Лёд и пламень

Свободная Катерина

— У мената с суолейя не может быть детей! — с презрением бросил Ойва.

— Вы полагаете, что я сама всё это придумала? Или, быть может, что я мечтала об этом? — Ева почувствовала, как её затрясло от возмущения.

— Ей это Тахти рассказала, — вмешался Тай.

Ойва растерянно уставился на него. Не дожидаясь дальнейших расспросов, Тай повёл Еву в свою комнату.

Последние лучи солнца золотили вершины гор. От реки потянуло сыростью. Ева сидела на широкой скамье

на веранде. Как ни странно, она была абсолютно спокойна. Ведь изменить ничего нельзя. Каким бы сильным и самостоятельным человек не был, слишком многое в его жизни от него самого не зависит. Дверь тихонько скрипнула, и на веранде появился Тай.

— Тар заменит меня сегодня, — сказал он и опустился на скамью рядом с Евой.

— Спасибо, — ответила она, глядя в пустоту.

— Как ты?

— Спокойна, — пожала плечами она. — По крайней мере, это объясняет, почему я никак не могла найти своё место. Я действительно была другой.

Ей не хотелось говорить о произошедшем. Она нуждалась в тишине и простом человеческом тепле. Тай укутал её в тёплый плед и прижал к себе. Так тепло, так уютно...

— Поговорим об этом, когда ты будешь готова, — сказал он. Ева кивнула и уткнулась носом в его надёжную грудь.

— С чего ты вообще взял, Тай, что если я метиска, то непременно должна обладать какими-то способностями? — Ева захлопнула дверцу шкафа. Она нервно ходила по кухне, дожидаясь появления Марка.

— Ну, для начала так оно и есть. Ты очень наблюдательна. Слишком наблюдательна для обычного человека. Прямо таки ни одной мелочи не упустишь. А ещё ты можешь завораживать, останавливать взглядом, подобно менатам. Я сам видел. И не только я.

— Ты преувеличиваешь, — снисходительно улыбнулась Ева и медленно пошла вперёд. — Но на тебя ведь это не действует?

— Со мной это другое, — замялся он. — Но ты же заставила эту горную рысь убраться!

— Она увидела спешащих на помощь людей и испугалась. Вот и всё, Тай! — пожала плечами Ева.

— Не лги себе. Ти не ошибается! Смешение двух таких кровей! Ты просто не могла родиться обычной, — он, как привязанный ходил за ней следом. — Стой, каса! Остановись хоть на секундочку.

Ева обернулась к нему и, скрестив руки на груди, приготовилась выслушать его. В её глазах он видел откровенный скептицизм.

— Ты когда-нибудь замечала что-нибудь необычное за собой? Только прошу тебя, отнесись к этому серьёзно. Попробуй сопоставить факты, как ты делаешь это по отношению к другим.

Ева сосредоточенно стала вспоминать. Сначала её взгляд был рассеянным, потом в глазах мелькнуло воспоминание.

— Ну, разве что обоняние у меня обострённое и память на запахи отличная.

— Так, что ещё?

— Ещё когда злюсь, с сердцем бывают проблемы.

— Что именно происходит?

— Оно начинает бешено колотиться. Появляется ощущение, что меня что-то раздирает изнутри будто...

—

Хочет вырваться наружу, — закончил фразу Тай. Его лицо стало серьёзным.

— Ты знаешь, что это? — обеспокоенно спросила Ева.

— Да. Я ощущаю это каждый раз, перед тем, как обратиться.

— Но это же смешно! Я не умею обращаться!

— Да, иначе ты бы уже давно об этом знала. Но об остальном ты можешь даже не догадываться. Ты всегда жила среди обычных людей и поэтому всё делала, как они. А что если перестать цепляться за привычное и попробовать услышать себя?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты когда-нибудь пробовала прислушаться к своему организму? Уверен, что несоответствие стандартному человеческому поведению и реакции на окружающее тебя пугало, и ты пресекала любое развитие способностей. Но если бы ты попробовала сильнее ударить, ну, или бежать быстрее... Точно! Обувай кроссовки, мы идём на пробежку.

— Тай, я пробовала ударить сильнее. Так вот, рука проболела целую неделю. Кроме того, с минуты на минуту появится Марк, — она нервно вздохнула. — Как он воспримет правду обо мне?

— Какую правду?

Ева вздрогнула и обернулась. Марк стоял в дверях. Он всегда появлялся так неожиданно и беззвучно.

— Думаю, вполне спокойно. Это в его интересах. Всегда нужно думать о последствиях, — в голосе Тая прозвучали нотки угрозы.

Марк смерил его надменным взглядом, и его губы растянулись в высокомерной улыбке. Он давал понять Тайлену, что угрозы на него не действуют.

Тай повернулся к Еве, обнял её и вышел из дома. Но она знала, он останется поблизости, пока не будет уверен, что ей ничего не угрожает.

— Так о чём ты? — едва за Таем закрылась дверь, как с лица Марка спала маска высокомерия.

Его обеспокоенные глаза изучали лицо Евы. Ева отвернулась, пытаясь найти правильные слова.

— Я дочь Тиин и Александра, — выпалила она, так и не придумав смягчающего предисловия.

Повисла тишина. Ева вся сжалась в ожидании реакции Марка. Она обернулась и посмотрела на него, готовая принять любой ответ.

— Это многое объясняет, — немного растерянно, но спокойно сказал он и опустился на стул. — Как ты это узнала?

— Тахти — шаман племени.

Он кивнул. Почему-то Марк тоже не ставил слова шамана под сомнения. Некоторое время он молчал, о чём-то задумавшись. Ева тоже не проронила ни слова, давая ему возможность переварить информацию.

— Из-за этого у нас могут возникнуть проблемы, — наконец сказал он. Но Ева не ответила. Она выжидающе смотрела на него.

— Тадаллины не приемлют связи с человеком. Но меня мало это тревожило. Я мог бы убедить их смириться с этим. Теперь же всё изменилось. То, что ты на одну часть тадаллин, с одной стороны, всё упрощает, с другой — то, что на вторую часть ты суолейя, всё усложняет. И пока я не знаю, что с этим делать.