Лёшка-"студент"
Шрифт:
— О, это секретный институт… — серьезно ответил Лешка. — Рассказывать можно только очень близкому человеку.
— Я серьезно…
— И я серьезно… Я расскажу, а потом меня за разглашение упекут на Колыму… А там холодно! Жуть! Лучше не рисковать. Хотите, анекдот расскажу?
— Давайте!
— На какую тему? — Лешка вдруг понял, что сейчас он вспомнил все анекдоты, когда-либо слышанные им.
— Про студентов, — Вера смотрела на Лешку и улыбалась.
— Пожалуйста. «В психоневрологическую больницу,
— Садись! — говорит. — Подвезу!
— Да вы что, куда здесь садиться?..
— Что ты придуряешься? — кричит больной. — Не видишь, я вместо такси работаю. Садись, а то как дам!.. — и палкой замахивается…
Ну, естественно, человек из министерства, от жизни оторван, не знает здешние нравы, а вдруг?..
Пристроился он сзади, поехали… Заехали за угол.
— Плати три рубля!
— За что?!
— Как это за что? Ты на такси ехал?! Плати, а то как дам! — и опять палкой замахивается.
Отдал пять — меньше не было, догнал комиссию…
— Доктор, — говорит главврачу, — а почему у вас буйные больные по территории гуляют?.. — и рассказал о „таксисте“.
— Да вы что? — отвечает тот. — Это не наши. Это опять студенты подрабатывают!..»
Обе попутчицы смеялись…
Лешка шутил, рассказывал анекдоты на заказываемые темы, и Вера смотрела на него, широко распахнув свои огромные глаза, а Александра Петровна, глядя на нее, все больше хмурилась.
Когда Вера вызвалась принести свежий чай, Лешка спросил:
— Александра Петровна, я что-то делаю не так? Или мои анекдоты с большой бородой?..
— Да нет… — задумчиво сказала женщина. — Все смешно, даже слишком… Только зачем ты девке мозги пудришь? Ты глянь на себя и на нее. Девчонка только жизнь начинает, а ты огонь и медные трубы прошел. Она уже почти потеряла голову, а ты ведь забудешь на другой день…
— А вам какое дело? — Лешка обиделся.
— Все мое дело, понял? — Александра Петровна разозлилась. — Я сейчас пойду к проводнику и попрошу перевести тебя в другое купе!
— Александра Петровна! — твердо сказал Лешка. — Не лезьте не в свое дело! Ложитесь лучше спать.
— Ты мне еще приказывать будешь?.. Щенок! — она глянула Лешке в глаза и вдруг замолчала.
Выражение ее лица медленно менялось, лицо обмякло, а взгляд неожиданно потух.
— Я вам говорю, что вам лучше спать, — глядя на женщину, твердо повторил Лешка. — Не надо обо мне плохо думать.
Он увидел, что женщина прямо на глазах засыпает. Дыхание ее замедлялось, и Александра Петровна навалилась на стенку купе…
— Вам же лучше будет… — уже по инерции добавил Лешка. —
Лешка увидел, как медленными, вялыми движениями Александра Петровна расстегивает пуговицы, Лешка выскочил из купе. Он не мог понять, почему женщина так быстро ему подчинилась. Вдруг перед Лешкиными глазами встала картина с собакой, потом с Валей. Только теперь он понял, что собака бежала именно от него…
— Чай готов! — Вера стояла около купе с тремя стаканами в руках. — Откройте дверь.
Через минуту Вера вышла.
— Ой, смешно как… Она раздевается с закрытыми глазами. Моей бабушке шестьдесят лет, и она никогда… Неужто она так устала?
«Знала бы ты, что это такое, — подумал Лешка. — А я знаю?»
— А мы разговорами не разбудим ее? Спать совсем не хочется!
— Ну, если она раздевается с закрытыми глазами, то мы для нее, как муха для слона!.. — ответил Лешка.
Он вспомнил газетную статью про гипнотический сон: там говорилось, что разбудить уснувшего может только сам гипнотизер, а все остальные звуки до него просто не доходят. Лешка обрадовался. Ведь сейчас это можно проверить! И убедиться в своей силе…
— Загляни, она легла?
Вера зашла в купе, через минуту вышла.
— Спит, — она засмеялась. — Разделась и лежит поверх одеяла. Моя бабушка никогда так не засыпала…
— Устала сильно, наверное…
Лешка с Верой зашли в купе. Лешка опять принялся за анекдоты, шутил. Вера прыскала, зажимала рот рукой и, покосившись на спокойно спавшую женщину, хохотала, уже не сдерживаясь.
Так они веселились, пока не постучали в стенку из соседнего купе, раздраженные шумом. Вера уже несколько раз зевала…
— Слушай, Вера, давай-ка ложись. Я пойду покурить, а ты ложись.
— Да я еще не хочу!
— Хочешь, хочешь. Не спорь со старшими.
Вера неохотно начала разбирать постель.
Лешка вышел из купе и закурил у окна. Наконец он сообразил, кому он обязан такими способностями.
— Шлем. Это все шлем, — сказал он.
— Что вы сказали? — рядом стоял проводник.
— Да нет, ничего. Я что, вслух что-то сказал?
— Я не понял. Идите лучше спать. И курить здесь нельзя, в тамбуре надо!
Лешка засмеялся.
— Мне можно.
Проводник с удивлением посмотрел на Лешку.
— Можно. Мне все можно, — твердо, медленно выговаривая слова, повторил Лешка. — Понял? — он смотрел в упор.
— Да, — спокойно ответил проводник и пошел по вагону.
Лешка вошел в купе. Вера улыбнулась ему из постели.
— Что еще соврать? — спросил Лешка, разбирая свою постель.
— Значит, вы все врете?
— А ты думаешь, все анекдоты со мной случились? Впрочем, могу и правду рассказать. Только сначала нам пора перейти на «ты», как считаешь?