Легче перышка

Данн Хелен

— Не понравилось?

— Нет, просто лень вставать со стула. — Легонько наклоняю стакан, чтобы ему было удобнее наливать шампанское.

— Значит, вы не такая, как ваша подруга? По-моему, эта работа подходит ей идеально.

У Лиз действительно такой вид, словно она прекрасно проводит время. Теперь она измеряет Алекса. Обернув измерительную ленту вокруг его груди, она придвигается к нему очень близко, чтобы сделать замер. И касается его грудью. Пару недель назад мы как раз говорили о преимуществах шелка и атласа.

— Насколько я понял,

следующим буду я. — Пит улыбается. — Не волнуйтесь, я подготовил речь.

— Э-э?

— Вроде того, что, когда я вырасту, я мечтаю заботиться о животных, помогать маленьким детям и положить конец бедности во всем мире.

— Понятно. Это всегда напоминает мне одну историю — мой друг Ричард клянется, что это было на самом деле. Про то, как один журналист спросил американского консула в одной из стран Восточной Европы о том, какой подарок он хотел бы получить на Рождество.

— Ни разу не слышал.

— Тот постеснялся просить большой или дорогой подарок. На Рождество он открывает газету и видит эту статью, где написано, что министр иностранных дел Германии мечтает о мире во всем мире, российский президент — о ядерном разоружении, ирландский президент — о том, чтобы не было голода в странах Третьего мира, и в самом конце написано, что американский консул мечтает о коробке с мармеладом.

— Да ладно! — Он чуть не выплескивает на меня свое шампанское.

— Вот такая история.

Отпиваю еще шампанского, смотрю на Лиз. Она улыбается и жестом приглашает Пита на «интервью». Наблюдаю за тем, как трое мужчин заигрывают с Лиз, пока она записывает их данные. Не без удовольствия. Она любит свою работу. Ощущаю легкий укол зависти. Завтра утром она проснется рядом с Джейсоном и в хорошем настроении отправится на работу. А я завтра проснусь одна, пройду мимо храпящего квартиранта и пойду на работу, где меня не ценят и где есть начальница, которую я ненавижу. Найдите отличия. Допиваю шампанское, и вдруг мне становится одиноко. Пора идти домой. Беру сумочку и подхожу к Лиз.

— Лиз, — шепчу я и мягко беру ее за руку. — Я ухожу. С меня хватит.

— Но…

— Нет, мне пора. Было здорово, но мне пора.

— Да? — Она расстроена. — Это из-за меня? Я мало уделяла тебе внимания?

— Никто не виноват, — мягко отвечаю я. — Просто у меня меланхолия. Хочу домой. Завтра позвоню. — Машу на прощание трем красавцам. — Пока. Приятно было познакомиться. Удачи.

Они улыбаются мне. И вдруг у самой двери кто-то касается моего плеча. Оборачиваюсь. Это Пит.

— Просто подумал… — робко говорит он. — Можно, я тебе позвоню?

Я смотрю на него. Он великолепен. Вижу, как вдалеке Лиз подмигивает мне и шепчет: «Соглашайся». Я разволновалась. Шикарный мужчина хочет увидеть меня еще раз. Неожиданно для себя я качаю головой. Он великолепен, но вспомни, Орла: разговор иссяк уже через двадцать минут.

— Прости, — вырывается у меня. — Я пока ни к чему не готова, — улыбаюсь ему, выхожу на улицу и ловлю такси.

Но это неправда. Подъезжает черное

такси, и я понимаю, что на самом деле готова. Готова к переменам. Серьезным переменам.

Как похудеть — совет № 20

Все что нужно — это правильная мотивация и… похмелье

Стебельком сельдерея Лиз размешивает «Кровавую Мэри» в бокале на деревянном столике перед ней. Волосы стянуты в хвост, она одета в то, что на ее языке называется «выскочить-за-две-минуты». На ней черные эластичные брюки клеш, тонкая черная водолазка, бежевый замшевый пиджак. И солнцезащитные очки.

— Боже, как мне это нужно, — говорит она перед тем как выпить. — Двойная порция, да? (Киваю.) И табаско тоже двойная? (Еще раз киваю.) Может, хоть это меня спасет.

Сейчас одиннадцать, утро следующего дня. Значение этой фразы всегда оставалось для меня непонятным. Утро, оно ведь и так всегда следует за вчерашним днем. Я проснулась рано, полная надежд, сбежала от раздражающих мантр Финна и в восемь уже была на работе. Я навела порядок на своем столе, ощущая себя как худой, энергичный человек. Становлюсь более дисциплинированной. Готовлюсь изменить свою жизнь. Единственная загвоздка — я еще не решила как.

Почти сразу позвонила Лиз. Ей страшно хотелось опохмелиться. Думаю, если бы я согласилась пойти с ней, то она бы отправилась в один из утренних пабов в Смитфилде, родине мясного рынка, где задолго до начала рабочего дня мясники собираются и пропускают по пинте «Гиннесса». Мы сидим в «Павильоне», расположенном в самом центре Финсбери-Серкус-Гарденс. Это деревянный сарай, причудливое здание, которому самое место где-нибудь посреди Суссекса. Снаружи оно кажется маленьким, но внутри тянется как ночное шоссе. Лиз сидит спиной к окнам — солнечный свет режет глаза, — я сижу лицом к трем красавцам в белых рубашках, удобной обуви, практичных кардиганах, красавцы играют в шары на лужайке. «Павильон» — это еще и помещение клуба боулинга в Сити.

— Не могу тут долго сидеть, — делаю глоток газировки. — Табита встречается с Джайлсом, мне совсем не хочется, чтобы Патти оставалась за главного. Никогда не угадаешь, что она вытворит на этот раз.

— У нее все получится. А тебе нужно чуть больше ей доверять, — почти шепчет Лиз. — В общем, я сюда не о Патти пришла говорить. Почему ты вчера сбежала?

— Я не сбегала.

— Сбежала. Поставила меня в затруднительное положение. Взяла и бросила одну с тремя мужчинами.

— Лиз, это ведь не свидание, — подчеркиваю я с полным сознанием своей правоты. — Это была деловая встреча. Все трое проходили конкурс на звание «Сити: красавчик недели». Если ты не в состоянии справиться с тремя одновременно, не следовало всем трем назначать встречу на одно и то же время.

— Ну, я не виновата, — дуется она на меня. — Они сами настояли. Сказали, что чем больше народу, тем безопаснее. — Она делает большой глоток «Кровавой Мэри».

— Если ты так переживаешь, то проводи встречи у себя в офисе.