Лайла
Шрифт:
Мы так и стояли молча, а когда Джона отстранился, я увидела, что его лицо искажено гримасой злости.
– Я спрашиваю: кто это сделал? – рявкнул он, и эхо разнесло его голос по пустым комнатам.
Что мне было отвечать? Я попала в неловкую ситуацию: теперь Джона видел шрам, который я так старательно прятала. Я снова попыталась поднять кардиган, чтобы прикрыться, но Джона опередил меня: одежда оказалась у него в руках.
– Чесси… – произнес он таким серьезным тоном, что оставалось только одно: ответить. Врать смысла не было.
– Я
В карих глазах Джоны вспыхнули багровые огоньки. Он едва сдерживал ярость и был готов дать ей волю в любой момент.
– И ты до сих пор жива? – недоверчиво спросил он.
Еще бы ему не удивиться: от вампиров живыми не уходят.
– Да, жива. Но он, этот Фредерик… – я запнулась, – … нет.
На глазах выступили слезы. Я не хотела думать ни о том случае, ни о том вампире. К чему ворошить болезненные воспоминания?
Джона ослабил хватку, его взгляд смягчился.
Тыльной стороной ладони я вытерла слезы. Руки заледенели, меня била дрожь: и от холода, и от переживаний. Джона, похоже, успокоился. Он шагнул ко мне, накинул на плечи, поверх распущенных волос, кардиган. Молча продев руки в рукава, я побрела к выходу. Я была вне себя, щеки пылали.
– Прости, – виновато проговорил он.
Говорить не хотелось: ни с Джоной, ни с кем-то другим. Я открыла дверь, намереваясь уйти в лес, но остановилась: за порогом стоял Гэбриел. Его беззвучный вопрос едва не сбил меня с ног: «Что он сделал?»
Чтобы скрыть вновь подступившие слезы, я опустила голову. Гэбриел лихорадочно осматривал меня – я чувствовала на себе его внимательный взгляд, который наконец замер на моем запястье, где уже наливался отменный фиолетовый синяк. Гэбриел поднял глаза, но я снова промолчала.
«Возвращайся к дому и жди меня в патио. Я должен поговорить с Джоной».
Я не стала спорить. Стараясь не оступиться на каменистой тропе, направилась к дому медленно, чтобы прийти в себя. Меньше всего мне хотелось портить отношения между ангелом и вампиром, но Джона обидел меня. Хотя, если начистоту, воспоминания о другом вампире и о другом вечере сейчас волновали меня куда больше, чем поведение Джоны.
Я выбрала в патио кресло и села ждать. Гэбриел появился не скоро.
– Извини, что так вышло с Джоной, – грустно сказал он. – Ты его интересуешь, но это не дает ему никакого права…
Я перебила:
– Со мной все в порядке. Давай забудем.
Поколебавшись, Гэбриел кивнул и сменил тему:
– Я переговорил со всеми обитателями дома: твое присутствие их не смутит. Они обещали воспринимать тебя как члена семьи. Я им доверяю. Они присмотрят за тобой и не позволят, чтобы случилась беда. Знаю, тебе будет здесь тяжеловато, но, пожалуйста, потерпи, пока я кое-что не решу… – Гэбриел замолчал.
– Не решишь, кто я? Я просто девушка. Ну, может, в некотором роде и бессмертная, но все же я
– Да, но ты воскресаешь, а это людям не свойственно. Меня волнует, что за тобой охотится не один Чистокровный, а сразу двое! Нам нужно выяснить, зачем им это.
Гэбриел явно недоговаривал.
– Скорее всего, они пытались достать Джону, а я случайно оказалась рядом, – попыталась я выкрутиться, понимая, что это ложь. Последнее видение не оставляло сомнений: Чистокровные вели охоту на меня…
– Выпив твоей крови, Джона в одиночку, голыми руками, прикончил толпу Обращенных вампиров. Ты им необходима, а вот зачем – это нам и нужно понять. Пока мы этого не знаем, ты в опасности, а я хочу, чтобы тебе ничто не угрожало, Лайла.
Во взгляде Гэбриела сквозила неподдельная тревога, поэтому я без раздумий согласилась. Он заботился обо мне, старался защитить и хотел, чтобы я находилась рядом.
Я энергично кивнула.
– Тогда идем знакомиться с семьей.
Гэбриел встал и протянул мне руку, за которую я с радостью ухватилась. Он провел меня в кухню. Увидев собравшихся там вампиров, я еле удержалась, чтобы не спрятаться за спину ангела.
– Чесси, с Анорой вы уже знакомы.
Я метнула на вампиршу быстрый взгляд – вид у нее по-прежнему был крайне надменный.
– Это Руадан и Брук, а с Майклом ты виделась утром.
Я поприветствовала ее коротким кивком.
Руадан выглядел лет на сорок по человеческим меркам. Похоже, он был здесь старше всех. Симметричные черты лица, ирландское имя – он как-то связан с Анорой?
Брук моментально притягивала внимание. Примерно моего возраста, миниатюрная, худенькая, с огненно-рыжим каре до плеч, с ярким макияжем и журналом «Вог» под мышкой – девушка из Калифорнии до кончиков ногтей, она тоже могла похвастаться стандартной красотой. Интересно, как сильно яд, превративший их всех в вампиров, повлиял на внешность?
Из всей компании самое неоднозначное впечатление производил Майкл, которому можно было бы дать лет тридцать, будь он человеком. Он был одет в голубые джинсы и вязаный джемпер поверх рубашки. Кстати, у каждого из них одежда явно была дорогой, и мне стало как-то не по себе оттого, что в этом доме очевидно привыкли к богатству. Бледная кожа Майкла, как и у остальных, выглядела безупречно гладкой и чистой, при этом внешность его была не слишком выразительной – самые обычные карие глаза, горбинка на переносице, рост средний.
Первым заговорил Руадан:
– Рады познакомиться. Гэбриел сказал, ты будешь жить с нами.
– Да, – опасливо подтвердила я.
– Добро пожаловать, девочка. Уверен, тебе здесь понравится. Дом красивый, пейзажи – великолепные. Я с удовольствием покажу тебе окрестности, когда ты придешь в себя. – Руадан говорил искренне, с теплотой, и сразу же вызвал у меня симпатию.
– Спасибо, с удовольствием, – почтительно ответила я.
– Это правда, что Джона пил твою кровь? – вопрос Брук буквально рассек воздух.