Ледяное сердце короля
Шрифт:
Неизвестность пугала. В голову лезли нехорошие мысли. Эта вертихвостка наверняка напишет заявление об избиении, хотя сама спровоцировала драку, но кто же в это поверит? Папочка внесет за нее залог, после чего она первым делом отправится в салон исправлять сломанные ногти. А ее саму ждет суд.
От этих раздумий заболела голова. Вася закрыла глаза и попыталась заснуть. Сон не шел. Она никак не могла избавиться от ощущения тревоги. Ей удалось окончить только один курс юридического факультета и теперь в памяти кружили отрывки лекции по административному
«Побои или иные насильственные действия….. наказываются обязательными работами, либо исправительными работами, либо лишением свободы до двух лет».
Вася проснулась от собственного вскрика. Она села, провела рукой по вспотевшему лбу и глубоко подышала. Перед глазами все еще мелькали сцены из ее тревожного сна — суд, прокурор, скамья подсудимых, ухмыляющаяся Лада Романова.
Девушка, вспомнив о своей обидчице, посмотрела в сторону ее камеры, но была вынуждена резко встать. Вместо ее соперницы на лавке сидел Королев. Он прикорнул, вытянув ноги и сложив на груди руки. Голова слегка склонилась набок, глаза были прикрыты.
Вася подошла к решетке и постучала по ней. Мужчина только недовольно фыркнул, а затем склонил голову на другую сторону, продолжая дремать.
— Королев, — окрикнула она его. — Просыпайся! Не прикидывайся тут!
Вася и сама не знала, зачем ей нужно было его будить, но любопытство распирало ее изнутри, ей ужасно хотелось узнать, куда подевалась Романова, и что забыл здесь этот бабник.
Мужчина открыл глаза, протяжно зевнул, потом почесал подбородок. И только после этого посмотрел в сторону Василисы. От нетерпения Василиса чуть не лопнула.
Теплая и искренняя улыбка тронула его губы, стоило ему посмотреть на нее. Лицо его сразу стало притягательным, манящим, чутким. Вася не могла отвести взгляда, поражаясь силе его улыбки.
— Привет, — он махнул в воздухе рукой. — Как дела?
— Как ты здесь оказался? — повторила Вася свой вопрос.
— Разбил стекло в машине какого-то мажора на стоянке у участка.
— Что? — девушка округлила глаза.
— Это было не так уж сложно — один булыжник и дело с концом. Он не обеднеет. Сделает к вечеру.
— У вас был конфликт? Зачем ты это сделал?
— Ну, — Королев вновь почесал подбородок, будто раздумывая, отвечать или нет, — по-другому сюда было не попасть. Денег отец меня лишил, наличных на залог не хватало, взятку дежурный брать отказался.
— Я все еще не пойму, зачем ты здесь? — Девушка пристально посмотрела на него. В воздухе повисла пауза. Королев молчал, не сводя с нее взгляда.
От его медовых карих глаз исходило какое-то странное тепло, обволакивающее и усыпляющее. Вася не знала, как реагировать не его присутствие. Зная Королева, можно было не удивляться такому эпатажу, но что-то в его взгляде, в выражении его лица говорило ей, что на этот раз он не издевается.
— Я же
— Я ничего не понимаю, — Вася пожала плечами и вернулась на лавку. — Если тебе тут так нравится — сиди, пожалуйста. Мне все равно.
Королев обхватил руками решетку и прильнул к ней лицом:
— Ага, все равно, — он ухмыльнулся. — Именно поэтому тебе так интересно, что я тут делаю, да? Или, может быть, именно поэтому ты дала жару Ладе? Можешь не отвечать, вопросы риторические.
Он подмигнул ей, приведя девушку в абсолютное замешательство, после чего вернулся на место.
— А где Кирилл? Куда он уехал? — Васе почему-то совсем не хотелось молчать и заканчивать разговор, но тему нужно было переводить в другое русло. В воздухе запахло жареным.
И все же, перепалка с Тимуром привела немного ее мысли в порядок, ей стало легче, ей больше не было страшно и тревожно. Он был рядом, но она все никак не могла в это поверить. И если с мыслями все встало на свои места, то чувства внутри нее устроили настоящий карнавал.
Сердце трепыхалось, как у пойманной и заточенной в клетку птички. Догадки о возможном мотиве Королева заставляли волноваться еще сильнее.
— Его срочно вызвали в Питер. Какой-то суд, заседание. Я в этом не разбираюсь. Я на архитектора учился.
— Вот как? — Василиса нервно хихикнула, прикрыв рот рукой. — То есть, ты утверждаешь, что даже учился? А я думала, ты из ползунков сразу по клубам тусить отправился.
— Ха-ха, очень смешно, — Тимур передразнил ее, но как-то незлобно, будто беседует со старой подругой и прекрасно знает, что все ее колкости всего лишь своеобразное проявление симпатии.
Вася же подкалывала его только потому, что по-другому не могла позволить себе общаться с ним. Страх быть пойманной заставлял ее язык выдавать остроты. Но этим она еще больше выдавала себя.
От девушки не скрылось, что он как-то по-хитрому посмотрел на нее, как бы говоря: «Ты меня еще за косичку дерни, чтобы я окончательно убедился, что ты влюбилась по уши».
В горле сразу пересохло. Она запнулась на полуслове, ощущая, как откуда-то из области сердца по телу спускается холодок, покрывая инеем все внутренности.
— Сначала я в Лондоне учился, потом в школе дизайна в Нью-Йорке. Отец хотел потом еще куда-нибудь меня заслать для повышения квалификации, но мне было прекрасно известно, для чего он гоняет меня по Европе и Америке. Я не захотел. Вернулся.
Вася украдкой посмотрела на молодого человека. Он отвернулся от нее и смотрел куда-то вдаль. Лицо его стало серым, мрачным, брови потянулись к переносице, губы сжались. Что-то расстраивало его, но она пока не понимала, что именно.
— И для чего же он гонял тебя? — спросила она.