Ледяное сердце короля

Лакина Ирина

Вася отпустила дверную ручку и начала пятиться в коридор.

— Впрочем, я просто уйду, а ты можешь продолжать здесь так стоять.

— Ну, уж нет, — мужчина поймал ее за запястье и силой затащил обратно в ванную, после чего закрыл дверь и встал перед ней, преграждая обратную дорогу.

— Как спалось? — он широко улыбнулся, а в глазах загорелись озорные огоньки.

Вася не видела этого. Ей стало нехорошо. Его грубая сила, заставшая ее врасплох, вновь погрузила ее сознание в прошлое. Девушка рукой нащупала бортик ванной и присела, склонив голову. Комната была пропитана

душной влагой, что только усилило ощущение тошноты.

Голова закружилась, по телу пробежала мелкая дрожь. Ей уже было все равно, во что он одет и что он говорит. Хотелось лишь глотка свежего воздуха и как можно скорее оказаться на приличном расстоянии от него.

— Василий, ты мне не ответишь? — не унимался Королев, с лица которого постепенно начала сходить улыбка. — Что с тобой? Тебе нехорошо?

Мужчина присел на корточки и пальцами подцепил ее подбородок, пытаясь заглянуть в глаза, но Вася отреагировала мгновенно — она с силой ударила его по руке, да так, что у самой загорелась ладонь. Королев явно не ожидал такой реакции. Его отброшенная ладонь так и застыла в воздухе, а на лице вместо веселья появилось недоумение.

— Не трогай меня, ясно? — Процедила Василиса сквозь зубы. — Не прикасайся, не хватай за руки! И уж тем более, впредь не смей удерживать меня силой, ясно тебе?! Иначе я заставлю тебя об этом пожалеть!

Она пронзила его таким испепеляющим взглядом, что Тимур, будто по мановению волшебной палочки, встал и отошел к двери, поднимая руки вверх в примирительном жесте.

— Извини, я не знал, что ты такая недотрога. Прошу, — мужчина открыл дверь и взглядом дал ей понять, что путь свободен.

Вася тут же поднялась с места и пулей выбежала в коридор. Ее все еще подташнивало. В висках пульсировало, руки и ноги не слушались, все стало будто ватным. В голову лезли дурные воспоминания, и из-за этого избавиться от неприятных ощущений было только сложнее.

Девушка вышла на улицу и глубоко подышала свежим воздухом. Усилием воли она вызвала в памяти картинку одной из встреч с психологом: «Головокружение — это просто следствие естественного временного сужения кровеносных сосудов, что вызывается гормонами стресса. Это тебе не повредит и пройдет сразу, как стихнет реакция «сражайся или беги». Ты не упадешь в обморок, тебе никто и ничто не угрожает. Ты спокойна» — она слышала это почти на каждой встрече, пока не запомнила все слово в слово.

— А слабость в руках и ногах — всего лишь действие гормонов, которые вызвали приток крови к конечностям. Я слабая, потому что стою на месте. На самом деле, я сильна, как никогда, — тихонько проговорила она заученную наизусть фразу.

Ей на самом деле стало легче, она почувствовала себя сильнее. Головокружение отступало, тошнота и слабость тоже. Понадобилось несколько минут, чтобы успокоить сердцебиение и наладить дыхание, но в итоге все прошло. Вася улыбнулась, радуясь, что смогла справиться с приступом паники, после чего направилась в сторону кухни. Завернув за угол дома, она столкнулась с тетей Любой, которая несла на подносе блюдо с румяными оладьями и графин сока.

— Ты куда? — Сердито спросила она. — А ну-ка за стол,

Кирилл уже спустился. Сейчас и Тимур спустится. Не будут же одну тебя дожидаться?

— Мне правда неудобно с хозяином делить стол, я на кухне позавтракаю, — Вася предприняла последнюю попытку к бегству, понимая, что это вряд ли ей поможет.

— Марш вперед, — скомандовала кухарка, взглядом показывая направление.

Вася недовольно поморщилась, но вынуждена была отступить под напором женщины.

— Позвольте мне хотя бы уступить вам дорогу, как старшему по званию, — попробовала она отшутиться, пропуская тетю Любу вперед.

— Это запросто, — засмеялась женщина, — только не думай улизнуть, не обижай хозяина.

Кухарка засеменила вперед, а Вася поплелась следом, предвкушая завтрак в компании Королева.

Они вернулись к парадному крыльцу, затем обогнули дом с противоположной стороны и вышли к бассейну.

Стол уже был накрыт. В воздухе витал аромат свежеобжареного кофе и чудесной выпечки тети Любы. На веранде Кирилл говорил с кем-то по телефону.

Вася посмотрела на него и попробовала улыбнуться, он кивнул ей в ответ и взглядом указал на одно из кресел. Девушка послушно села. До слуха донеслось несколько фраз Голованова:

— Нет, сказал же тебе, что не знаю. Нет его здесь. … Не видел ни вчера, ни позавчера. Я вообще за городом. На даче я, выходные взял. … Еще раз повторяю, я не знаю!

Мужчина говорил с раздражением, хотя и пытался быть вежливым. От взгляда девушки не скрылся так же и тот факт, что он несколько раз убирал трубку от уха, как будто боялся повредить барабанные перепонки — видимо, на другом конце провода кричали.

В голове тут же начали выстраиваться вопросы, которые, казалось бы, совсем ее не касаются, но интуиция подсказывала обратное. Ей стало любопытно, кто звонит, зачем, кого разыскивают, почему повышают голос.

Эти раздумья отразились у нее на лице — оно стало серьезным, сосредоточенным, брови слегка сошлись к переносице, а взгляд замер на какой-то только ей видимой точке в пространстве. Вася не заметила, как возле нее возникла фигура Тимура, и лишь скрежет металлической ножки кресла о плитку вывел ее из этого состояния. Девушка подняла голову и, заметив Королева, тут же поспешила отвернуться. В горле запершило и она закашлялась.

— Не переживай, я знаю, какую реакцию у девушек вызывает мое появление. Ты, хотя бы, не падаешь в обморок от счастья, — мужчина протянул руку к графину с соком и налил его в стакан, протянув напиток Васе. — Держи, выпей. Полегчает.

— Спасибо, — процедила девушка, делая глоток. — Это место занято, — она взглядом указала на кресло рядом с собой, которое он занял.

— Правда, — мужчина кивнул, затем взял с тарелки оладушек и закинул его себе в рот. — Все места рядом с тобой я за собой забил. Поэтому оно и занято — мной.

Он проговорил это небрежно, прожевывая еду и запивая ее соком.

— Всем доброго утра и приятного аппетита! — К столу подошел Кирилл и занял единственное свободное место. — Василиса, как спалось? — он положил себе на тарелку кусок омлета и посыпал его рубленой зеленью.