Лекарь
Шрифт:
«Какого черта ты лезешь не в свое дело, Прохор?» — голосом Насти спросила девушка, и в мой живот уткнулось подобие длинноствольного пистолета. Я мало разбирался в огнестрельном оружии, но с уверенностью мог сказать, что прямо сейчас моя жизнь болталась на волоске.
«Однажды я позволила тебе исчезнуть из моей жизни, — непонятно проговорила Анастасия Алексеевна, продолжая держать меня на прицеле, — в другой раз я уговорила их оставить тебя в покое. Они послушались меня с условием, что больше никогда не услышат о тебе ни звука. Я пообещала, уверенная, что в тебе обнаружится хоть грамм здравого смысла. Однако ты продолжал активничать и неизменно рушил наши планы. Ты расправился с человеком, способным обеспечить тебя могуществом на долгие столетия, а сейчас ты…»
Настя замолчала и медленно
«Они это кто?» — тупо переспросил я совсем не то, что хотел.
«В нашу первую встречу, там, в моей казенной квартире, я очень неосторожно поведала тебе о своей деятельности и озвучила возможные последствия. То, что ты слышал, абсолютная правда. Свиридов ставил перед собой чудовищную цель, но он хотя бы знал, что он делает. Он был по-настоящему гениальным ученым. А Бражников пытается пожинать его лавры, не имея никакого представления о науке. Чего ты хочешь, Прохор? Ты не победишь эту армию. За Бражниковым стоят слишком серьезные люди, и, если они узнают, кто вмешался в их очередную затею…Прохор, я не смогу спасти тебя еще раз. Пожалуйста, уходи. Я не хочу, чтобы ты…Уходи, Прохор!»
«Твой гениальный Свиридов пользовался плодами чужого труда, Анастасия Алексеевна, — резче, чем планировал, произнес я, — а я только пытаюсь забрать то, что по праву считается моим. Я не знаю, что пообещали тебе эти самые они, кем бы они не были, но я доделаю все до конца. То, что запланировал. Не мешай мне, Настя. Я тебя не боюсь»
С этими словами я выдернул из гудящей коробки торчащие провода и поддел заднюю стенку хитрого устройства. Коробка вздрогнула, всхлипнула, и в комнате повисла зловещая тишина. У меня было не так много времени, к тому же я не был уверен в полном отсутствии другого персонала в данную минуту. Я не стал долго церемониться, с корнем вырвав из блестящих кишков серую пластинку. Именно на ее гладкой поверхности хранилась вся информация, однажды помещенная в установку. Не обращая внимания на гневные Настины вскрики, я тщательно примотал к внутренней стенке маленькую коробочку и отрегулировав настройки, решительно направился к двери. Я был уверен, что Настя не рискнет воспользоваться длинноствольным ружьем, если принимать во внимание ее недавнее выступление. Милая Настя в своей трогательной речи забыла упомянуть, что совсем недавно сдала меня в очередной раз со всеми потрохами своим важным и значимым, и, если бы не мой тонкий слух, ей сейчас бы не пришлось так неумело и неискренне врать. Я несся по узкому коридору, то и дело ловя себя на мысли о совершенной недальновидности чрезмерно активной и деятельной гражданки. Когда передо мной показались неясные очертания двора, я нащупал в кармане кнопку и резко надавил. В первую минуту не произошло ничего особенного. Повсюду стояла та настороженная тишина, которая обычно предвещает какую-нибудь бурю. Бурю я не планировал, а вот качественный взрыв ожидал. И когда тихое летнее утро разорвалось сотней децибелов, я ловко опрокинулся на землю, сбитый с ног мощной взрывной волной.
Глава 42.
Слова Тихона о немедленном и безоговорочном исчезновении из города, родили в Женькином сердце обоснованную тревогу. Он не рискнул расспрашивать брата о причинах такого неудобного решения, однако по нахмуренному ученому лицу и без вопросов было понятно, что его неугомонный Тихон снова вляпался в очередное приключение. Не обнаружив Тихона в посадках, Женька совершенно растерялся. Возвращаться в лебедя ему было категорически запрещено, а куда двигаться дальше, Варвар не знал. Поставив на землю только что утянутые из павильона коробки с провизией, Женька горестно вздохнул и примостился рядом.
«Ну чего ему не живется спокойно? — в сердцах думал Женька, по старой привычке вкрапляя в размышления непарламентские выражения, — на кой черт ему сдалось красть свои собственные расчеты? Вот уж непомерные амбиции!»
