Лали. Его одержимость

Далински Ира

Голова гудела, словно улей, когда дверь скрипнула, впустив в комнату незнакомца. Его взгляд обжег меня, словно кислотой. Ни тени дружелюбия. И в руке… пистолет. С трудом сглотнув, я судорожно закуталась в одеяло, словно жалкая ткань могла меня защитить.

– Что вам нужно? – голос сорвался, дрожа от страха, а его молчание давило, словно плита.

– Сейчас узнаешь, подстилка Тайлера.

– Ч-что…?

– Заткнись, – его слова были пропитаны презрением, грубостью, и ледяной ненавистью. Я

онемела, пытаясь понять, откуда он знает про меня и Райана? Что происходит? Мне страшно до тошноты.

Незнакомец надвигался, наставив на меня дуло пистолета, и я невольно вскрикнула, получив в ответ оглушительную, колючую пощечину. Никогда в жизни мне не было так плохо.

Он схватил меня за волосы, грубо дернул и повалил на кровать. Снова этот проклятый пистолет, нацеленный прямо в лицо.

– Будешь хорошей девочкой, и я лишь немного поиграю с тобой, прежде чем разнести твою чертову голову. Совсем чуть-чуть.

В подтверждение своих слов, он медленно, вызывающе облизнул мою щеку. Отвращение обожгло, словно кипяток.

Инстинктивно, я ударила ногой по его руке. Громыхнул выстрел, пуля пробила потолок. Отчаянно пытаясь подняться, дотянуться до двери, я чувствовала, как тело наливается свинцовой тяжестью.

– Стоять! – меня схватили за щиколотку, потащили обратно. Крича, зовя на помощь, я цеплялась за изножье кровати, пока, перекатившись на спину, не почувствовала, как его руки сомкнулись на моей шее. Он душил меня!

Вероятно, во мне открылось второе дыхание, потому что я, собрав все силы, впилась зубами в его грубую кожу.

– Ах ты, сука! – его крик оглушил меня. Пистолет выпал из ослабевших рук. Секунда и я схватила его.

Отскочив от безумца и дрожащими руками удерживая курок, я отступала к двери. В панике дергала ручку, но та не поддавалась. Как? Ведь дверь была открыта, когда он вошел!

– Иди сюда, маленькая стерва. Я уничтожу тебя.

Придя в себя, он обезумел еще больше. Его пальцы вцепились в оружие, которое я с отчаянием сжимала в руках. Нельзя отпускать. Нельзя. Я не понимала, что происходит, зачем он хочет убить меня, но отпускать было нельзя.

Мерзкие мужские руки скользнули к моему телу, прижимая меня к двери. Грудь сдавило, словно тисками, сквозь боль чувствовала, как задирается одежда. Тошнота подступала от его прикосновений. И лишь когда он попытался расстегнуть мои джинсы, я поняла, что меня хотят изнасиловать. Кажется, мои подозрения насчет клуба оказались правдой.

– Давай же, крошка. Доставь мне удовольствие.

Руки все грубее мяли мое тело, мокрые, жадные губы обжигали кожу на шее. Нет… Нельзя… Нельзя меня трогать. Я не хочу.

Его ехидный смех резал слух, и снова его пальцы впивались в мое тело.

– Нет! – кричу я, и в тот же миг грохочет выстрел.

Оглушительная

волна звука обрушивается на меня, в ушах звенит назойливая трель. На мгновение веки смыкаются, а по щекам скользит предательская влага. Открыв глаза, я вижу его. Застывший в немом изумлении, с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом, словно он пытается вымолвить что-то, но не может. Секунды тянутся мучительно долго, прежде чем до меня доходит вся чудовищность произошедшего.

Этот человек… Его белоснежная рубашка алеет багровым цветом, расползающимся зловещим узором. И в следующее мгновение он обрушивается на ковер, застилающий пол комнаты. Пистолет выскальзывает из моих ослабевших пальцев. Лязг металла, ударившегося о твердую поверхность, словно выстрел, пронзает мой мозг, заставляя зажать уши.

Боль. Невыносимая, пульсирующая боль разрывает голову на части. Я не понимаю… что происходит?

Чьи-то руки подхватывают меня сзади, оттаскивают прочь и заключают в объятия. Меня трясет, словно в самой жестокой лихорадке.

– Лали… Лали… – шепчет кто-то над ухом.

Я убила его. Я. Убила. Человека.

Кровь… везде кровь. И его неподвижное тело, распростертое на полу.

– Я убила… убила… – слова вырываются из горла сдавленным хрипом, который я почти не осознаю.

– Лали, успокойся. Посмотри на меня, – чьи-то пальцы касаются моего подбородка, заставляя поднять голову, но мой взгляд прикован к неподвижной фигуре. – Посмотри на меня! – сквозь пелену слез я вижу Райана.

Он кричит, сжимает мое лицо ладонями, заглядывает в глаза и шепчет, что все в порядке, но я вижу его словно сквозь мутное стекло, за которым бушует шторм.

– Р-Райан… Я выстрелила… – всхлипы раскалываются рыданиями. – Я убила его, – слова тонут в громком плаче.

– Успокойся!

Комнату прорезает чужое присутствие. Сквозь пелену слез мелькают еще два силуэта, словно призраки. Они подхватывают безжизненное тело с пола и уносят вместе с орудием смерти. Дверь захлопывается, отрезая от реальности.

– Смотри на меня! – жесткие руки, как тиски, сжимают мое лицо. – Ты ничего не сделала. Слышишь меня?

Нет. В голове – хаос, обрывки мыслей мечутся, не находя покоя.

– Райан, – голос срывается на хрип, словно в глаза насыпали песок, обжигая веки. – Что теперь будет? Меня посадят? Ты же сказал, что мы просто потанцуем! Что потом случилось? Райан! Что этот человек хотел от меня?

Мужчина с тяжелым вздохом опускается рядом, его взгляд полон мрачной решимости. Он нежно гладит мои щеки, и в этом прикосновении – обманчивая сладость, обещающая защиту. Хочется верить, довериться этому призрачному спасению.

– Никто не узнает о том, что случилось. Лали, никто не узнает.