Латекс
Шрифт:
Лисбет только успела удивиться глупости модели мастера Мамору, как та бросилась к клиенту с умоляющим видом, горячо лепеча что-то по-японски. Перевода не требовалось, явно доказывала, что она «не такая» и просила помочь уйти отсюда или найти ее друга мастера Мамору. Услышав имя Мамору, Лисбет нахмурилась, не следовало, чтобы она произносила какие-то имена, мало ли что…
Помощник обнадежил:
– Он ничего никому не скажет.
– Это почему?
– В случившемся есть его вина.
Сначала
Было заметно, что он колеблется, не понимая, чего же хочет Тэншими. Может, у этих японок так и положено? Конечно, у них и чайная церемония длится полдня, но нельзя ли поскорей, сколько можно ныть, пора приступать к действию более приятному.
Он попытался показать Тэншими, что пора раздеваться, та отрицательно замотала головой. Клиент сам взялся за симпатичное, похожее на детское платьице, в которое нарядили Тэншими, Лисбет даже подумала, что сама девушка похожа в нем на ребенка или игрушку.
И тут произошло неожиданное. Стоило мужчине потянуть платье вверх, чтобы оголить бедра девушки, как он получил такой отпор, какого не ожидал!
Пару мгновений клиент ошарашенно смотрел на свои пострадавшие руки, а потом взревел:
– Я за тебя заплатил, шлюха!
Ответный удар буквально сбил Тэншими с ног, но девушка быстро вскочила и закричала что-то, явно угрожая мужчине. Она набросилась, барабаня кулачками по его телу и лицу. Сначала это выглядело даже смешно – маленькая, худенькая Тэншими наскакивала на огромного борова, все ее атаки разбивались о его тушу, словно волны о гранит.
Но вот она взвизгнула и влепила клиенту такую затрещину, что на шее остались следы, а потом попросту укусила его за предплечье до крови. Малышка решила не отдавать свое тело на поругание этому борову дешево. Почувствовав боль и увидев свою кровь, мужчина взревел.
Лисбет, наблюдавшая сцену на экране, в ужасе поежилась. Конечно, гостиница лишь числилась таковой, но в ней все же бывали постояльцы, к тому же в соседних номерах могли услышать и прибежать на помощь или наоборот, удрать, не заплатив.
Никто не прибежал, даже если услышали.
А клиент расправился со строптивой девушкой по-своему, ударил ее еще раз, явно лишив сознания, и потащил в постель. Возбуждение достигло того уровня, когда о безопасности, тем более шлюхи, не думают.
Тэншими, очнувшись, сопротивлялась так, словно ее лишали жизни! Силы были неравны, огромная туша попросту придавила бедную девушку, раззадорившись, мужчина исполнял на ней одному ему ведомый танец. Лисбет смотрела, застыв, она, кажется, уже понимала, чем все закончится.
Клиент не понимал, он выложился полностью,
– Эй-эй! Ты чего это? Эй!
Он тормошил и тормошил застывшую девушку, а потом, поняв, что та мертва, зачем-то обмотался полотенцем и выскочил вон.
Маленькая Тэншими осталась лежать на постели распятой в луже крови.
Лисбет выключила ноутбук.
– Когда это произошло?
Энди посмотрел на часы.
– Два часа назад.
– Какого черта ты повел ее работать, если она еще не готова?!
– Он случайно увидел снимок. Уперся, мол, хочу эту и никакую другую!
– В нашей работе случайностей не бывает. По крайней мере, дважды не бывает. Где он мог увидеть снимок?
– Диана готовила для стилистов. Всем сказано, что это для актерского кастинга. И ему также сказано, мол, и по-шведски не говорит, и по-английски тоже. Но он уперся: дам любые деньги, но хочу ее!
– Диана слышала весь этот разговор?
– Обижаешь… Я увел его к себе, а Диане сказал, что посоветовал выбросить роман с моделью из головы.
– Деньги вернули?
– Нет, он умолял только об одном – чтобы его не сдавали полиции.
Лисбет вздохнула, теперь придется общаться с клиентом. Это против правил, ни один клиент не слышал ее имени и не видел лица. Даже под макияжем и даже под париком. А теперь правило придется нарушить, нужно как-то убедить клиента, чтобы тот не подавал заявление в полицию.
Мать всегда твердила ей, что большие провалы начинаются с маленького нарушения жестких правил. Но выбора не было.
– Где он сейчас?
– Спит.
– Спит?
– Да, я сделал вид, что живу в соседнем номере, первым пришел на помощь на его вопли, увел к себе, напоил до безобразия.
– Труп где?
– Увезли. Как привезли, так и увезли – никто не увидел.
– Будем надеяться, – вздохнула Лисбет. Сколько бы ни спал клиент, когда-нибудь он проснется. Если, конечно, не отправить следом за его жертвой…
– А чтобы он усомнился в произошедшем, мы перенесли в этот номер его вещи, сложили также, помяли простыни и бросили деталь женского нижнего белья, чьи-то трусики, которые были в стирке в прачечной.
Лисбет хмыкнула. Молодец! Пожалуй, Энди единственный, с кем она могла бы работать. Конечно, его звали не Энди, Лисбет знала настоящее имя, и он был одним из очень немногих, кто знал ее настоящее имя и облик.
– А этот номер, – Энди кивнул на экран монитора, – уже переделывают. Убрали камеры и сейчас поселят пожилую пару.