Лайла
Шрифт:
Джона напоминал статую, которую высек из камня, а потом чудесным образом оживил искусный мастер. Вот почему род вампиров никогда не иссякнет. Все они наделены внешностью, перед которой невозможно устоять, которая мгновенно располагает к себе. Вот только у меня уже есть опыт неосмотрительной дружбы с одним вампиром, и я в курсе, что прячется за прекрасным обликом. Я разозлилась на себя: да, Джона – красавец, но неотразимая красота – всего лишь маска, скрывающая личину убийцы.
Джона набрал номер, что-то быстро протараторил – я почти
– Мои друзья в пути. Скоро будут здесь.
– А эти друзья – они такие же, как ты?
– Да… Почти все. – И, помолчав, неохотно добавил: – Спасибо за помощь.
Я ответила ему саркастическим взглядом, означавшим «всегда пожалуйста». Странно, что он вообще снизошел до благодарности. Дрожь пробирала от того, как он смотрел на меня, так что от дальнейших расспросов лучше было воздержаться.
Я встала и принялась нервно шагать по комнате. Слушая, как тяжело Джона дышит, я снова оттаяла. Ну и пусть он высокомерен… Я ведь даже бешеного питбуля пожалею, если ему будет плохо.
Я взяла бутылку с водой, предложила Джоне, но он только фыркнул. Ну да, забыла. Тогда я наклонилась, чтобы поправить сползший с его плеча спальник.
Внезапно вампир схватил меня за запястье, дернувшись от боли – искалеченные руки причиняли ему страдания. Я поймала его взгляд. Из крепкой хватки нельзя было вырваться. Повернувшись в мою сторону, Джона притянул меня к себе. Сердце гулко забилось. Я оцепенела от ужаса.
Черт! Зачем я с ним связалась?
Его рот почти касался моей шеи, дыхание согревало кожу – и у меня внутри все перевернулось, страх исчез. Вампир медленно провел нижней губой по мочке моего уха – в теле всколыхнулась сладкая волна. Он прошептал:
– Правда, спасибо…
Джона произнес эти слова так нежно и искренне, что сердце у меня затрепетало.
Он отпустил мою руку, но я не отстранилась: посмотрела ему прямо в глаза. Его взгляд поглощал меня, и я уступила. После долгих минут, полных смущения и восторга одновременно, я нашла в себе силы разорвать связь и отойти. К чему мне тратить себя на Джону – вампира! – когда в моих мыслях живет Гэбриел? Да, иногда он кажется всего лишь призраком, но все же…
Я ушла в кухню за дровами. Хорошо, что утром, перед уходом на работу, я набрала в лесу хвороста.
Усевшись на пол, я обдумывала ситуацию. Не помочь я не могу. О себе мне известно мало, но в одном я уверена: во мне есть доброта. Кто знает, вдруг в обмен на поддержку этот вампир поделится со мной секретами своего племени или даст подсказку, кто я на самом деле и к какому миру принадлежу? Игра опасна, но она стоит свеч. Я вернулась в гостиную, подкинула несколько веток в камин. Мы сидели молча. Время тянулось невыносимо медленно. Наконец Джона нарушил тишину.
– Здесь ты и живешь? – спросил он, удивленно вскинув брови и обводя взглядом голые стены.
– Сейчас – да.
– Но ведь ты не здесь родилась. Это не твой
– Мой дом там, где я живу. Я не привязываюсь к местам. Время идет, меняются люди, меняются пейзажи за окном. Только я не меняюсь. – Захотелось слегка подразнить его, проверить реакцию.
Джона повернул голову вправо, чтобы получше меня рассмотреть.
– Глаза… Твои глаза старше твоей улыбки, но ты не такая, как я. Хотя и человеком я тебя не назову.
– С чего ты решил, что я не человек? – спросила я чуть громче и напряженнее, чем ожидала от себя. Его слова задели меня: никогда не считала себя «не человеком».
– Из-за запаха. Там, в лесу, я не почуял, что ты приближаешься. Увидел, только когда ты оказалась прямо передо мной.
Я задумалась. Всегда относила себя к людям, хотя и умереть от того, от чего умирают обычные люди, не могла.
– И что? Не забывай о своем состоянии. У тебя притупилось восприятие, вот и все, – парировала я, не желая раньше времени открывать козыри.
– Кто ты? – Джона пропустил мою реплику мимо ушей.
Сдаваться так быстро я была не намерена.
– Вопрос на миллион. Кстати, не припомню, чтобы я тебе улыбалась.
Вампир засмеялся, и я, покраснев от смущения, расплылась-таки в улыбке.
– Вот видишь, я тебе симпатичен, как ни крути.
Он вздрогнул и вытянулся на полу, пытаясь справиться с приступом резкой боли.
Немного подумав, я решилась на следующий шаг:
– Можешь звать меня Чесси.
Вампир вопросительно приподнял бровь.
– Друзья называли меня Чесси.
– В прошедшем времени?
– Мы с ними не виделись некоторое время. Если хочешь, считай это имя моим.
Губы Джоны изогнулись в намеке на улыбку.
– Весьма польщен доверием.
Понадеявшись, что мы встали на тропу мира, я решила продолжить расспросы:
– Ты не ответил: чем я могу помочь? Ты ведь страдаешь, я вижу.
Вампир посмотрел сквозь меня и наконец процедил сквозь стиснутые зубы:
– Друзья позаботятся обо мне.
– Кто они? Что с тобой произошло?
Джона явно раздумывал, отвечать или нет, но все же снизошел, хотя и без явного желания:
– Мы вместе путешествуем. Сюда прибыли, чтобы спасти… спасти вампира – такого, как я. – Он помолчал. – Кое-что пошло не по плану, и клан Чистокровных взял меня в плен. – Джона зарычал, обнажив клыки. Оторопев от этого зрелища, я не сразу отреагировала.
– Клан Чистокровных? Ничего не понимаю…
– Чистокровные – первые вампиры, появившиеся на Земле. Раньше я был человеком. Но меня укусили, обратили, превратили в вампира – выбирай, что тебе больше по душе. И я стал вампиром второго поколения, или обращенным вампиром. Такие, как я, служат Чистокровному, который обратил их, принадлежат его клану, входят в его армию.
Джона пытался унять бившую его дрожь.
– Но если ты служишь одному из Чистокровных, как оказался на свободе?