Ладья

Линч Карен

— Да они особо и не откровенничали.

Он снова пожал плечом.

— Теперь ты знаешь.

За моей спиной раздался скребущий звук и, обернувшись, я увидела драккана. Он снова сидел на столе и теперь уже пытался проглотить ключи, которые я оставила там ранее.

— Нет! — я рванула на кухню и выхватила у него ключи. — Плохой драккан.

Теннин фыркнул со смеху.

— Хороший питомец, только лучше прятать от него всё, что может уместиться в его рот.

— Он не остаётся, — я скривила лицо, схватила кухонное полотенце и

стала очищать покрытые слизью ключи. — А металл ему не навредит?

— Дракканы не похожи на других созданий нашего мира. Пламя в их животе защищает их практически от всего.

И будто чтобы подчеркнуть слова Теннина, драккан срыгнул. Вылетело несколько искр со струйкой дыма.

Я нервозно огляделась по сторонам, выискивая легковоспламеняющиеся вещи.

— Новая защита не сняла же чары от огня, так ведь?

Теннин махнул рукой в воздухе, проверяя чары.

— У тебя всё прекрасно.

Я вернулась к нему и повесила ключи на крючок у двери. И тут меня накрыло осознанием.

— Ты сказал, что кровь Конлана лишь немного голубее твоей. И ты тоже из королевской касты?

Он поклонился.

— Принц Теннин к вашим услугам, хотя никто меня так и не зовёт.

Принц. Это объясняло, почему он мог создать чары, достаточно сильные, чтобы удержать мужчин Лукаса вне квартиры, пока я не разрешила им войти.

— Но ты предостерёг меня и просил держаться подальше от Лукаса и его парней.

— Я сказал, что они опасны, и таковыми они являются, когда в этом есть необходимость.

Я была немного удручена, что Теннин, как и все другие фейри Дворов, которых я знала, казалось, усовершенствовали искусство говорить вокруг да около правды. Когда я спросила Конлана, служит ли Лукас короне, он расплывчато ответил, что все они на службе. Однажды Лукас сказал мне, что Принц Ваэрик крайне благодарен мне, а я и понятия не имела, что он говорил о себе в третьем лице.

— Знаешь, большинство девушек вашего мира были бы в восторге, узнав, что они были в обществе королевской особы из мира фейри. Твоё разочарование крайне уничижительно.

Я рассмеялась.

— Уверена, ты и так получаешь причитающуюся тебе долю обожания.

— Грех жаловаться, меня, правда, приглашают на лучшие вечеринки, — он сделал вид, будто сиял от гордости.

— Несмотря на то, что ты папарацци?

Он покачал головой, словно я заявила нечто до умиления абсурдное.

— Всем плевать на это, когда ты королевская особа. Присутствие любого с королевской кровью, даже такого низшего принца как я, показатель престижа вечеринки.

— А тебя не беспокоит, что люди приглашают тебя только для того, чтобы повысить свою популярность? — спросила я, разозлившись такому отношению в его адрес.

— Не особо. Я придирчиво выбираю на какую вечеринку пойти. Вообще-то, сегодня вечером я как раз на одну такую вечеринку иду, — он широко улыбнулся. — Хозяин ещё тот чудак, но на его вечеринках всегда есть знаменитости и политики, за которыми можно подслушать.

—

Чудак в чём?

— Он, как вы называете, одержим фейри, и его дом полон вещей из нашего мира. В своём поместье в Италии он даже создал озеро, наполнив его рыбами из мира фейри. Это его собственный маленький мир фейри. Немного забавно, но довольно занимательно находиться в его обществе.

— Должно быть он несметно богат.

Я попыталась представить, сколько надо иметь денег, чтобы тратить их на фантазию.

Теннин кивнул.

— У него достаточно денег купить всю страну целиком, но то, что он хочет, купить он не может.

— И что же это?

Он заговорщически подался ближе ко мне.

— Стать фейри, конечно же. Он готов даровать всё своё состояние любому, кто сможет изменить его, но, ни один фейри в жизни не предпримет такой попытки. Несанкционированный переход грозит риском оказаться изгнанным из мира фейри, а изгнание означает смерть.

— Принцесса Нерисса попыталась провернуть это с Джексоном Чейзом.

Его улыбка померкла.

— Отчаявшиеся люди идут на отчаянные поступки ради любви.

— Ты знаешь её?

Я вспомнила, что слышала нечто типа того, что принцесса Нерисса была из Неблагих, но в каждом регионе были сотни королевских особ.

— Да, — уныло ответил он.

Меня бросило в дрожь. Я не хотела знать, какое наказание она понесёт.

Теннин сложил вместе руки.

— В любом случае, похоже, у тебя здесь дел невпроворот с новым питомцем. И если тебе от меня ничего другого не надо, я, пожалуй, оставлю тебя.

Он развернулся, собравшись уже уйти, когда да меня дошло, что он мог бы помочь мне ещё кое с чем.

— Погоди-ка.

Он озадаченно посмотрел на меня.

— Я тут занимаюсь одной работкой, и мне стало интересно, не сможешь ли ты рассказать мне что-нибудь о конкретном предмете из мира фейри.

Он запнулся. Его замешательство было мимолётным, но всё же я уловила.

— Конечно.

— Что ты можешь рассказать мне о ки’тейне?

— Ки’тейн? — он завёл руку за спину и быстро закрыл дверь. — Откуда тебе о нём известно?

Его реакция подтвердила мои подозрения, что ки’тейн был куда более серьёзным делом, чем Агентство преподнесло нам. Он, явно, не знал, что охотников уведомили о его пропаже. Я ввела его в курс дела и рассказала ему о том немногом, что узнала об артефакте.

— Как они могут рассчитывать, что мы найдём его, когда не рассказывают нам ничего, кроме того, как он выглядит? — проворчала я. — У кого был доступ к ки’тейну в храме? Зачем кому-то понадобилось взять его и перенести сюда? Никогда не поверю, что фейри стал бы красть нечто такое сакральное для его вида, только для того, чтобы продать его коллекционеру за баснословные деньги. Здесь кроется нечто гораздо большее.