Лэшер

Райс Энн

Он снова вышел в коридор, где ждал Юрий. Они спустились по лестнице. Майкл шел первым. Голова у него слегка кружилась. Наверное, надо поесть, подумал он. Надо время от времени заставлять себя принимать пищу. Потом он вспомнил, что сегодня кто-то принес ему поднос с обедом. Так что он сыт. И должен чувствовать себя превосходно.

Майкл вышел на крыльцо и окликнул охранника, стоявшего у ворот. Через несколько мгновений к нему подошли пять человек в униформе. Юрий отдал им распоряжение не пускать в дом никого из агентов ордена Таламаска. За исключением самого Юрия. И, разумеется, Эрона Лайтнера. Юрий даже предъявил охранникам

свой паспорт.

– Эрона вы наверняка знаете, – добавил он.

Охранники закивали головами, подтверждая, что все поняли.

– Мы не пускаем в дом никого, кого не знаем в лицо, – сообщил один из них. – Что касается сиделок, у нас есть список.

Майкл проводил Юрия до ворот. Прохладный воздух освежил его, прогнал остатки дремоты.

– Кстати, я прошел мимо охранников без всяких затруднений, хотя они видели меня в первый раз, – заметил Юрий. – Не хочу навлекать на этих парней неприятности, но все же им следует быть бдительнее. Почаще напоминайте им об этом. У меня они даже имени не спросили.

– Да-да, разумеется, – рассеянно кивнул Майкл.

Подняв голову, он взглянул на окно хозяйской спальни.

Различил неровные отблески свечей за плотно задернутыми шторами. Потом перевел взгляд ниже, на окно той комнаты, что находилась рядом с библиотекой. Именно через это окно ублюдку едва не удалось проникнуть в дом.

– Надеюсь, что ты близко. Надеюсь, ты придешь, – едва слышно прошептал он, обращаясь к Лэшеру, своему старому знакомому.

– Пистолет, который вам дала Мона, сейчас с вами? – неожиданно спросил Юрий.

– Он наверху. А откуда вы узнали, что Мона дала мне пистолет?

– Она сама мне сказала. Всегда носите пистолет с собой. Положите его в карман. У вас есть веские причины для того, чтобы иметь при себе оружие.

Юрий указал на крупную человеческую фигуру, маячившую на другой стороне Честнат-стрит, на фоне каменной стены.

– Этот тип из Таламаски, – сообщил он.

– Юрий, неужели вы с Эроном и правда уверены, что ваши бывшие товарищи опасны? – пожал плечами Майкл. – Да, они ведут нечестную игру, в этом я сам убедился. Помощи от них ждать не приходится. Но считать, что во имя своих интересов они способны совершить убийство? По-моему, это слишком. Я понимаю, с вами поступили несправедливо и сейчас вы раздражены, обижены на орден. Но это еще не повод обвинять его членов во всех смертных грехах. Юрий, я самостоятельно изучал материалы, связанные с Таламаской. И тем же самым занимался Райен Мэйфейр, еще до того, как мы с Роуан поженились. И нам обоим удалось выяснить, что члены ордена в большинстве своем библиофилы, лингвисты, специалисты по средним векам, а также простые клерки. Короче говоря, самый безобидный народ.

– Безобидный народ? Не слишком подходящее определение. Вы сами его придумали?

– Не знаю… Не помню… Кажется, я однажды употребил его в ходе довольно жаркого спора с Эроном. Так или иначе, я убежден в том, что опасаться нам следует вовсе не Таламаски. Если говорить серьезно, единственный, от кого сейчас исходит реальная угроза, это Лэшер. Единственный, кого нам следует искать, это тоже он. – Майкл сунул руку в карман. – Да, чуть не забыл. Пожалуйста, Юрий, передайте это письмо Эрону. Я записал здесь одно стихотворение. Можете прочитать, если хотите. Сочинил стихи, как вы понимаете, вовсе не я. Юрий, записка непременно должна попасть к Эрону.

Это очень важно. Конечно, сегодня его вряд ли следует беспокоить. Но, надеюсь, вы увидитесь с ним в самом скором времени. То, о чем говорится в этом поэтическом пророчестве, противоречит моим собственным словам. Но Эрону следует об этом знать. Возможно, за стихотворными строчками он увидит смысл, который я не в состоянии постичь. Для меня эти стихи не более чем загадочный набор рифмованных слов.

– Конечно, я передам ему вашу записку при первой возможности. Думаю, что мы с Эроном увидимся уже через час. А вы помните про пистолет. Обязательно положите его в карман. Видите того типа? Его зовут Клемент Норган. Ни в коем случае не вступайте с ним в контакт. И не позволяйте ему входить в дом.

– А может, мне лучше просто подойти к нему и спросить, какого черта он здесь торчит?

– Ни в коем случае. Не давайте ему повода завязать с вами разговор. Просто присматривайте за ним, вот и все.

– Во всем, что вы говорите, так и чувствуется дух Таламаски, – усмехнулся Майкл. – Ваши слова напоминают католические постулаты: «Не поддавайся на уговоры дьявола», «Не вступай в общение с духом зла».

Юрий пожал плечами, на губах его мелькнула усмешка. Он вперился взглядом в далекий силуэт Клемента Норгана. Майкл едва различал маячившую у стены фигуру. Когда-то он хорошо видел в темноте, но в последнее время зрение стало его подводить. Однако он видел, что у стены стоит мужчина крепкого сложения. И в голову ему пришло, что где-нибудь поблизости в этой мягкой, благоуханной темноте вполне может притаиться и Лэшер, замерев в ожидании.

Но чего он ждет?

– Что вы намерены теперь делать, Юрий? – спросил Майкл. – Эрон сказал, вас обоих вышибли из ордена.

– Пока не знаю, – протянул Юрий. Лицо его неожиданно расплылось в довольной улыбке. – Знаете, у меня сейчас такое приятное чувство. Я понял, что могу делать… все, что захочу. Могу заняться чем-нибудь совершенно новым. Раньше я ни о чем таком и думать не думал. – Тут лицо его помрачнело. – Но у меня есть цель, – тихо добавил он.

– Цель? И в чем она заключается?

– Выяснить, почему орден Таламаска оказался замешанным… в столь неблаговидные дела… Узнать… кто именно тогда принял решение. Да-да, я знаю, что вы хотите сейчас сказать. Конечно, мне известно обо всех этих… правительственных органах. Центральном управлении и так далее. Сегодня я был в доме Моны Мэйфейр, работал с ее компьютером. Пытался проникнуть в информационные файлы Обители. Но все они заблокированы. Представляете, для того чтобы лишить меня допуска, они за короткое время сумели изменить множество паролей. Возможно, так делается всякий раз, когда изгоняют кого-нибудь из членов ордена. Но на моей памяти такое происходит впервые. Честно говоря, сейчас я пребываю в некоторой растерянности.

Майкл понимающе кивнул. В отличие от Юрия, для него самого все было просто и ясно. Он собирался убить этого ублюдка, только и всего. Но говорить об этом не стоило.

– Юрий, пожалуйста, передайте Эрону: я очень сожалею, что не мог присутствовать на его свадьбе. Мне бы очень хотелось быть рядом с ним и Беатрис в такой радостный день, – сказал он.

– Да, конечно. Он все понимает. Еще раз прошу вас, соблюдайте осторожность. Не теряйте бдительности. Смотрите в оба и слушайте. Помните, у вас не один враг, а два.