Леди Алекс

Крилл Кэтрин

Поскольку вечер был ясным и теплым, Джонатан настоял на том, чтобы они после ужина собрались не в гостиной, а на веранде. К этому времени Алекс уже перетерпела больше, чем могла вынести, и поэтому под предлогом головной боли поднялась к себе наверх. Она могла слышать доносящиеся снизу через открытое окно отзвуки голоса Джонатана, и ее сердце трепетало от них.

«Я люблю вас и никого больше…»

Так он сказал ей. Почему она так сильно желает, чтобы эти слова были правдой? И почему, во имя всего святого, она

никак не может закончить писать письмо своему дяде?

Она лежала в постели под покрывалами, делая вид, что спит, когда менее чем через час в комнату вошел Джонатан. С лукавой улыбкой на губах он не спеша разделся, задул лампу и нырнул в постель рядом с ней.

Впервые после свадебной ночи он не привлек ее к себе. Она удивилась, когда он улегся на свою сторону, повернувшись к ней спиной. Ее глаза широко раскрылись от растерянности и разочарования. Действуя исключительно под влиянием порыва, она тоже перевернулась и прижалась своими едва прикрытыми пышными формами к его обнаженной мускулистой спине.

Ее смелость была немедленно вознаграждена. Джонатан повернулся к ней и с торжествующим видом крепко прижал ее к себе. Он наслаждался своим триумфом. Алекс издала тихий вздох удовлетворения и закрыла глаза.

Глава 14

На следующее утро, вскоре после завтрака, Джонатан Хэзэрд уехал в Сидней. Гвендолин сделала все, что было в ее силах, чтобы отговорить его от этой поездки. Но ее усилия оказались напрасны. Он был исполнен решимости организовать ее отъезд на родину, а пока хотел позаботиться о том, чтобы до отплытия корабля устроить ее подобающим образом в городе.

День обещал быть вновь чрезвычайно знойным. Несмотря на гнев, который Алекс испытывала к Гвендолин, она все-таки не могла не посочувствовать вдове, видя, как та страдает от жары. Она порекомендовала ей ограничиться одной нижней юбкой и предложила надеть одно из своих легких платьев. Однако Гвендолин презрительно отказалась принять совет или позаимствовать более подходящую одежду.

Примерно в полдень в кухню поспешно вошел Финн Малдун с сообщением о прибытии посетителей. Алекс, обменявшись удивленными взглядами с Тилли, быстро вытерла фартуком руки и обернулась к ирландцу.

— Посетители? — повторила она и озабоченно сдвинула брови. — Но кто это?

— Губернатор собственной персоной, — торжественно сообщил Малдун, подмигнув ей. — Я бы посоветовал вам выйти на парадную лестницу, миссис, а то он может подумать, что капитан разорился и женился на бедном и безмозглом существе, которое и людям-то показать стыдно.

— Здесь губернатор Макквери?

— Они с капитаном стали друзьями, — заметила, улыбнувшись Тилли. — Хотя губернатор и не похож на людоеда, но многие считают его таковым.

— О мой Боже, — промолвила, затаив

дыхание, Алекс. Ее руки дрожали, развязывая тесемки фартука и снимая его. «У меня на пороге уже стоит тот самый человек, которого я так отчаянно старалась найти», — думала она. В это нельзя было поверить.

— Ступайте, я закончу готовить пищу, — ласково сказала Тилли.

— Спасибо, — пробормотала Алекс, у которой голова просто кругом пошла. Она быстро повернулась и выбежала из кухни. Она спешила к парадному входу, и лицо ее пылало, а глаза сверкали.

Через пару минут из-за деревьев появились два хорошо одетых мужчины и направились по дороге, ведущей в Бори. Они медленно шли к главному дому и не особенно спешили вернуться к лодке, которую вместе с сопровождающими их лицами оставили ждать на речном берегу недалеко отсюда.

Вскоре они приблизились к парадному входу в дом, где на верхней ступени лестницы ждала их Алекс. Ее сердце яростно билось в груди, и она лихорадочно обдумывала слова, которыми хотела бы описать губернатору свое положение. Неожиданно лицо ее мужа проплыло у нее перед глазами. Джонатан!

— Добрый день, миссис Хэзэрд! — сказал старший из двух посетителей, когда они вошли в примыкающий к дому внутренний двор.

Поразившись, что он сразу же узнал ее, Алекс смогла в ответ лишь выдавить из себя слабую улыбку.

— Позвольте мне представиться, — сказал губернатор голосом, свидетельствующим о его шотландском происхождении. Он был довольно высоким, стройным и по-своему привлекательным мужчиной с копной ярко-рыжих волос. — Я — Лачлен Макквери, губернатор Нового Южного Уэльса. Джентльмен рядом со мной — лорд Монтфорт. Он сейчас с визитом на нашем благословенном побережье.

— Считаю честью познакомиться с вами, миссис Хэзэрд, — произнес нараспев лорд Монтфорт. На вид ему было около тридцати лет, и держал он себя как истинный джентльмен — подтянуто и высокомерно. Слегка завитые, тщательно уложенные светло-русые волосы и аккуратно подстриженные усы придавали ему весьма изящный облик в полную противоположность его грубоватому спутнику.

— Здравствуйте, губернатор Макквери, — наконец произнесла Алекс. — Добрый день, лорд Монтфорт. — Она крепко сцепила перед собой руки и глубоко вздохнула, выравнивая дыхание, пока оба визитера поднимались по ступеням.

— Ваш муж дома, миссис Хэзэрд? — спросил губернатор, быстро оглядев окружающую местность. Он вынул из кармана своего синего жилета носовой платок и приложил его ко лбу, покрытому бисеринками пота.

— Нет… боюсь, что его нет. Он уехал в Сидней.

— В Сидней? Тогда нам придется подождать, чтобы расспросить обо всем этого шалопая! — Он захихикал и заметил: — Джонатан всегда отличался тем, что упускал благоприятные возможности. До тех пор, пока, осмелюсь заметить, не засмотрелся на вас.