Лабиринт смерти
Шрифт:
– Все в порядке! – такое чувство, будто ответивший Максиму находится в двух шагах от игрока. Совсем рядом.
Голос бодрый, да только облегчения не приносит. Не надо быть ясновидящим, чтоб различить в нем фальшивые нотки. Да, бодрый голос, но наигранный. Плохой спектакль. Его, Максима Ушакова, пытаются обмануть.
– Что в порядке? – буквально завизжал парень, теряя над собой контроль. – Что в порядке?! Что это за толчок? Что с крышей, стенами? Что со светом? Как выйти из этого чертова лабиринта?!
– Все в порядке, продолжайте игру, –
Голос другой. Уверенный, спокойный, деловитый. И от этого легче на душе.
«Сразу бы так!» – хотел сказать Макс Ушаков, но не успел.
Потому что человек, обещавший, что система перезагрузится и все войдет в штатный режим, вдруг заорал. Да так, что у Максима встали дыбом волосы. И тут же до парня донесся еще один крик, женский.
– Мама! Мамочка! Мамочка! – девчонка не просто кричала, она голосила, захлебываясь, срываясь на какой-то истерический визг.
– Нет! Нет! Не надо! Не-е-е-е-е-е… – завопил мужчина.
И вдруг все человеческие слова пропали из эфира, остался только леденящий душу вой.
Пальцы свело судорогой. Ушаков сжал автомат так, что была бы это более хрупкая вещь – точно сломал бы.
– Центральный… Диспетчер… – прошептал он, уже понимая: помощи ждать неоткуда.
Там, в командной рубке «Crazy Battle», происходило нечто ужасное. Скорее всего, людей убивали. Кто-то безжалостно расправлялся с работниками клуба, не жалел и молодых девчонок. Причем люди видели, как приближается смерть. Умоляли о пощаде, но – судя по воплям – их все же мочили. Жестоко, словно на мясобойне.
И в этом хаосе боли и смерти работникам «Crazy Battle» стало не до игроков, оказавшихся в недрах лабиринта. Люди в диспетчерской вопили, стонали, некоторые – умоляли о пощаде, но, похоже, их вырезали одного за другим. Цинично, медленно. Никуда не торопясь, уделяя внимание каждой из жертв. А прочие в это время смотрели на агонию товарищей и ждали собственной участи. Как Ушаков, который находился в другом месте, но все слышал.
«Надо искать выход!» – подумал Максим. Нервно огляделся по сторонам, подскочил к стене, вставил штекер информ-панели в гнездо, надеясь считать фрагмент карты. Вдруг повезет, и после сбоя компьютерной системы откроется весь план?
Он посмотрел на терминал и вздрогнул. Буквы. Только черные символы на жидкокристаллическом дисплее. Буквы, сложившиеся в слова:
«А готов ли ты встать на весы, на чашах которых – твое?
Черное и белое…
Встреча с этим всегда происходит неожиданно. Каждый думает -
время еще не пришло. Но вот оно пришло. Готов ли ты?
Готов?»
Ушаков нервно засмеялся, опустил навигатор.
– Бред! – прошептал он, вновь оглядываясь по сторонам.
А если не бред? Что, если правда?
– Да ты чего, Макс?! – Он постучал
Высший суд? Чаши весов, определяющих куда – в ад или в рай? Вот сейчас? Здесь?! Господи, да какой Высший суд?! Что за ерунда? Не бывает таких совпадений…
А в ушах – снова тишина. Люди откричали свое. Отмучились.
Господи, куда же идти?! Вверх? Вниз? Вниз! Наверное, выход из игрового комплекса на первом этаже. Да!!! Если в клубе нет подземных горизонтов… Но инструктор ничего не говорил об этом.
Так вниз или вверх? Вниз!
Ушаков перебросил ноги через металлическое ограждение балкона, присмотрелся к тому, что творилось на нижней галерее, спрыгнул. Удар получился довольно ощутимым, но думать о боли было некогда. Максим сразу же упал на бок. Откатился вбок, надеясь сбить с прицела стрелка, если таковой укрывается за одной из колонн.
Выстрела не последовало. Подождав несколько секунд, Максим принялся быстро стаскивать с себя защитную куртку. Самое глупое теперь – попасться в электроловушку. Про магниты забывать нельзя. Включатся – прилипнешь к стене, беспомощный. Тогда и руку не поднимешь, и в противника не выстрелишь.
Выдернув из нагрудного клапана куртки флягу с водой, парень запихнул ее в карман штанов. Отбросил камуфляж в сторону. Прижался спиной к стене, выбирая ход, по которому двигаться прочь из зала. Вариантов три, но, надо полагать, только один из них выведет к цели.
И в это время из наушников донесся стон, полный муки. «Господи, помоги мне!» – после небольшой паузы прошептал чей-то незнакомый голос.
От резкого сильного толчка Наталья Рогова не удержалась на ногах, потеряла равновесие. Девушка вскрикнула от боли: налокотник смягчил удар об стену, но что-то произошло с плечом – его как будто прошила молния. Наташа чуть не застонала, схватилась за поврежденную руку, растирая ее.
Свет в коридорах пропал. Потом лампы мигнули, стали загораться одна за другой. Нельзя сказать, что иллюминация была яркой и до того – дизайнеры клуба пытались создать мрачную атмосферу за счет красок, да и освещение подобрали под стать всему остальному. Теперь лампы горели слабее, казались бледными, тусклыми. Стало невозможно определить, что находится в нескольких десятках метров от тебя.
Боль в плече понемногу утихла. Наташа осторожно приподняла руку, опасаясь, что выбила сустав или – хуже того – повредила связки. Но, кажется, все было не так печально, как представлялось поначалу. Девушка посмотрела по сторонам, убрала волосы с лица и вдруг поняла: наушники у нее не работают.
Видимо, в тот момент, когда Рогова потеряла равновесие и ударилась о стену, штекер выскочил из коробочки связи. Наташа расстегнула куртку, поправила разъем, намереваясь связаться с диспетчером и выяснить: что за странные проблемы со светом? И вообще…
Но, как только девушка восстановила работоспособность прибора, в уши ворвалась какофония звуков. Кто-то истерично визжал, кто-то страшно, даже грязно ругался. В другой раз у Наташи от такой брани завяли бы уши, но тон, каким неизвестный мужчина выкрикивал матерные слова, заставил Рогову напрячься.