Ледяное сердце

Лисицына Дарья

Я подошла к Лилит и села на какое-то жалкое подобие скамейки рядом с ней, откинула голову назад, закрыла глаза и начала вспоминать этот чёртов день, который начался, как обычно.

***

После похищения прошло шесть дней. Жизнь пошла своим обычным ходом. Утро, школа, дом, готовка, уборка, уроки, сон. Машка осталась жить с нами, бабушка сказала, что она совсем разберется, я

ей очень за это благодарна. Было только два вопроса: «Где она будет спать?» и «Кто будет с ней сидеть?» Ответы нашлись быстро. Раз её привела я, то и спать первое время она будет со мной, а сидеть с ней будет Анька, так как ей нужна «практика», конечно, ей я ничего не сказала, просто привела ребенка.

«- Ань, можно?» – я постучала в дверь медкабинета и заглянула.

– Кать? Заходи. Ты просто или с чем-то? – я зашла с Машей в кабинет, а Анька стояла к нам спиной, надевая белый халат.

– Ань, у меня просьба.

– У тебя?! Кто ты и что ты сделала с моей любимой Катей? – вопрос был очень уместен, ведь я вообще редко с кем разговаривала, а тут и домой к ним пришла, и просьба у меня. У меня бы была такая же реакция.

– С ребенком посидишь? Я заберу её после уроков. Просто все либо учатся, либо на работе, а ты говорила, что тут скучно, вот я и подумала, что ты будешь не против, – в тот момент, когда я спросила про ребёнка, она делала себе хвост и остановилась, осторожно повернулась и начала смотреть то на меня, то на Машу. Она очень любила детей, поэтому её реакция не заставила долго ждать.

– Господи, Кать, что это за маленькое чудо? – Аня подлетела к нам и подхватила Машу, беря её на руки. Машка такого напора испугалась и начала сползать на твёрдую землю, но Аня её не пустила.

– Маша, моя младшая сестра, посидишь?

– Спрашиваешь ещё, посижу и не отдам потом. Стоп. Сестра? Я думала у тебя только брат.

– Антон сводный, а она и ещё один индивид родные.

– Я чего-то не знаю? – она подозрительно на меня посмотрела. Я ничего не рассказывала про свою семью.

– Много чего, я потом расскажу.

– Ладно. А давай мы сейчас Артёма до сердечного приступа доведём? – она обращалась уже не ко мне, а к Маше. Прости меня, Артём.

Аня вышла вместе с сестрой и пошла в сторону спортзала. Я поспешила за ней, неужели я бы пропустила такое шоу? Да не в жизни.

– Тёмочка, это твоё ближайшее будущее. Да, Машенька?

Я зашла как раз в тот момент, когда Тёма белый, как стена, начал сползать по стене, на скамейку, дышал он, кажется, через раз, а глаза были на выкате.

– Довели? Молодцы. У меня урок скоро начнётся. Маш, иди сюда, – было видно, что Аня выпустила её из рук не хотя, мелкая подошла ко мне, а я села на корточки.

– Маш, смотри тетю, зовут Аня, а дядю Артём, они за тобой будут присматривать, хорошо?

–

Они не идиоты? – я не смогла скрыть улыбку, а Артём и Аня посмотрели на меня, как на умственно отсталую.

– Нет, Маш, они не идиоты. Они хорошие и добрые. Веди себя хорошо, ладно?

– Ладно, – она подошла к Артёму, внимательно на него посмотрела и выдала. – Ты стланный, но это ничего, исплавим.

Мы с Аней начали не просто смеяться, а ржать, до слёз. Анька от Маши не отставала:

– Мы тебя перевоспитаем, странный ты мой, – бедный Артём, точно до сердечного приступа доведут его. Я покачала головой, встала и пошла на первый урок в новом учебном году»

Из воспоминаний вывел меня мой же будильник, который я быстро выключила, чтобы не разбудить мирно спящего ребенка. Утро субботы ничем не отличалось от какого-то другого утра. Умылась, приготовила всем завтрак, переоделась в школьную форму и пошла в школу. На моё удивление я спокойно дошла до школы и сидела спокойно, ждала английского языка. В ушах играла какая-то песня, она была чисто для фона, чтобы не слышать, как приходят дети и начинают беситься, вставая чуть ли не на уши.

– Здарова, Серебрякова, – нагло вырвав из моего же уха наушник, сказал Шестаковский, мой любимый одноклассник.

– Чего тебе, Шестаковский? Не из хорошей же жизни с утра пораньше ты ко мне лезешь. Домашки на сегодня не было, так что свали.

– Чего ты такая злая?

– Значит так, гопота местного разлива, чего тебе надо?

– Ух ты. Так ты меня ещё не называла.

– Господи, ближе к делу.

– Может к телу? – он нагло придвинулся ко мне и дышал мне в макушку.

– Не дождёшься. Либо говори, чего хотел, либо катись ко всем чертям.

– Зачем так грубо? Ладно, мы поспорили…

– Кто бы сомневался, – пробубнила я, перебивая его.

– Не на тебя, на этот раз, не парься. Короче, есть девка, которая нравится многим. Ну, вот, мы решили: я, Петька и Денис, что пригласим её сегодня в клуб и тот, кто понравится ей больше и будет с ней встречаться. Но нам нужен человек, которому вообще пофигу на нас и на всю эту ситуацию, и, чтобы он следил, чтобы мы не дебоширили и не приставали к девушке.

Им нужен посредник в моем лице? Кажется, им в голову не только моча ударила, а ещё и горшок. Шестаковский сам по себе не красавец, конечно, но довольно таки симпатичный. Среднего роста, не сильно накаченный, с немного кривоватым носом, пухлыми губами, с карими глазами и тёмными, коротко-стрижеными волосами.

– Почему я?

– Потому что тебе на всех и вся пофиг. Кать, один вечер и я больше к тебе не подойду, никто из нас, пожалуйста. Даже домашку просить не буду.