Леди Бэтмен
Шрифт:
И, перегнувшись через спинку сиденья, она принялась шарить под задними сиденьями.
— Есть! — обрадовалась она. — Новенький. Весной купила, он со мной все лето и проездил в машине. А теперь вот пригодился.
И она выскочила из теплого уютного салона машины под дождь, спрятавшись под зонтиком. И помчалась, делая огромные скачки, к дверям ближайшего частного дома. Катя разрывалась на части. С одной стороны, оставлять машину без присмотра в таком месте было бы величайшей глупостью. А с другой… Оставлять Маришу одну тоже было небезопасно.
Но тут Катька заметила, что Мариша
— Пожалуй, насчет грязи ты была права, — произнесла она, разглядывая свои облепленные желтой глиной ноги. — А вот люди тут вполне доброжелательные. Эта женщина охотно объяснила мне, как нам лучше доехать до нужного дома.
Но переубедить Катю не удалось. Всю дорогу, пока Мариша петляла по улицам поселка, она мрачно молчала.
— Вот этот дом! — наконец сказала Мариша. — Выглядит вполне обжитым.
И действительно, несмотря на то, что деревянные обшитые вагонкой стены дома были покрыты потрескавшейся голубой краской, он был еще крепким и добротным. К тому же в одном из окон горел электрический свет, что было неудивительно. Из-за начавшегося дождя на улице стало пасмурно.
— Ну что? Пошли? — нерешительно обратилась к подруге Мариша.
— Постой! — встрепенулась Катя. — Тебе не кажется, что соваться двум беззащитным девушкам к мегере, которая, как мы подозреваем, уже отправила на тот свет троих, а то и четверых крепких мужчин, по меньшей мере неосторожно? А вдруг у нее в заначке, помимо яда и технических познаний об устройстве автомобиля, имеются еще и другие способы устранения неугодных ей личностей?
— Что ты хочешь сказать? Что она и нас убьет?
— Во всяком случае может попытаться, когда мы к ней заявимся и выложим свои карты. А вдруг у нее еще и сообщник есть?
— Какой еще сообщник? — недовольно пробурчала Мариша.
— Ну, ладно, не сообщник, — быстро согласилась Катя. — Но она и сама опасна, эта Аркадия.
— М-м, — пробормотала Мариша. — Тогда ей придется убивать еще и главных свидетельниц — любовниц Антона, Кирилла и Сержа. Ведь это именно их она подговаривала к соучастию в преступлениях. А у нас с тобой, между прочим, против этой Аркадии на руках нет никаких улик. Одни только логические умозаключения.
И помолчав, Мариша решительно сказала:
— Нет, убивать она нас не станет. Тем более мы ее предупредим, что заранее подстраховались, отправляясь к ней. И случись с нами что, ей здорово не поздоровится.
И Катя дала себя уговорить. Охая и стеная, что они делают огромную ошибку, она тем не менее пошлепала по грязи следом за Маришей. На стук им открыла дверь рослая моложавая женщина атлетического телосложения. Пример того, во что может превратиться русская красавица, если будет прилежно посещать тренажерный зал. Красавицей ее, правда, назвать было трудно. Но здорова она была — будьте нате.
«Ого! — с невольным уважением подумала Мариша. — Такая и без яда запросто с мужиком справиться могла бы!»
— Да, это я, — с некоторым удивлением ответила женщина в ответ на вопрос подруг, она ли Аркадия Лосева. — Верней, в девичестве Лосевой
— Мы к вам по поводу смерти вашего брата, — произнесла Мариша.
И, заметив, что лицо женщины приняло непроницаемое выражение, а сама она готовится захлопнуть перед их с Катькой носами входную дверь, добавила:
— По поводу вашего брата и еще троих человек, которых вы приговорили к смерти, мстя им за гибель брата.
Аркадия побледнела. Но она умела держать удар. Или ей было уже все равно? Но она даже и не подумала отпираться.
— Как же вы меня нашли? — лишь прошептала она. — Нет, это просто невозможно. Ведь столько лет прошло! Я была уверена, что для всех, кроме меня и тех троих, эта история давно быльем поросла.
— И тем не менее мы тут, — веско произнесла Мариша.
— Что же, входите, — с каким-то отстраненным видом, словно и не к себе домой приглашала, произнесла женщина. — Проходите, не бойтесь.
Поколебавшись всего лишь мгновение, Мариша первой переступила порог дома. Следом за ней шагнула и Катя.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
В доме у Аркадии оказалось на удивление чисто и уютно. Не было заметно никаких признаков старости и разрушения, которые просматривались снаружи. Напротив, тут был сделан хороший ремонт. И мебель стояла добротная и удобная. И тоже совершенно новая.
— Я живу в этом доме после смерти моего мужа уже почти год, — пояснила подругам Аркадия. — Так что успела все внутри привести в порядок. Могла бы и снаружи, да не хочу соседям и просто прохожим своими деньгами глаза колоть. Люди туг живут небогатые. Только завидовать будут. А зависть — это страшное чувство. Оно людей на преступления зачастую толкает.
Как только Аркадия поняла, что подруги не собираются ее в ближайшее время выдавать милиции и пожаловали к ней, чтобы просто поговорить по душам, ее бледность тут же прошла.
— Мы с мужем уехали в Сибирь еще до того, как Сережа окончил школу, — принялась рассказывать Аркадия, усаживаясь в просторной комнате со стенами, оклеенными светлыми в золотистых узорах обоями и приглашая присесть гостей. — И последние годы жизни Сережи я с братом почти не общалась. Мы с мужем высылали ему деньги, чтобы он мог спокойно продолжать учебу. Но общаться толком не общались. Понимаете, трудно назвать общением те несколько минут телефонных разговоров, которые мы могли себе позволить. Он говорил, что у него все в порядке. Мол, он жив и здоров. Что познакомился в институте с классными ребятами. В общем, волноваться мне было не о чем. И вдруг!.. На этом месте голос Аркадии прервался.
— Представляете, я даже не знала, что он погиб, — подавленно произнесла она. — Узнала уже после того, как его похоронили. А когда узнала, то сразу же поняла, что не успокоюсь, пока не найду убийцу брата. Вскоре после смерти Сережи приезжала в Питер, расспрашивала в институте, пыталась разузнать, что случилось, но тогда ничего так и не узнала. Никто из соседей ничего не знал. Друзья Сережи тоже ничем не помогли в поисках его убийцы. И мне осталось смириться с тем, что преступник так и не будет найден.