Квартира
Шрифт:
Именно так учил Поклонского инструктор: «Ни за что не отпускайте собеседника, если не добились своей намеченной цели. Если надо, встаньте на колени, целуйте его пятки, пресмыкайтесь и унижайтесь, но любой ценой добейтесь результата! Результат — это все! Процесс — это ничто». И сейчас Поклонский готов был бухнуться в ноги этому совсем ему не симпатичному адвокату. Только с одной целью — избавиться от него и от его настырности и пронырливости. И эта цель явно читалась на его лице и особенно в бегающих глазах.
Павлов сделал еще один шаг назад и уже повернулся вполоборота к двери.
— Жаль
— Какой же ты… дурак… Павлов — чуть не навзрыд завопил девелопер, готовый и впрямь повалиться на колени.
— И еще, запомни, Игорь Михайлович. Покаяться никогда не поздно. Прощай, Поклонский! — адвокат развернулся и решительно вышел из кабинета.
Сталинград
Когда адвокат, оставив копию решения суда, вышел, Игорь Михайлович придвинул этот листок ближе к себе, подпер голову руками и замер. Это было стандартное решение суда, по которому выселение гражданки Штольц на время капремонта приостанавливалось — до тех пор, пока ее законные требования к предлагаемому временному жилью не будут формально удовлетворены. И понятно было, что не желающую переселяться пенсионерку не устроит никакая квартира.
Поклонский скрипнул зубами. Побить эту бумажку другой — из вышестоящего суда — было плевым делом. Но это требовало времени, а каждые сутки задержки проекта «Император» стоили даже побольше, чем трехкомнатная квартира этой старухи. А главное… Игорь Михайлович был абсолютно уверен: едва они побьют это решение суда другим, появится новое решение — по новой проблеме гражданки Штольц В. С. И будет это длиться до тех пор, пока интересы адвоката Павлова А. А. и примкнувшей к нему Штольц В. С. не будут целиком удовлетворены. И дом Павлова, почти как его тезка в Сталинграде, так и будет стоять невзятым — какие бы усилия ни прикладывали атакующие.
Поклонский аккуратно, строго по системе вдохнул и выдохнул. Возникающую проблему следовало решать на другом уровне.
Поручения
Когда Артем открыл свою квартиру, он отметил, что выглядит она как-то иначе, светло, и лишь затем осознал, что впервые за много дней приехал домой раньше восьми вечера. И, разумеется, это вовсе не означало, что наконец-то можно отдохнуть: сразу после душа и ужина адвокат сел за стол и принялся раскладывать бумаги, соображая, как выстроить завтрашний день, чтобы поспеть везде. Планы у него были наполеоновские.
Главным образом, ему предстояло до конца разобраться, что из поручений президента по проблеме обманутых дольщиков его администрация будет продавливать в жизнь, а что обрастет отписками и заглохнет. Собственно, от этого и зависело, что из планов Артема станет реальностью, а что
Предстояло отыскать и Зою Звездную. За прошедшие с того момента, как они расстались, полтора суток Зойка ни разу не откликнулась на его звонок. Абонент был недоступен.
Артем вздохнул; Зойка была девушка яркая, и в нем вовсю полыхал огонек того чувства, которое влечет мужчин к противоположному полу, несмотря на разницу в возрасте, интересах, увлечениях, профессиях и социальном положении. Но было и еще одно, еще более серьезное обстоятельство: уже подавший кассационную жалобу Артем видел, что квартиру Зойке можно вернуть, и не заниматься этим немедленно, прямо сейчас, он считал глупостью. Вот только ответчица не подавала ни малейшего намека на то, что готова обернуться истицей и вытребовать свое законное имущество обратно.
«Ох, Зойка! — вспомнил Артем их единственную ночь. — И куда ж тебя вынесет?»
Передовик
Игорь Михайлович возвращался со стройки. То есть по сути стройки уже не было. Бетон перестали возить неделю назад. Подъемные краны замерли, а рабочие проводили бессрочную забастовку. И в лучшие времена Игорь Михайлович строил в кредит. Он принципиально культивировал существование в кредит. То есть за чужой счет. Потому и стал истинным лидером, и ни «СТРОЙ-ДОН», ни «АНТЕКО» давно уже не состязались с ним. Их былые рекорды по введению новых жилых домов ушли в прошлое, а на передовую стройиндустрии вырвался Игорь Михайлович Поклонский с изобретенным «барометром недвижимости», который неуклонно нагнетал и без того тревожную обстановку. Но теперь ничего не срасталось — даже у Поклонского.
— Ни с кем не соединять! — первым делом рявкнул на секретаря, попав в свой офис, девелопер Поклонский.
— Простите, Игорь Михайлович, но я же с сегодняшнего дня уволена, — красавица-блондинка гордо вскинула голову.
Девушка потрудилась на славу и проделала весь нехитрый перечень рекомендованных адвокатом Павловым действий, снабдив свой рабочий стол записками, телефонами, кодексами, постановлениями и прочей бумажной чепухой, создав вокруг своей персоны атмосферу незаменимости. Пока все эти маневры положительного результата не дали. Но на саму девушку они произвели неизгладимое впечатление. Она сама уже верила в полученные по факсу от Артема липовые предложения о трудоустройстве на разные высокооплачиваемые должности. Собственно, сегодня она явилась на работу лишь для того, чтобы собрать личные вещички. Поклонский задержался в створе своей двери. Мотнул кудрявой рыжей шевелюрой, как будто боднул невидимого противника:
— Нет! Не уволена! Ты работаешь. Уволены остальные. А ты работаешь! Ясно? Так! И зарплату тебе поднимаю. В два раза. Сколько там тебе обещали в аппарате Госдумы? — Он нервно потеребил дверную ручку.
— М-м-м. Пять тысяч долларов, — наобум ответила секретарша.
— Сколько?! Хм-хм. Ладно, имеешь! — махнул рукой Поклонский и двинулся внутрь кабинета.
— Только при условии! — успела крикнуть вслед девушка. Поклонский сделал шаг назад и, наклонив голову, глянул на нее из-под лохматых бровей: