Ледяные руки

Гарднер Эрл Стенли

— Минуточку, — перебил Трэгга Мейсон, — ничего подобного моя клиентка не говорила.

— Она покачала головой, — возразил Трэгг.

— Она отнюдь не отрицала, что этот предмет ей знаком. Она в ответ покачала головой, когда вы спросили мисс Бэнкс, что это такое и в каких целях было использовано.

— Что ж, сейчас ей представится неограниченная возможность кивать или отрицательно качать головой, — съязвил Трэгг. — Я сформулирую свой вопрос так: видели вы коробку из-подо льда, мисс Бэнкс? Прикасались вы к ней?

— Я же предупредил, она больше не будет отвечать на ваши вопросы, — настойчиво

повторил Мейсон.

— Она может покачать головой или кивнуть, на это надо не так уж много сил, — заметил Трэгг.

Мейсон полуобнял девушку.

— Присядьте, Нэнси, — сказал он. — Не качайте головой и не кивайте, не старайтесь ответить на его вопросы и не впадайте в транс. Это общепринятая полицейская практика: застать врасплох в момент эмоционального напряжения и подтолкнуть к саморазоблачениям. Отнеситесь к ситуации спокойно и не отвечайте на вопросы. Даже бровью невзначай не поведите. Когда вы успокоитесь и к вам вернется самообладание, мы с вами дадим лейтенанту Трэггу интервью и ответим на все вопросы, какие он пожелает задать. А до той поры мы не пророним ни слова.

Трэгг сказал с ухмылкой:

— Ждать осталось недолго, пока проверят отпечатки пальцев на коробке. Тогда вам станет ясно, откуда ветер дуст… А теперь я скажу вам еще кое-что, мистер Перри Мейсон. Насколько это зависит от меня, вы не сможете ответить на вопрос об отпечатках, пока дело не окажется в суде. Раз вы не желаете, чтобы ваша клиентка отвечала на вопросы, раз вы считаете, что она эмоционально потрясена, а полиция проявляет жестокость, нет нужды оставаться здесь дольше. Можете отвезти ее домой или в отель, или в любое другое приглянувшееся вам место… Единственное, о чем попрошу — она должна быть готова к дальнейшим допросам завтра. И хотелось бы, чтобы она находилась в пределах досягаемости, ибо, едва она покинет эти пределы, возникнут подозрения в бегстве, а такой поворот событий явно нежелателен для вас, мистер Мейсон.

Трэгг одарил обоих слушателей благосклонной улыбкой, повернулся на каблуках и пошел в мотель.

Глава восьмая

Мейсон повернулся к Нэнси Бэнкс.

— Пожалуйста, мистер Мейсон, — взмолилась она, — пожалуйста, заберите меня отсюда. Заберите куда-нибудь, где им меня не найти… хотя бы пока.

Мейсон отпустил тормоза, отъехал от мотеля, вывел машину на шоссе и пустил ее в бесцельное плавание по течению.

— Ну как, поговорим в открытую, Нэнси? — предложил он.

— Нет.

— Боюсь, вам все же придется заговорить. Прежде чем вы вновь предстанете перед полицией для допроса, мы должны до-|:тичь полного взаимопонимания. Вы отдаете себе отчет, что троизойдет, если вы будете лгать мне и я начну делать неправильные ходы? Вместо того чтобы избавить вас от неприятностей, я то и дело буду вас им подвергать. Полиция готовит для нас ловушку, и мне хотелось бы знать, насколько она опасна.

— Опасней не придумаешь. — Она расплакалась.

— Минуточку, минуточку, — сказал Мейсон. — Приберегите слезы на потом. Вы не вправе расслабляться, а тем более плакать, пока не выложите мне все начистоту. Прежде всего, что это там за сухой лед?

— Я ничего не знаю.

— Лжете, — отрезал Мейсон.

— Вы мне не верите, — всхлипнула она. —

Никто мне больше не верит. Впору повеситься, если так все будут обходиться со мной.

Мейсон терпеливо продолжал объяснять:

— Знаю, Нэнси, сколько выпало на вашу долю, но вы тем не менее играете со мной в кошки-мышки, а главное, намереваетесь заняться тем же с полицией. Этот номер не пройдет… Мне кажется, кое-что о сухом льде вы знаете. Послушайте, что я думаю на сей счет. Я думаю, вы пытаетесь защитить брата. Вам представляется, что Марвина Фремонта убил он, и вы хотите его выгородить. Вы стараетесь создать видимость, будто Фремонт погиб раньше, чем это произошло на самом деле. Ну, например, когда ваш брат находился еще в тюрьме. Таким образом у него оказалось бы превосходное алиби.

— Почему вы так думаете? — поразилась она.

— Потому что, когда мы встретились, — сказал Мейсон, — ваши руки были холодны как лед.

— Что вы говорите, мистер Мейсон? Вы просто сошли с ума… Что за блажь предъявлять мне подобные обвинения?! Разве вам не известно, что, когда женщина ужасно нервничает, расстраивается, боится, у нее холодеют руки? О, Боже! Вам показались холодными мои руки! Что бы вы сказали, коснувшись ног!

— Нэнси, — укоризненно произнес Мейсон, — я не намерен тратить время впустую. У меня его просто нет. Ваша легенда на фоне фактов весьма неправдоподобна. Добавлю, что вы сильно недооцениваете полицию.

— Что значит — недооцениваю?

— Они намного сообразительней, чем вы полагаете. И с Трэггом я знаком достаточно хорошо, чтобы утверждать — он готовит ловушку.

— Какую ловушку?

— Он рассчитывает на наши ошибки, он ждет, когда мы сыграем ему на руку… Скажите, вы имеете хоть какое-то представление о сухом льде?

— Самое приблизительное. А что?

— На куске картона, том, что был у Трэгга, сохранилась часть ярлыка. Печатный текст на нем я не смог как следует разглядеть. Но букву «ц» все же заметил и букву «э» тоже. Между тем Трэгг утверждает, что обрывок картона от упаковки из-под сухого льда. Я не склонен сомневаться в его словах. Вряд ли он стал бы врать.

И вдруг ее прорвало:

— Будь он проклят, этот сухой лед!

— Чем он так плох, чем не угодил? — быстро спросил Мейсон. — Почему разговор о нем для вас петля на шее? Едва Трэгг упомянул о льде, вы чуть не упали в обморок.

— Ладно, — утомленно произнесла она. — Наверное, придется рассказать вам правду.

— Так-то лучше, — похвалил Мейсон. — Зачем вы его положили в ванную?

— Никуда я его не клала.

— Но знали о нем?

— Да. Когда я наткнулась на тело, оно было обложено сухим льдом. Там было коробок десять, поверх одежды, под одеждой, в ногах.

— И как вы поступили?

— Сразу же позвонила вам, потом затащила коробки со льдом к себе в машину и сломя голову металась в поисках места, чтобы избавиться от них… Нашла какой-то дренажный канал и зашвырнула свой груз туда. Затем вернулась в мотель дожидаться вас, но вы уже сами меня ждали.

— Опять врете, — сказал Мейсон. — Вы ведь не собирались рассказывать мне о трупе. Вы хотели, чтоб я сам его нашел.

— Верно, — согласилась она. — В данном случае правда на вашей стороне, мистер Мейсон. Но про сухой лед я говорю правду.