Леди Стойкость
Шрифт:
— Я не твоя любовница. Я поеду, когда захочу.
Дерри схватил Моргана за руку и отшвырнул его так, что тот потерял равновесие.
— Центром всего этого заговора является леди Грейс Хант, а не Теа. У старухи должен быть ключ к шифрам.
— О, еще одна женщина, которую можно пытать. Вот так удача.
Сжав челюсти, Дерри отвернулся от Моргана. Солнце уже зашло, и последний луч света исчез. Стабб, Иниго и другие удалились со своей едой подальше от разбушевавшихся братьев. Дерри направился к Вороньей башне, оставив Моргана у огня, и вдруг отдаленный
— Милорд.
— Тагмен, что увело тебя так далеко от твоего хозяина?
— Срочное сообщение, милорд. — Тагмен достал запечатанное письмо из своего камзола и протянул его Дерри.
— Отослав Тагмена, Дерри взял письмо, поднес его к огню, сломал печать и начал читать. Он смотрел на лист бумаги долгое время, прежде чем швырнул его в огонь. Темные глаза Моргана впились в Дерри. Он бросил взгляд на брата.
— Все будет, как ты хотел. Никто из нас не поедет в Лондон. Грейс Хант убита. Четыре дня назад. Заколота в постели, ее комнату обыскали, но ничего не взяли, наверное, не нашли.
— Убита? Кем? — спросил Морган.
— Сесил точно не знает, но он начал расследование в городе с целью выяснить личность существа, называемого Уайверном. Он спрашивал леди Хант о нем днем, а ночью она умерла.
— Готов поклясться: кажется, опасно для здоровья дружить с Уайверном.
— Да, — сказал Дерри, бросая взгляды на башню, где в комнате лежала Теа. — Теперь единственный человек, кто может знать, кто такой Уайверн, лежит там.
Морган фыркнул и вслед за Дерри взглянул вверх на башню.
— Ну, опять будешь развлекаться?
Дерри посмотрел на брата и горько засмеялся.
— Может быть, ты возьмешь на себя этот труд?
— Спасибо, нет. Это ведь твое любимое занятие — сломить волю женщины, а не мое.
7
Когда ты родилось, Желанье?
В цветенье мая, в роскоши весенней.
Сова пролетала над городской стеной, и когда она планировала над полями на север от Лондона к востоку от ворот Бишопсгейт, мыши скрывались в поисках убежища. Сова устремлялась вниз за каждым пухлым обитателем полей. Может, ей казалось странным, что пять одетых в плащи мужчин вторглись на ее территорию — пустынные развалины церкви Святого Ботолфа. Мало что осталось от церкви, кроме римской арки у входа и одной стены с массивными полукруглыми арками. Плиты, которыми был выложен пол, исчезли под дерном и травой. Поэтому шаги мужчин внутри остова церкви были не слышны. Один из них оглядел пространство вокруг передней арки.
— Никого, — сказал он и повернулся к Тимоти Айру. — Ты сказал, что он придет.
Другой мужчина пожал плечами, потом встрепенулся, когда сова приземлилась на оставшуюся стену и заухала.
— Кровь Господня, клянусь, здесь бродят призраки Саксона и Нормана. Говорю вам,
Шестая одетая в плащ фигура показалась из тени в конце стены.
— Единственное, в чем ты можешь быть абсолютно уверен в жизни, — это то, что ты умрешь.
Пятеро быстро обернулись, но ничего не сказали, пока Тимоти не обрел дар речи.
— Я же говорил, что он придет.
Один из них двинулся вперед к вновь пришедшему, который отступил и обнажил шпагу, а Тимоти выста-вил руку, преграждающую путь его компаньону.
— Уайверн, пришло время узнать, кто ты такой, — сказал мужчина.
— Да? Ты желаешь умереть этой ночью?
— Уайверн — такое же хорошее имя, как и любое другое, — произнес Тимоти.
— Ты знаешь, кто мы такие, — возразил мужчина. — Прошло много месяцев. Лесли Ричмонд мертв. И леди Хант. Нас предали, и за всем этим стоит этот горностай Уильям Сесил, я знаю.
Уайверн приблизился, и это заставило мужчин отойти. Луна высветила складки черного плаща, капюшон и маску.
— Закрой свой рот, дурень. Я убил их.
— Ты? Тогда… тогда наши шифровки не украдены?
— Ты был бы обезглавлен в Шордитче, если бы это было так, — сказал Уайверн. — Я пришел, чтобы доставить вам облегчение. В наших рядах были предатели. Остальные в безопасности. Твои подарки отправились в Шотландию с посланцем, который ни о чем не подозревает.
Уайверн убрал шпагу и опять отступил в тень.
— Мне нравится этот скулеж и содрогание от каждого слуха и шума. Будет хорошо, если вы все отправитесь домой и останетесь там. Делайте это тихо и без спешки. Ждите вестей от меня обычным способом. Я не пошлю за вами, пока шотландская королева не родит живого сына.
— Но Лесли Ричмонд не был предателем, и леди Хант…
Подобно змее, Уайверн набросился на мужчину, который тяжело задышал, когда почувствовал нож, приставленный к его горлу. Остальные отступили назад. Уайверн захохотал, когда уколол горло своей жертвы кончиком ножа.
— Никто из вас не знает все мои замыслы. Никто из вас не знал Лесли Ричмонда и леди Хант так, как я. Или вы бы хотели, чтобы я оставил их в покое, дав возможность предать вас королеве? Ричмонд принес послание от меня всем вам.
— Нет, нет, нет.
Нож испарился, и Уайверн опять слился с темнотой.
— Тогда уходите и сидите тихо, без паники. Или вы кончите так же, как и другие.
С заверениями в покорности, четверо засуетились и исчезли в ночи. Тимоти задержался и подождал, пока они не скроются из виду. Затем он повернулся к своему хозяину.
— Зачем вы солгали им? Вы не убивали Лесли Ричмонда.
— Сейчас они боятся меня больше, чем когда-либо, — ответил Уайверн. — И, хотя я не знаю, кто убийца, я уверен, что Сесил и его банда шпионов приложили свои руки к этим делам. Будет лучше, если они будут бояться меня больше, чем Сесила.
— А леди Хант?
— Ее допрашивал сам Сесил. Я не мог потерпеть этого. Ну, хватит о старых делах. Ты послал человека вслед за госпожой Теей. Он вернулся?
— Да, я как раз собирался…