Латекс
Шрифт:
Через минуту она стояла со сцепленными ногами и руками, перевалившись через стойку, с кляпом во рту, открытая любым его действиям. Черные волосы волной спадали на пол, закрывая бледное лицо и горящие ненавистью глаза.
Энди замер, прикидывая, что же теперь с ней делать, и невольно залюбовавшись результатом своей работы. Прилично получилось, а уж учитывая брыкающуюся модель, вообще классно. И смотрится хорошо.
Погладил небольшие, но аппетитно округлые ягодицы, сжал, борясь с желанием впиться так, чтобы побелели суставы. Высоченные каблуки босоножек
Энди почувствовал азарт охотника, он наслаждался ее беспомощностью и своей властью – водил пальцем по попке, опускался к влагалищу, касался клитора, заставляя ее напрягаться и ерзать, проводил по самому краешку входа в запретную щелку, снова возвращался к попке.
Потом прикрепил к соскам грузики потяжелей, было видно, что ей больно, девушка отворачивала голову, чтобы не увидел выступивших на глазах слез. Энди уже понял, что сделает все, что пожелает, даже если Лисбет строго спросит за такую вольность.
Взял крем, обильно смазал палец и затолкал его в заднее отверстие. Девушка снова напряглась, но поделать ничего не смогла. Энди добавил крема, но не ради нее – ради себя, чтобы скользило легче, внутри у нее было тесно и горячо.
Пошло хорошо, хотя она все равно застонала от боли, ее мучитель мог похвастать своим орудием, слишком большим для любых отверстий. Теперь он стискивал половинки, не задумываясь, что может оставить следы пальцев, естество брало верх и требовало активных движений. Орудовал сильно и долго, не позволяя себе кончить слишком быстро, зато рычал, когда это произошло, от души.
Сделав дело, повалился на нее сверху, несколько мгновений просто стоял, стиснув грудь и чувствуя, как дрожит ее тело.
Но обойтись только анальным сексом не удалось. Отдохнув, поменял ей положение так, чтобы больше не стояла вниз головой, но все равно оставалась беспомощной и открытой. Аппетитные округлые ягодицы сплошь покрывала цветная татуировка. Энди вдруг пришло в голову, что даже если девушку выпороть, то следы не будут заметны. Упускать такую возможность он не собирался.
Тэншими вздрагивала от каждого удара, видно вовсе не была мазохисткой, либо не получала никакого удовольствия от причиняемой им боли. Зато Энди получал! Он порол вдохновенно. Парень умел пользоваться флоггером, как надо, кожа бедной девушки явно горела огнем, она тихонько стонала, из глаз текли слезы.
Исхлестав зад Тэншими, Энди был уже готов оставить ее в покое, но новая волна эрекции сделала свое черное дело, оказавшись близко от девушки, он, не задумываясь, вонзил копье туда, куда и следовало с самого начала. Даже кляп не смог скрыть ее крик, хотя, конечно, приглушил.
Когда все закончилось, Тэншими безжизненно висела на перекладине, слезы капали на пол. Немного придя в себя, Энди довольно усмехнулся:
Освободив несчастную от ремней, Энди поднял ее, накинул на плечи халатик:
– Хорошая девочка… Иди, вымойся.
Это было невиданной похвалой избалованного проститутками парня, но Тэншими не оценила. Ее взгляд оказался полон такой ненависти, что Энди даже отшатнулся.
Эту девку никогда не приручишь, так и будет смотреть зверем. Больно он ей сделал!.. А без боли в первый раз вообще не бывает. Нужно отдать ее клиентам без запросов, чтобы почувствовала разницу между его и их обращением.
Отправив Тэншими в ее комнату, Энди задумался над тем, как скрыть свой поступок. Он не боялся осуждения Лисбет, им разрешалось пользоваться девушками, которые работали с клиентами, это было своеобразным бонусом, а по поводу девственности можно сказать, что и не подозревал. Как может быть девственной та, чьи изображения демонстрируют все, что другие женщины скрывают?
Об оправдании Энди не помышлял, как и о том, что лишил девушку ее сокровища. Он думал только о том, как поскорей и ловчей подсунуть Тэншими богатому клиенту.
В ход пошли фотографии, сделанные Мамору, очень красивые и сексуальные снимки, от которых у кого угодно член дыбом встанет. В том числе и фотография с минетом. Энди больше не трогал Тэншими, но не потому, что не хотел, он бы не прочь повторить и не раз все сначала, просто кое-что случилось.
В Стокгольме Лисбет ждало неприятное известие. Тэншими вопреки своему имени, означавшему, в том числе покорность, взбунтовалась и даже нанесла физический ущерб клиенту. О моральном и говорить не стоило.
– Что там случилось?
– Посмотри сама. – Энди кивнул на экран ноутбука, где демонстрировалась запись первого и последнего сеанса Тэншими в качестве девушки по вызову.
Лисбет всегда изумляла наивность клиентов. Они считали, что если встречаются с девками не в борделе, а где-то в приватных условиях, то видеозаписи можно не опасаться. Неужели непонятно, что проститутку не привезут туда, где не подготовлено? А если так, что мешает поместить глазок камеры прямо над кроватью?
На экране здоровенный мужик с пивным брюхом раздевался. Он был большим аккуратистом в том, что касалось костюма, – повесил на плечики пиджак, сложил брюки, поверх галстук…
Лисбет отметила наличие галстука, многие ли его носят каждый день?
Боров уже стоял в носках и боксерских трусах, расстегивая рукава рубашки, когда дверь открылась и в комнату буквально влетела японка. Было понятно, что ее втолкнули.
Пару мгновений они просто глядели друг на друга.
Теперь экран монитора разделился, демонстрируя комнату сразу с четырех позиций. Лисбет увеличила то изображение, где видно обоих. На лице мужчины отразилось предвкушение удовольствия, он был доволен предоставленным материалом. А вот у девушки почему-то мелькнула надежда.