Курсант
Шрифт:
— Водитель-то выжил? — спросила Катя Гринева.
— Выжить — выжил… — вздохнул я, глядя на рыжеволосого Водяного лет двадцати пяти-двадцати шести, затянутого в насквозь мокрый серебристый гоночный комбез. — Стоит, схватившись за голову, и ошалело разглядывает дымящуюся груду железа. Но, судя по состоянию комбинезона, его защита «схлопнулась» в момент удара, а значит, часть импульса все-таки прошла. В общем, Кнут, Иней, Аямэ, Катя и Ика — сбегайте, пожалуйста, к этому дурню и, если потребуется, подлечите.
Просить Ику повнимательнее вслушиваться в эмоции я не стал, зная, что профессиональная телохранительница
Честно говоря, я приятно удивился, так как был уверен, что в квартире хотя бы раз ночевали «двойники». Впрочем, открыв дверь и переступив через порог, перестраховался — прогулялся по всей хозяйской половине и предельно добросовестно сравнил увиденное с записями микрокамеры. А когда убедился в том, что в моем логове действительно не было «гостей», слегка расслабился, вернулся в гостиную и загрузил работой Яну, Наоки, Валю и Варвару. Само собой, не бездельничал и сам — встретил и разгрузил стайку дронов доставки ресторана «Гурман», поучаствовал в процессе сервировки стола в зимнем саду и так далее. А когда в квартиру вломилась «рейдовая группа», выслушал доклад целительниц, избавивших водителя разбитой «Молнии» от сотрясения мозга и нескольких довольно серьезных травм, поблагодарил за работу, отправил переодеваться в парадно-выходное шмотье и упал в первое попавшееся кресло.
Расслаблялся порядка двадцати минут. А потом услышал мелодичный перезвон домофона, вывел картинку на стену и «страшно удивился», увидев лица одноклассников — Константина Васильчикова, Павла Крашенинникова, Ярослава Засекина, Николая Ермолаева и Елизаветы Калитиной!
Как и следовало ожидать, «солировать» начал Коля, как человек, ни разу не дравшийся со мной на дуэли, поэтому «не вызывающий особого негатива»:
— Добрый вечер, Лютобор Игоревич! Мы нахально напрашиваемся в гости, рассчитывая поздравить с очередной высокой наградой и помочь вспомнить учебу в Императорском Лицее номер один!
Он сиял и, вне всякого сомнения, с удовольствием выполнял поручение главы рода. Остальные парни чувствовали легкий дискомфорт, но старательно изображали радость. А единственная девчонка в этой компании однозначно злилась, так как понимала, насколько идиотским выглядит их визит, и не горела желанием участвовать в этом фарсе.
Я мысленно поставил ей плюсик и усмехнулся:
— Везучие вы личности, однако: я появляюсь в этой квартире раз в сто лет!
— Это не везение, а точный расчет! — хохотнул Ермолаев. — Мы поставили боевую задачу главам служб безопасности своих родов, получили отмашку, сорвались из поместий и встретились возле вашего ЖК!
— Толково, однако… — «уважительно» буркнул я, в удаленном режиме разблокировал доступ в жилой комплекс и подкинул нужную информацию: — Заходите в центральную башню, поворачиваете
Отключился, естественно, практически сразу. И повернулся к Барыне, наблюдавшей за ребятами через другие камеры.
Она сообразила, что меня интересует, и сообщила, что эта пятерка идет в гости без телохранителей и личных помощниц!
— О, как! — удивленно выдохнул я, так как это не билось с предсказаниями аналитиков Императора. Потом дал волю проснувшейся паранойе, скользнул к Варе, подождал, пока она подключится к камере в лифте, в который вошли мои одноклассники, вглядывался в изображение все время, пока кабинка ехала с первого по сорок пятый, но остановки для подбора кого-либо еще так и не дождался. Поэтому озадаченно почесал затылок и заставил себя зашевелиться. В смысле, в сопровождении все той же Лаванды вышел в прихожую, выглянул в коридор и помахал ребятам, усиленно вертевшим головами.
Следующие несколько минут прошли под знаком раздражения. Почему? Да потому, что Васильчиков, Крашенинников, Засекин и Ермолаев бездарно радовались «долгожданной» встрече, бездарно изображали интерес к нашей учебе в Академии имени Шуйского, бездарно восхищались интерьером той части квартиры, которую увидели, бездарно предвкушали уютные посиделки и т.д. Хорошо, хоть Калитина вела себя так, как требовала ситуация, то есть, то краснела, то закатывала глаза, то прятала взгляд. Кроме того, старательно дистанцировалась от «актеров» и… нашла возможность шепнуть, что их визит — часть какой-то игры старших родичей!
Я поблагодарил за информацию. И подыграл. Всем — пригласил народ в зимний сад. Только не к столу, накрытому для меня, Вали, Наоки и Аямэ, а в мягкий уголок, отправил Варю и Ику, изображавших горничных, исправлять недочеты сервировки, и «со спокойной душой» вслушался в монолог княжича Васильчикова, как раз начавшего выпендриваться:
— … однако видеозапись разноса, устроенного Ярославом Третьим Азату Каримовичу Зарипову, попала в руки моего деда через считанные часы после дуэли! Откровенно говоря, известие о том, что вы, Лютобор Игоревич, успели заслужить восемь боевых орденов, четыре из которых — высшие, шокировало до невозможности. А сегодня утром наш род потерял дар речи еще раз, узнав, что за уничтожение диверсионной группы, пробравшейся в подземные коммуникации Летнего дворца, вас представили к ордену Мужества второй степени… ибо ордена Мужества третьей и четвертой степеней у вас уже есть!
«Ах, вот с какого намеренного слива информации все началось…» — подумал я, пожал плечами, чтобы не говорить ни «да», ни «нет», заставил себя принять один общий подарок от пяти родов — оплаченный сертификат на приобретение лимузина «Престиж» топовой комплектации — поблагодарил за подарок и предложил перебраться за стол.
Следующие часа полтора тихо дурел от скуки и желания послать парней, набивавшихся в друзья, куда подальше, мысленно убеждал себя потерпеть еще немного, чтобы дождаться «кульминации», обещанной государем, и создавал возможности. Вот одна из них и «выстрелила». Аж в первом часу ночи — когда я отошел к балюстраде на краю крыши и «залюбовался ночной столицей», возле меня нарисовался княжич Васильчиков и еле прошептал: