Курсант
Шрифт:
Судя по изменениям оттенка лиц настоящей прислуги, языковая база русского имелась у всех. Что, в общем, не удивило, ибо наши государства на самом деле сотрудничали не первое десятилетие, соответственно, в этом отеле наших соотечественников принимали достаточно часто. Не удивила и реакция матушки на монолог Волконского, который мы, естественно, не слышали. Ибо этот вариант «беседы» был проработан заранее:
— Да, государь, уверены: господин Мацуда Кунгоро успел развернуть ауру и поднять защиту, так что продемонстрировал и «первичку»-Молнию, и девятую ступень ранга мастер. Что, как вы прекрасно понимаете, никак не бьется с образом обычного официанта… Да, государь, все пятеро упакованы в «блокираторы магии» и в данный момент пребывают в целительском сне… Нет, никто
Следующая пауза получилась самой длинной. Но это было нормально. Ведь Ярослав Георгиевич озвучивал Особо Ценные Указания. Зато после того, как он замолчал, отставная Валькирия молодцевато кивнула:
— Так точно, Ваше Императорское Величество: держим этих недоумков в состоянии целительского сна, ждем звонка Императора Японии и не делаем поспешных выводов…
Глава 23
Часть 1
17 июля 850 г. от ОВД.
…Официальные извинения Сумэраги за действия его подданных и Слуг меня не удовлетворили. И я не постеснялся это продемонстрировать. Само собой, ногами не топал, претензий не высказывал и даже не хмурился. Зато позволил почувствовать разочарование личному эмпату Императора. Реакция не заставила себя ждать — после доклада, вероятнее всего, полученного на линзы МДР, Тэнно, уже успевший переключиться на следующую тему, едва заметно прищурился и поймал мой взгляд:
— Лютобор Игоревич, скажите, пожалуйста, чем именно вас настолько разочаровали мои извинения?
Его русский был безупречен, манеры, естественно, тоже, ну, а умению держать лицо в любых ситуациях можно было позавидовать. Поэтому вопрос прозвучал доброжелательнее некуда. Но я спинным мозгом чувствовал гнев и… знал, как с ним справиться. Или, если не кривить душой, верил матушке, как самой себе, поэтому принялся гнуть нашу линию в точном соответствии с полученными ценными указаниями:
— Ваше Императорское Величество, я, может, и юн, но далеко не дурак. Поэтому понимаю, что вчера вечером род Волконских-Шаховых обрел весьма могущественного и чрезвычайно опасного врага, который ни за что на свете не простит нам, Волконским-Шаховым, своего опосредованного унижения. И ваши распоряжения этому врагу, к сожалению, не указ — господин Ясумаса Такэда служит вам не первое десятилетие, наверняка стал непревзойденным мастером по использованию слабины «поводка» и ресурсов Министерства Внутренней Безопасности в личных целях, однозначно умеет прикрывать свои просчеты и преступления объяснениями из категории «По требованиям государственной необходимости» и… задался целью любой ценой дорваться до бонусов, даруемых моим сочетанием Даров. Таким образом вы, по сути, извинились за одно-единственное уже случившееся деяние этой личности, но не сделали ровным счетом ничего для того, чтобы лишить ее возможностей нам навредить. Вот я и разочаровался. Кроме того, пришел к выводу, что наше пребывание в Японии непозволительно затянулось, что я гарантированно не приму следующие приглашения посетить вашу страну и не рискну отпускать к вам Наоки.
Сумэраги потемнел взглядом, что можно было расценивать, как взрыв негодования, и преувеличенно вежливо поинтересовался, понимаю ли я, что только что нанес ему серьезнейшее оскорбление.
Я равнодушно пожал плечами:
— Это была констатация фактов и не более. Однако если вы считаете иначе, то я готов ответить на ваш вызов. Но… только после небольшого следственного эксперимента.
