в том, что среди моих талантов способностей швеи не было. До этого момента на этом поприще я мог похвастаться только тем, что умею пришивать пуговицы и сшил (и то на швейной машинке) чехол для держака лопаты. Ну а подсумки из мешковины были вообще вершиной моего творчества в этом деле. Главной проблемой оказалось то, что о разгрузке я знал только то, что это что-то типа жилета с кучей разномастных подсумков и кармашков. Я, конечно, видел раньше такие штуки в магазинах и на фото, но никогда даже не задумывался об их приобретении. Зачем тратить деньги, если мне в лесу всегда хватало многочисленных карманов на одежде и рюкзака? А еще я подозревал, что все эти подсумки и карманы располагаются на разгрузке не по воле случая, а с каким-то расчетом и специально сбалансированы. Все эти моменты, да еще и сильная ограниченность ресурсов заставили меня промучиться
— Ты чего делаешь? — примерно через час мучений подошел Лешка. Он, как оказалось, уже давно с интересом наблюдал за моими манипуляциями.
— Да понимаешь, — начал объяснять я, — неудобно мне эти подсумки на ремне таскать. Ну я и придумал, что можно сделать что-то типа жилета, на который повесить подсумки и нашить еще карманы для всякой мелочи.
В ответ Лешка только хмыкнул и, покачивая головой, удалился в сторону кухни, оставив меня мучиться дальше. Я смотрел то ему вслед, то на с боем доставшийся мне брезент, который оказался пока что бесполезен. Но упрямо решил продолжить работу и добиться хоть какого-то результата. Итогом всех мучений, кроме исколотых иглой пальцев, стала конструкция, напоминавшая что-то среднее между немецким игреком и широкими подтяжками. Разочаровавшись сделать жилет, я пошел по пути наименьшего сопротивления и рассудил логически – мне надо переместить подсумки на грудь, а значит, нужны какие-то лямки через плечи. Еще немного поразмыслив, я решил, что эти лямки можно крепить к поясу. Так и появилась ассоциация с подтяжками – давно забытым предметом из детства. В общем, на обед я пошел с двумя широкими полосами брезента, прикрепленными спереди к поясу, проходившими через грудь, перекрещивающимися (и прошитыми в этом месте) за спиной и снова прикрепленными к поясу сзади. На каждой лямке висели все те же подсумки из мешковины – я решил не заморачиваться и не делать новые, под ними – подсумки для гранат, подходившие как для Ф-1, так и для немецких «яиц». Ну и над подсумками под автоматные магазины я пришил еще два мелких карманчика – для сигарет и прочей мелочи. Конструкция получилась непритязательная, но в принципе удобная. Кстати, забегая наперед, скажу, что, несмотря на смешки партизан при виде моей «разгрузки», спустя некоторое время я заметил нескольких бойцов, смастеривших себе нечто подобное. Особенно мне понравилось произведение одного из них – бородатого мужика в форменных штанах и затертом гражданском пиджаке. Тот сделал себе такие же подтяжки, но вместо автоматных подсумков у него на лямках с каждой стороны было нашито по пять подсумков для винтовочных обойм.
Лешка Митрофанчик, которому я похвастал своей обновкой, долго рассматривал мое творение. Судя по всему, общий смысл идеи ему понравился. Правда, и тут он не удержался от своих шуточек.
— Ты теперь, когда до ветру пойдешь, — выдал он, рассматривая мои подтяжки, — в своей сбруе-то не запутайся. А то неприятность выйти может.
Сзади кто-то хохотнул. Я обернулся и увидел лыбящегося Колю, который тоже с интересом разглядывал то подобие разгрузки, которое я смастерил.
— Доброе утро, — поздоровался он. — Ну что, идем, хозяйство посмотрим?
Только после минутного размышления я вспомнил, что Коля теперь наш командир и сейчас он, видимо, решил приступить к исполнению своих обязанностей. И начать новый командир решил с ревизии запасов. Мы прошли в свой овражек, где я представил Колю бойцам как нового командира.
Осмотрев запасы, точнее, их отсутствие – у нас был только десяток 82-миллиметровых мин, — Коля скривился.
— И как с этим работать? — задал он риторический вопрос.
Я пожал плечами. А как работать? Никак! Или надо что-то придумывать. Может, попросить помощи с Большой земли? Я высказал свою мысль, от которой новый командир просто отмахнулся.
— Я уже отдал командиру список того, что нам надо. Только пока радист его передаст, пока за линией фронта решат вопрос, пока найдем место под аэродром и передадим координаты…
Судя по всему, эта волокита затянется надолго. Я в принципе был не против – просто отдохнуть в лесу гораздо приятнее, чем ползать в грязи под носом у врагов. И не надо мне читать морали о том, что война и отдыхать не время, — вы сами поползайте под пулями! Но Коля, похоже, был настроен на серьезную работу.
— Надо раздобыть где-то тол, — он глубоко задумался.