Лабиринты рая
Шрифт:
– Я надеюсь, что могу быть примером для многих, но все же весьма сожалею о том решении.
– Ничего подобного, – разозлился я. – Вы собирались заниматься практической медициной, но отказались от нее, потому что ненавидели вскрытия, а еще потому, что видели как-то раз, как один болван-неуч безобразно прооперировал ребенка. Сейчас вы находитесь в подготовительной медицинской школе, вы запрограммированы таким образом, что не проявляете свою нелюбовь к медицинским учреждениям. Они запрограммировали вас обманывать меня.
Улыбка стала неуверенной.
– Простите? Я не понял.
– Представляете, сколько вскрытий
– Виртуально, – заметил он, – не по-настоящему.
Он был, конечно, прав, это меня взбесило.
– Убирайся отсюда, мошенник, – зашипел я. – Ты не настоящий Чарльз Дарвин, тот был великим ученым и великим борцом за права человека, а ты, жалкая задница, всего лишь творение ГВР. Посмотри на себя. Дарвину было двадцать два, когда он отправился в морской поход, а тебе лет пятьдесят. Настоящий Дарвин начал работать над теорией эволюции уже после похода, а ты, по каким-то причинам, можешь трепаться про нее уже сейчас, за двадцать лет до опубликования «Происхождения видов». А еще, Чак, ты вообразил, что сейчас 1832 год, хотя на самом деле лет на двести пятьдесят позже. Ну, как тебе яблочки?
– У тебя замечательное чувство юмора, – рассмеялся он, я совсем не обидел его. Рассердить Дарвина в ГВР практически невозможно, раздражение не включено в его программу.
– Кстати о яблоках, – продолжил он. – Знаешь ли ты, что личинка мухи Rhagolettis pomenella не заводится в яблоках, если…
– Нэнни, дай Дарвину личность получше, – велел я.
– Если бы я могла, – заворчала Нэнни.
Вернулась Симона, у нее в руках что-то было.
Она пыталась спрятать это – сюрприз? Для меня? В ее глазах я заметил тревогу, которой не замечал за ней раньше.
– Ничего нет лучше морского путешествия, – сказала она.
Я пожал плечами. К чему нам светская беседа? Она смотрела на меня, требуя ответа.
– Ничего нет лучше морского путешествия, – согласился я.
Она придвинулась ко мне ближе. Я поборол желание отойти.
– Я прихожу сюда, чтобы отдохнуть, – продолжила Симона.
– Знаю, – ответил я.
– Красивые облака, – заметила она.
– Очень.
– Я не знаю, как этим пользоваться, покажи, – шепотом сказала Симона.
И тогда я понял, что она прятала тот предмет не от меня. Она пыталась скрыть его от Нэнни, Маэстро, персонала академии. Контрабанда. И тут я вспомнил: я дал ей эту штуку несколько месяцев тому назад, тогда она заявила, что ей это не понадобится, обидела меня, обвинила в том, что я навлекаю на нее неприятности. А я в ответ назвал ее любимчиком и посоветовал влачить и дальше свое жалкое безопасное существование. Глупо. Но все-таки она сохранила ее. А сейчас хотела воспользоваться, а это могло означать только одно – у нее что-то произошло. И это что-то сделало ее больше похожей на меня.
– Красная кнопка, – тоже шепотом ответил я.
Так она и поступила – ба-бах – потом мощный сбой, туман, почти ничего не видно. Прекрасный взрыв хаоса в запрограммированном мире.
Я взял приборчик для создания помех, перебойник, у нее из рук.
– У нас есть пара бесконтрольных минут, пока система сумеет устранить неисправность, – сообщил я Симоне.
– Ты сам его сделал?
– Да, запрограммировал вместе с Меркуцио, – ответил я, пытаясь припомнить. Несколько месяцев тому назад. Почти не помню. – Мы взломали офис Эллисона и вскрыли систему. Он наносит небольшой ущерб,
– Ты уверен? Ты уверен, что не разрушил систему? – спросила Симона.
– Только чтобы сделать перебойники и несколько выходов. А что?
Она пристально разглядывала меня.
– Что? Что происходит?
– Что-то случилось с Лазарем, – ответила она.
– Он закончил курс.
– Нет, так все думают, – настаивала она, – на самом деле что-то произошло, и сейчас система пытается это скрыть. Это звучит как паранойя, но он бы мне сказал, так? Он бы сразу пришел ко мне и сообщил новость. Но вместо этого он просто исчез. Бесследно. Я звонила его родителям, но телефон не отвечает. Я звонила в Гедехтнис, бесполезно. Ничего. Он – призрак.
– Симона, возможно он…
– Дай я закончу. Я покопалась в этом и нашла, как это вы называете? Улики? Я обнаружила его последнее местонахождение в ГВР, место, из которого он исчез, – там что-то есть, Хэл. Что-то, чего я раньше не встречала.
– Что-то созданное им?
Она отрицательно покачала головой.
– Ладно, – сказал я. – Я тоже хочу посмотреть. Туман начал рассеиваться, скоро мы опять станем видимы.
– А с тобой что? Что это за чушь с амнезией?
– О чем ты?
– Ходят слухи, что у тебя что-то не так и ты ничего не помнишь. Это правда? Или еще одна идиотская шутка?
– Еще одна идиотская шутка, – ответил я.
– Ты считаешь, что я ненормальная?
– Нет.
– Ты веришь, что что-то происходит?
– Я никогда не видел тебя такой, – сказал я. – Ты перетрудилась. Это моя вина.
– Хэллоуин, что за чертовщина здесь происходит?
– Постарайся не расстраиваться. Я уверен, что… – Слова вдруг застряли у меня в горле.
Уверен в чем? Уверен, что твой дружок жив-здоров? Едва ли.
– … мы доберемся до истины, – все-таки закончил я.
Я хотел еще и ободряюще подмигнуть, но не смог – она бы подумала, что я с ней заигрываю в такой страшный момент. Страшный для нее, не для меня. Хотя и мне тоже было страшно. Если это я убил Лазаря, я помогаю расследовать собственное преступление. Вместе с Симоной! Вот это да! Я не мог ей доверять, как, между прочим, и себе, если говорить честно. Лицо мое ничего не выражало, а внутри я хохотал, то был смех приговоренного.
– Этим не стоит пользоваться слишком часто, – посоветовал я, возвращая ей приборчик. – Эллисон проверяет систему на глюки, боюсь, со временем они обнаружат эту уловку.
– Мне все равно. Они обманывают меня. Я точно знаю. Ну поймают они меня, и что?
– Храбрая девочка. Возможно, ты не совсем любимчик.
– А ты, может быть, и не такой болван, – ответила она.
Туман развеялся, Нэнни Симоны (с легким французским акцентом) и моя (Мэри туда ее Поппинс) заголосили хором:
– С вами все в порядке?!
– А что случилось? – невинным голосом поинтересовалась Симона.
– Снова небольшой сбой в ГВР. Надо же, – вмешался я. – Да все просто разваливается.
Неожиданно возник спрайт. Симона прикрыла глаза рукой.
– Хочешь поболтать с Фантазией?
– Не очень.
Мы не стали отвечать.
– Она целыми днями нападает на людей. Даже на тех, кто в игре не участвует.
– Так она гасит свою агрессивность. Возможно, это к лучшему.
– Ммм. Хочешь, уйдем отсюда? – спросила Симона. Она не стала дожидаться ответа. – Нэнни, мост Чинват, пожалуйста.