Лед. Чистильщик

Корнев Павел Николаевич

Ну, все, колдуны, – теперь вешайтесь, подонки. Мой черед охотиться настал!

Эх, если бы!

И, печально вздохнув, я распределил по магазинам все сорок восемь спецпатронов и занялся обычными боеприпасами. Вряд ли всерьез воевать с кем-нибудь придется, но если дают – зачем отказываться? Запас карман не тянет. Правда, только в том случае, если получается его правильно распределить…

Кобуру с ПМ я нацепил на ремень справа, пару запасных магазинов рассовал по вместительным карманам штанов. Присел, подпрыгнул – вроде не мешают. Но двадцатизарядные придется в рюкзак

убирать.

– Чего тормозишь? – спросил вернувшийся в оружейку Виталий.

– Да думаю, как бы все это богатство получше разместить.

– Держи. – Парень порылся в верхнем ящике стола и передал мне пластиковый пенал для вертикального ношения двух магазинов с креплением на пояс.

– Вот это дело! – обрадовался я, прицепил пенал на ремень слева и застегнул толстовку. Нормально, со стороны незаметно. – А изолента есть?

Виталий кивнул:

– В нижнем ящике посмотри.

Отметив кольцами синей изоляционной ленты магазины с обычными патронами, я защелкнул один в свободное гнездо пенала на поясе, второй сунул в рюкзак. Туда же убрал пистолет-пулемет и глушитель. Взвесил в руке – солидно. Впрочем, с учетом заначенного обреза могло было быть и хуже.

– Номера на выходе сверять будут?

– Нет, все оформлено уже.

– Ладно, тогда оружие пристреляем и можно выдвигаться.

– Пристреляем? – удивился парень. – Раньше как-то обходился.

– Раньше не планировал по людям стрелять. Есть тир у вас, нет?

– Давай за мной.

Прихватив с собой пару коробок патронов, мы покинули оружейную комнату и по крутой лестнице с узенькими ступеньками спустились в подвал. Тир не разочаровал – двадцать пять метров в длину, дальнюю стену подсвечивает мощная лампа, отдельные кабинки для стрелков. Мишени с автоматическим приближением, как в лучших домах Лондона. На полу – деревянные решетки, под которыми поблескивает россыпь стреляных гильз. Видно, что здесь стреляют, и стреляют много.

– Наушники есть? – спросил я, закрепляя глушитель на стволе пистолета-пулемета.

– Зачем тебе?

– Еще «макаров» проверить хочу.

Воткнув в рукоять магазин, я дослал патрон и поставил переводчик огня на одиночные выстрелы. Навел красную точку прицела на черный круг и аккуратно потянул спуск. Негромкий хлопок, второй, третий.

Отложив «Каштан», я приблизил мишень и задумчиво изучил легшие немного ниже и левее центра пулевые пробоины. Залепил их полосками белой изоленты, вернул мишень на место и отстрелял следующие три патрона. Но нет – опять та же ерунда.

– Нужна отвертка, прицел подрегулировать. В комплекте должна была идти.

– Сейчас принесу.

Пока Виталий бегал за отверткой, я нацепил наушники, перешел к другой мишени и отстрелял ПМ. Здесь – никаких неожиданностей. Тут все исключительно от прямоты рук зависит. Сойдет, короче.

– Держи, – протянул отвертку вернувшийся в тир водитель.

Я упер рукоять пистолета-пулемета в стойку и, глядя через коллиматор, слегка сместил прицельную марку. Сначала по вертикали, потом по горизонтали.

Скорее всего, прицел без глушителя пристреливали, вот и бьет немного ниже. А может,

во мне дело.

Завершив калибровку, я сделал три очередных выстрела, приблизил мишень и удовлетворенно кивнул: вот теперь порядок.

– Долго ты еще? – поторопил меня переминавшийся с ноги на ногу Виталий.

– Сейчас.

Я упер приклад в плечо и одной длинной очередью разрядил в мишень остатки патронов. Оценивающе изучил пулевые отметины – пойдет – и снял с «Каштана» глушитель. Убрал оружие в рюкзак и, набивая опустошенный магазин, спросил:

– Куда едем?

– Третий маршрут, – ответил парень и, заметив мое недоумение, пояснил: – От Петроградского моста к вокзалу.

– Вот ничего себе прогулочка! – присвистнул я, вслед за водителем поднимаясь из подвала. – Это ж полгорода пешкодралом пройти придется!

– Тебя кто-то ограничивает по времени? – Виталий вышел во двор и, распахнув дверцу, уселся за руль внедорожника. – Не парься, на сегодня это все.

– Да! – вспомнил я об установленных вчера камерах, забираясь в салон. – Записи смотрел кто-нибудь?

– Без понятия. – Виталий осторожно, в объезд луж направил внедорожник со двора и припомнил: – Шептало вроде говорил, ты сам их смотреть будешь.

– Говорил, ага, – вздохнул я и прикрыл глаза, но от сонливости не осталось и следа.

Будто крепкого-крепкого кофе выпил, да такого ядреного, что сердечко бедное в ударах так и заходится. Неужто «Магистр» подействовал? Вот уж не думал, что он так бодрит! Куда там кофеину!

Невыносимая тяжесть вдавила в сиденье, и никак не удавалось понять, то ли мне сильно плохо, то ли сильно хорошо. Впрочем, когда мы проползли запруженный транспортом Петроградский мост и Виталий, включив «аварийку», остановил внедорожник у тротуара, самочувствие более-менее пришло в норму.

– Вылезай, – обернулся водитель. – У тебя полтора часа, потом установку на двадцать минут запустят.

– Сейчас. – Я шмыгнул носом, вытер его тыльной стороной ладони и не особо удивился, заметив оставшийся на коже красный мазок.

«Магистр», блин! Надо бы с ним поаккуратней…

Передернув затвор ПМ, я сунул пистолет в кобуру и выбрался из автомобиля. Нацепил на нос солнцезащитные очки, закинул за спину рюкзак и зашагал вдоль ограды непонятного парка. А поскольку тротуар тянулся впритык к проезжей части, где сплошным потоком шел транспорт, то при первой же возможности свернул в гостеприимно распахнутую калитку и по замощенной стершейся плиткой дорожке дошел до ночного клуба «Кайман».

Это ДК металлургов, если не ошибаюсь.

Несмотря на недосып, идти было легко и приятно; будто в спину подталкивал кто. Неестественная бодрость расходилась по телу, ноги сами собой несли вперед, и нисколько не напрягало даже то, что не удавалось уловить ни малейшего намека на какие-либо аномалии и странности.

Ну их, эти свертки, просто гуляю.

Обогнув трехэтажное здание ДК со стороны реки, я остановился на краю крутого, почти отвесного обрыва и под доносившийся из распахнутых окон размеренный грохот ударной установки присмотрелся к выжженному солнцем стадиону.