Женьке было откровенно страшно. Этот страх появлялся ниоткуда и был подкреплен невозможностью помочь Тихону. Просидев в зарослях до темноты, Женька принял решение вернуться в город. Что-то
Женька мог не опасаться лишнего внимания со стороны проверяющих и контролирующих структур. Его незамутненный вид просто вопил о его законопослушности и порядочности, несмотря на постоянные грабежи. Женька без труда преодолел часть пути, теперь уже сомневаясь в правильности выбранного решения. В городе ему делать было абсолютно нечего. Квартира, так любезно предоставленная им Мартыном, сейчас была неактуальна, по причине отсутствия хозяина, а где еще отыскать себе пристанище, не привлекая внимания, Женька не знал. Он очень устал от тревог и волнений, и в какой-то момент в его душу закралась робкая мысль послать Тихона к черту и заняться решением своих собственных проблем. «Чего я ношусь с ним, как курица с яйцом?» — прибилось очередное понимание, и мысли Женьки понеслись по кругу.
За ночь Женька умудрился добрести почти до того места, откуда, собственно и началось их с Тихоном приключение. Миновав заброшенные здания промышленных предприятий, Варвар вышел на окраину какого-то спального района, только-только готовившегося к новому дню. Женька без любопытства наблюдал за редкими прохожими, озабоченно мелькающими вдоль стен и крепко прижимающими к груди обязательные таблички. Внезапно уютную тишину летнего утра разорвал потрясающей силы взрыв, заставивший Женьку подпрыгнуть на месте. И тут же как по команде из всех подъездов посыпались взволнованные граждане, озвучивающие один и тот же вопрос «Что произошло?»
Какой-то мужик, выскочивший во двор в одних трусах, с криками метался по двору, голося что-то о всемирном заговоре и нашествии диких тварей. Его заполошный вопль был легко подхвачен остальными, и уже через десяток минут окрестности напоминали территорию военных маневров. Ухватистые граждане тут же натаскали откуда-то разного барахла и принялись создавать на улице оградительные сооружения, видимо призванные защитить город от нашествия диких. Женька, повинуясь общему настроению тоже что-то таскал, укладывал и передавал, активно имитируя вселенскую озабоченность. Когда за полчаса городские дворы украсились внушительными кучами мусора, откуда-то издалека послышались предупреждающие сирены, разбавленные невнятными распоряжениями. Прибывшие к театру военных действий бравые бойцы охраны, охладили воинствующий пыл местных граждан, рассказав о взорвавшемся неподалеку трансформаторе. Граждане разочарованно повздыхали и медленно разбрелись по домам, время от времени выкрикивая агитационные речевки и что-то бормоча себе под нос. Спустя час Женька остался во дворе в одиночестве, все еще не придумав себе дальнейший маршрут. Теперь, когда патриотический дух немного угас, а в город вернулась привычная сонная тишина, Женька даже жалел, что причина паники оказалась такой банальной.
«Скучаем?» — услышал Женька вежливый голос и быстро развернулся на звук. Обладатель вежливого голоса подкрался совершенно беззвучно, и, если бы не его вполне материальное обличие, Женька наверняка бы подумал о мистической составляющей нежданной встречи.
«Нет, мне не скучно», — нейтрально отозвался Женька и почувствовал тревогу. Так просто мало кто решался заводить разговоры на улицах, видя во всем подвох и провокацию. Незнакомец понимающе кивнул и решил продолжить беседу.
«Я мог бы немного развеять ваше одиночество и рассказать одну занимательную историю. Она наверняка должна вам понравиться. Впрочем, я по вашим глазам вижу, что в историях вы не нуждаетесь. Может пройдемся немного?»
Женька всегда недолюбливал подобного рода знакомства, а уж манера ведения диалогов и вовсе выбешивала непритязательного Варвара. Однако отголоски воспитания еще напоминали о себе и требовали поддержать навязанный разговор.
«Я немного занят и не расположен к долгим прогулкам. И ни к каким не расположен. Прошу меня извинить», — как можно доходчивее проговорил Женька, с неудовольствием наблюдая, как скривилось лицо его нечаянного собеседника. Тот только усмехнулся, явно не поверив в Женькину чрезмерную занятость и, бесцеремонно ухватив совершенно обалдевшего Варвара под руку, решительно потащил к стоящей неподалеку неприметной серенькой машине.