Лайла
Шрифт:
Вот я – официантка в захудалом пабе никому не известного городка. Жизнь проходит мимо. А теперь? Все изменила, просто с ног на голову перевернула встреча с Джоной. И с Гэбриелом. Я не могла поверить, что главный герой моих снов и воспоминаний явился мне во плоти. И к тому же он ангел – ни много ни мало! Хотя все закономерно: раз по земле бродят вампиры, то должны существовать и светлые создания.
Почему Гэбриел оказался здесь? Почему он появился первым? Откуда мы знаем друг друга? Зачем он покинул меня когда-то? Как же мне нужны ответы на все эти вопросы! В
Внезапная догадка пронзила меня, заставив сжаться в комок: а вдруг он слышит меня? Сквозь ресницы я осторожно глянула на Гэбриела, который быстро просматривал что-то на экране айфона. Весьма продвинутый ангел. Не похоже, что сейчас он читает мои мысли. А если читает, то великолепно маскируется.
«Я думал, ты уснула…»
Его слова проникли в мое сознание, пронеслись одно за другим, сложившись в предложение. Я зажмурилась. Гудение мотора, шорох колес по трассе отошли на задний план и совсем исчезли. Я погрузилась в тишину: точно оказалась в туннеле, отгороженном от внешнего мира.
«Ты всегда знаешь, что происходит у меня в голове?» – Я сосредоточилась на вопросе, постаравшись избавиться от остальных мыслей, которые мог бы уловить Гэбриел.
«Я сам не знаю, как у нас с тобой получается общаться таким способом… Ведь только ангел и На…» – Гэбриел остановился на полуслове, а я все еще ждала в туннеле. Связь не прервалась.
«Только ангел и…» – потребовала я продолжения.
Гэбриел помедлил и произнес:
«Мы с тобой каким-то образом связаны».
Я попыталась разглядеть, с каким лицом он это сказал. Гэбриел был смущен и растерян – судя по складке между бровями. Я снова зажмурилась, пока он не заметил.
«Мы не читаем мысли друг друга. Мы общаемся на одной волне. Я могу позвать тебя, а ты – ответить, если канал открыт. Или ты можешь отклонить мой зов».
«Я должна хотеть услышать тебя, а ты – меня?»
«Похоже, что да. Только „хотеть“ – не совсем то слово. „Стремиться“ и „иметь возможность“ подойдут больше». – Он ответил быстро, будто хорошо знал правила игры.
«А ты сумеешь увидеть то, что вижу я? У меня получится „пригласить“ тебя в свое воспоминание или видение?»
«Не знаю».
Выходит, с правилами он знаком, но играет первый раз?
Я вызвала в памяти картинку, которую вспомнила, когда Гэбриел угощал меня лимонадом. Мы вместе на пикнике – вполне безобидная сцена, чтобы проверить свою догадку. Изо всех сил я восстанавливала ее как можно детальнее и в какой-то момент ощутила, что Гэбриел тоже видит ее.
Мое воображение не рисовало для него неподвижное изображение – я делилась переживанием. Сладкий аромат белых гвоздик, свежий запах сочной зеленой травы под нами. Мы счастливы. Но в тот самый миг, когда
Теперь я видела сцену глазами Гэбриела. Он ведь был там, а значит, тоже все помнил. Я смотрела на ту же картинку, но эмоции, которые испытывала, принадлежали ему. Как странно. Он не был счастлив в тот момент: он был напуган. Гэбриел не любил меня? Притворялся? Неподвижные образы вспыхивали один за другим, заслоняя происходящее на лугу. И они возникали не в моем сознании.
На меня сыпались обрывки воспоминаний Гэбриела. Вот другое существо, излучающее почти такой же мощный свет, как у него. Фрагменты появлялись, наслаивались друг на друга. Кристалл. Сверкает гранями, ослепляет. Конюшня. По полу к двери бежит струйка крови.
Последняя картинка поразила меня. Гэбриел отпрянул, пытаясь разорвать связь, но я хотела видеть все и ощутить его переживания, поэтому вцепилась в эту сцену. Кровь струилась по полу, собираясь в лужицу. Сквозь меня тек ужас Гэбриела, когда он в отчаянии бросился к выходу из конюшни. Удерживать воспоминание стало невыносимо тяжело: Гэбриел не желал продолжать. Когда он был у порога, связь до передела натянулась и лопнула. Подступила тошнота.
– Останови! – крикнула я Джоне, который даже не подозревал, что происходило между нами с Гэбриелом всего мгновение назад.
Просьба прозвучала резко, как приказ. Вампир привык подчиняться, поэтому сразу же затормозил. Даже не взглянув на Гэбриела, я рванула ремень и распахнула дверцу. Выскочила на дорогу и упала на колени на обочине, перед кустами ежевики, за которыми начинался бетонированный откос. Меня вывернуло.
Понадобилось несколько минут, чтобы мир вокруг меня перестал вертеться. Рев машин, пролетающих мимо на огромной скорости, ворвался в уши.
Джона оставался на водительском месте. Смутившись, я вытерла рот рукавом кардигана. Теперь у Брук есть полное право меня возненавидеть – всего за пару часов я испортила почти всю одежду, которую она мне дала поносить. Боковым зрением я заметила руку, протягивающую мне бутылку с водой. Прополоскала рот. Да уж, мило я, должно быть, выгляжу…
Повернув голову к Гэбриелу, я спросила:
– Почему ты остановил меня?
Спрашивая, я испытывала смешанное чувство раздражения и вины из-за того, что залезла в воспоминания, которые он пытался скрыть. Черт! Чувство вины все-таки одержало верх.
– Еще не время, – ответил Гэбриел. Он подошел сзади и принялся размеренно поглаживать меня по спине.
Не нравится мне все это, ох, как не нравится. Вот вам и рыцарь в блестящих доспехах. Вампиры вызывают страх. Чистокровные и вовсе кошмарны. Но ведь Гэбриелу положено быть… Ну, не знаю – как минимум положительным героем. Что он скрывает? Может, мне лучше жить как раньше – самой по себе? Сомнения вихрем носились у меня в голове. Слишком многих фрагментов головоломки не хватает – так я ее никогда не соберу. Гэбриел – ангел. Значит, ему положено быть безупречным? Новая догадка пронзила меня: а вдруг это я когда-то оттолкнула его своим поведением?