Лайла
Шрифт:
Джона выпрямился.
– Пришел пригласить тебя на прогулку по поселку.
Он не предлагал и не спрашивал. Как всегда, ставил перед фактом.
– Спасибо. Но сегодня заботу обо мне поручили Руадану. Гэбриел так сказал.
На лице вампира отразилось разочарование.
– Может, предпочтешь более молодого и веселого гида для осмотра достопримечательностей?
Похоже, он взбесился из-за того, что я не вцепилась зубами в первый же шанс провести с ним больше времени. Судя по нахмуренным бровям и напряженному лицу, ситуация, в которой приходится привлекать к себе
– В последний раз наша экскурсия закончилась тем, что ты едва не размазал меня по стене. Так что, прости, я пас.
– Ладно, – мрачно ответил он, развернулся и пошел к выходу. Я сразу же почувствовала себя виноватой: зачем было вспоминать случившееся в домике?
– Джона… Может, ты пригласишь меня куда-нибудь выпить стаканчик? Говорят, здесь есть неплохой паб. – Я попыталась сгладить ситуацию, чтобы не казаться такой колючей.
Берясь за дверную ручку, он оглянулся через плечо:
– Заметано!
Да он же чуть не хихикает! Джона провел меня, как наивную дурочку: перспектива пойти со мной в какое-нибудь заведение интересовала его гораздо больше, чем экскурсия по окрестностям. Сама виновата! Нельзя быть такой размазней.
Я повернулась к нему спиной и незамедлительно получила комментарий:
– Классный зад, кстати!
Хлопнула дверь: Джона ушел.
Я страшно злилась на себя – ну что за идиотка! А этот самовлюбленный наглец, считающий себя безупречным, заслуживает пары хороших оплеух.
Теперь я была гораздо осторожнее: одевалась, не снимая полностью халата, на случай если вампир решит вернуться. Но все же не удержалась и полюбовалась на свою пятую точку в зеркале.
Высушив волосы полотенцем, я нашла выбранную Брук сумочку «Малберри» и положила в нее телефон, кредитку и ключи от дома, которые вчера вечером дал мне Гэбриел.
В ящике комода лежали все мои поддельные документы, среди них был и паспорт. Спасибо Руадану, который не побоялся съездить в Крейео. Убедившись, что клан Элихио оттуда убрался, Гэбриел отправил вампира за моими вещами – думал, у меня было что-нибудь ценное. Интересно, что осталось от дома после обыска? Очень хотелось верить, ему повезло больше, чем тому месту, где жили Гэбриел и компания вампиров до вынужденного бегства. Так жаль! Но документам я была рада: а вдруг нам придется срочно бежать из страны?
Итак, я готова к выходу.
Я миновала в холле несколько запертых дверей. Меня не особо интересовало, кто в какой комнате живет, но хотелось верить, что Гэбриел поселил меня рядом с собой. Он-то и поджидал меня под лестницей.
– Доброе утро! – поздоровался он, широко улыбаясь.
Выглядит, как всегда, потрясающе. Золотистые кудри зачесаны назад, и лишь несколько упрямых прядей по обыкновению падают на лоб. Прислонился к стене, опершись локтями, одна нога согнула в колене. Я легко сбежала к Гэбриелу по ступенькам, чтобы поздороваться, как вдруг он изменился в лице, от улыбки не осталось и следа. Я застыла на последней ступеньке, наши глаза оказались на одном уровне. Подавшись вперед, Гэбриел удивленно рассматривал меня –
– Что-то не так? – спросила я.
– Нет, все так, – ответил он, приходя в себя. – Где ты взяла эту блузу?
– В замечательном винтажном магазинчике. Сама вчера выбрала. Тебе не нравится?
Я и так стеснялась, а затянувшееся молчание Гэбриела смутило меня еще сильнее. Машинально развернувшись, я начала подниматься по лестнице. Надо вернуться в комнату, посмотреться в зеркало.
– Подожди!
Гэбриел схватил меня за руку и притянул к себе.
– Очень красиво, правда. Просто я растерялся, увидев тебя в таком наряде. Он напомнил мне… тебя.
Вот только не надо считать меня слабоумной! Он ведь хотел закончить фразу по-другому.
– Блузка старомодная, я знаю, но она мне понравилась. Извини, что напомнила тебе о себе.
Опять все пошло кувырком.
Мы смотрели друг на друга не моргая. Вдруг Гэбриел захохотал, и я, как ни пыталась сохранить серьезную физиономию, тоже рассмеялась.
– Я только рад напоминаниям о тебе – той, которую я знаю. Просто ты застала меня врасплох. Не ожидал увидеть тебя в таком наряде, вот и все.
Гэбриел оправдывался вполне убедительно, да еще и поглаживал мою руку, так что не простить его я не могла. При первом же прикосновении прохладных пальцев кожа покрылась мурашками. Странно: иногда от него исходит тепло, а иногда – невероятный холод. Будто он подстраивает температуру тела к ситуации.
Встав на одну ступеньку со мной, Гэбриел пропустил пальцы сквозь мои волосы и, мягко коснувшись шеи, притянул меня к себе. Его рука двинулась ниже, отводя распущенные длинные пряди, провела по талии, опустилась еще ниже.
– Я так понимаю, этот вырез должен демонстрировать твою спину. Надеюсь, ты надела майку, чтобы не замерзнуть, а не потому, что прячешь шрам. – Гэбриел теснее прижался ко мне.
Удар ниже пояса. Конечно, прячу – какие еще могут быть варианты?
– Я стесняюсь шрама, хоть он и прикрыт волосами. Так мне спокойнее.
По лицу Гэбриела я заметила, что он беспокоиться за меня. Он тяжело вздохнул и сразу же, чтобы сгладить неловкость, предложил:
– Идем. Хочу тебе кое-что показать.
За руку Гэбриел провел меня в заднюю часть дома, в огромную библиотеку, заставленную шкафами с самыми разными книгами. У дальней стены, возле окна с эркером, стояли два кожаных кресла и столик красного дерева, а на нем лежала красивая, явно сделанная на заказ шахматная доска. Подходящий уголок какого-нибудь приятного интеллигентного старичка…
Усадив меня в темно-зеленое кресло, Гэбриел направился в угол комнаты и поддел одну из паркетных дощечек. Вернулся он с увесистым ящичком в руках, поставил его рядом с шахматной доской и занял другое кресло. Открыл ящик и не спеша принялся расставлять красные и белые фигуры из слоновой кости – каждую в точности на свое место. Удивительной красоты шахматы, должно быть вручную вырезанные искусным мастером много лет назад, прекрасно сохранились. Перевернув ладью, Гэбриел показал мне штамп на ее основании: «Калверт. Флит Стрит 189».