Лабиринт смерти
Шрифт:
Максим двигался вдоль стены, бросая взгляды то назад, то вперед. Пока ему везло – он не встретил ни одного робота, охотившегося на выживших людей. Значит, еще остались жертвы внутри лабиринта. Значит, механическим убийцам есть чем заняться. И пока они при деле – надо отыскать выход из ада.
Ушаков прекрасно понимал, что происходит с теми несчастными, кто не выдержал испытания. Теперь кровавые пятна были повсюду – не только для декорации, для угнетения нервной системы игроков. Темно-красные лужи появились во многих коридорах. Несколько раз Ушаков проходил
Ушакову везло. Он внимательно прислушивался к звукам, ухитрялся избегать контактов с роботами. Вот только никак не мог отыскать лестницу на нижний горизонт. Тот самый, на котором располагался служебный выход из игрового комплекса. Выход, снабженный обычной дверью, без электрозамков.
В какой-то момент Максиму стало казаться, что он сходит с ума. Лабиринт повторялся, будто под копирку! Да нет же, нет! Он не сошел с ума. Просто ранее проходил по этому самому коридору. Как же так вышло?
Ушаков остановился в смятении. Он точно запомнил это место. Сначала – небольшая комната слева от прохода. Комната с огромным красным пятном на стене. С темно-рубиновой лужей на полу. Неприятное место. Потом – через два десятка метров – поворот направо. Еще одна комната, стены которой размалеваны зеленой и черной краской.
Что же получается? В поисках выхода он бродит по кругу? Понапрасну теряет время? Ушаков почесал затылок, вдруг – совершенно неожиданно для самого себя – повернул в другую сторону, заспешил обратно. Туда, откуда недавно пришел.
Свернул за поворот и увидел: в длинном коридоре медленно ползет вниз металлическая переборка, рассекая туннель на две части. В одной находился Максим Ушаков, другую он недавно покинул. Для чего это делалось? Кем? Отсечь Ушакова? Не позволить ему вернуться?
Парень вновь развернулся, бросился вперед, забыв об опасности контакта со стальными убийцами. Так и есть! Перед носом, в другом туннеле, створка ползла вверх! Ему, Ушакову, открывали проход. Попросту говоря, вели. Направляли туда, куда считали нужным.
Оказывается, лабиринт был подвижным! Посредством стен-переборок можно изменять его конфигурацию! Создавать новые коридоры и галереи, направлять игрока в боковые ответвления.
Сразу вспомнилось, как поступают с составами на маневровых путях. Локомотив сталкивает длинную цепочку вагонов с горки. А диспетчер – своевременными переключениями стрелок – направляет вагоны на ту или иную колею. Сортировка! Тривиальная сортировка… Каждому вагону – свою станцию назначения. А если состав излишне быстро катится с горки? Надо его тормознуть специальными стопорными колодками! Задержать, чтоб диспетчер сумел управиться с вагонами, разрулить ситуацию.
Неужели аналогично поступали с людьми, находившимися внутри «Crazy Battle»?! Но кто? И зачем? Роботы? Сбрендившая компьютерная система? Слишком много вопросов и слишком мало фактов для анализа…
– Цланг! Цланг! Цланг! – донеслось из коридора.
Ушаков сразу догадался, что это за звук. Металл по металлу. Человек словно
Максим выдернул «заглушки» из ушей, отбросил хвостики. Чьи-то стоны, громкое сопение в головных динамиках мешали определить, с какой стороны приближается опасность. Прислушался. Враг спереди. Справа.
Ушаков попятился, лихорадочно озираясь. За спиной был недавно пройденный коридор, но его закупорила подвижная металлическая перегородка.
Цланг! Цланг! Цланг! Робот словно знал, где жертва. Он неспешно, но уверенно приближался. Еще несколько шагов – и вынырнет из-за поворота. Увидит Макса. Человек попятился, поднял автомат. И вдруг потерял равновесие. За спиной не оказалось металлической стены – перегородка исчезла. Уехала вверх, но Максим, занятый роботом, не отследил этого.
Ушаков развернулся, бросился прочь по коридору, сжимая автомат в правой руке. Цланг! Цланг! Цланг! Сейчас. Вот сейчас. Вывернет из-за поворота. И пальнет. Как только заметит. Роботы не ошибаются…
Максим успел забежать за поворот в тот самый момент, когда в коридоре сверкнул зеленый луч. Робот выстрелил. Все решили доли секунды. Машина не успела достать жертву.
И вновь развилка. Ушаков задержался, глянул в одну сторону, потом в другую. Справа был длинный пустой коридор. Слева – опускающаяся створка, которая проехала большую часть дороги. Еще пара-тройка секунд – и в этом месте появилась бы глухая стена. Увидев это, Максим бросился налево. Упал животом на пол. Подкатился под затвор, тяжело дыша. Резко, в последний момент, выдернул ноги из-под «гильотины». Спустя секунду металл лязгнул по металлу. Боевой робот остался за преградой.
Кажется, Ушаков нарушил какие-то правила. Похоже, этот сегмент предназначался не для него – Макс почувствовал интуитивно. Замешательство, легкое замешательство. Словно бы система на миг остановилась, не веря в то, что произошло. Человек не мог, не должен был прыгать под створку, пытаться уйти в тот коридор, в который попал Макс. Он рискнул – и выиграл. Не остался инвалидом, ему не сломало кости тяжелым металлическим затвором.
Но неожиданная ватная тишина напугала Ушакова ничуть не меньше, чем шаги робота, который еще недавно преследовал его. Замешательство. Пауза. Человек поднялся на ноги, нервно сжимая в руках лазерный автомат.
И увидел в нескольких метрах перед собой – прямо в воздухе – собственное лицо. Губы Ушакова-призрака двигались. Лицо выглядело встревоженным. Кажется, двойник призывал человека идти обратно. Ушаков в недоумении обернулся. За его спиной вверх уползала створка. Невидимые хозяева лабиринта хотели, чтоб игрок вернулся в другой коридор?
Возможно, так и было, но Максим, сбросивший наушники, не слышал собственного голоса. Лицо двойника все время менялось. Фантом что-то говорил, пытался объяснить своему оригиналу.