Его эмпат все так же «жил» в моих эмоциях, поэтому просек, что моя готовность принять вызов на дуэль от Архимага Земли — ни разу не надувание щек, и доложил своему господину. А тот унял проснувшийся гнев и спросил, о каком эксперименте
Пришлось объяснять:
— Я бы задал господину Ясумасе Такэда один-единственный вопрос. В присутствии двух менталистов — вашего и нашего…
— Собирается ли он мстить? — «догадался» Тэнно.
— Да, Ваше Императорское Величество… — кивнул я и уколол побольнее: — Судя по тому, как изменился ваш взгляд, вы уже знаете, каким будет ответ. А значит, понимаете, что я не имею права рисковать ни родичами, которые могут быть использованы в качестве средства давления на меня, ни собой.
Тэнно расфокусировал взгляд буквально секунды на три-четыре,
а затем посмотрел на мою матушку:
— А что скажете вы, Светлана Романовна?
— Я полностью согласна с мнением будущего главы рода Волконских-Шаховых. Более того, уже перевела всю родовую дружину в параноидальный режим несения службы и вот-вот закончу набирать распоряжения для пилотов нашего «Байкала».
Сумэраги покосился на Суккубу, по моим ощущениям, пребывавшую на грани срыва в боевой режим, затем заглянул в глаза своей правнучке, понял, что меня поддерживает и она, хрустнул костяшками пудовых кулаков и снова проявил чудеса догадливости:
— Как я понимаю, вы считаете необходимым ограничить моего Слугу клятвой Даром и Кровью?
— В принципе, можно поставить и «сдвоенный» ментальный блок… — без тени улыбки начал я, почти процитировав вариант, предложенный Агрессией в районе полуночи. — … но вы на это не согласитесь. Так что альтернативы нет.
Император согласно кивнул, немного поколебался и спросил, готов ли наш вариант клятвы. Я без лишних слов отправил ему нужный файл, а затем нанес добивающий удар:
— Кстати, согласно досье, господин Ясумаса Такэда умеет выкручиваться из абсолютно безвыходных ситуаций. Поэтому если вы сочтете возможным использовать вариант ограничения клятвой, я буду настаивать, чтобы ритуал прошел под наблюдением нашего мага Крови.
— Вы хотите сказать, что в вашей родовой дружине есть и по-настоящему сильный маг Крови? — неподдельно удивился Тэнно.
— Да, Ваше Императорское Величество! — кивнул я. — Мастер восьмой ступени. Правда, во «вторичке», но это мелочи.
— И этот Одаренный, конечно же, в данный момент находится в моей приемной?
— Так точно!
— Что ж, тогда я вызываю Ясумасу. И принимаюсь за чтение…
…Охамевшего директора Министерства Внутренней Безопасности мы все-таки прищучили. Хотя мужик, узнавший о решении верховного сюзерена только после того, как вошел в рабочий кабинет, усиленно пытался соскочить.
Пригодились даже включение стационарной «глушилки» и блокировка двери — не сумев отправить какое-то сообщение и сообразив, что это значит, мужик внезапно «вспомнил» об «очень серьезной проблеме» и попробовал выйти в приемную. Между прочим, проигнорировав прямой приказ Тэнно остаться! Что, конечно же, сыграло нам на руку. Впрочем, после того, как церемония была закончена, а ее «жертва», злая, как цепной пес, была отправлена решать «очень серьезную проблему», Сумэраги начал отыгрывать позиции. Первым делом чрезвычайно убедительно доказал, что теперь, когда нам в Японии ничего не угрожает, мы просто обязаны приезжать в нее почаще и как можно быстрее врастать в местный высший свет. Потом «вспомнил» о наших «приключениях» в Бухаресте и вручил мне орден Пламенной Хризантемы, как выяснилось значительно позже, соответствующий нашей «Багряной Звезде» с мечами и бриллиантами. Слава богу, «прилетело» не только мне — тот же самый орден получила и Аямэ. Что, в общем-то, было более чем справедливо, ведь она возвращала Наоки к нормальной жизни аж двадцать восемь дней. Однако самое веселье началось после того, как осчастливленная целительница была отправлена обратно в приемную — Тэнно задвинул куда подальше весь официоз и лукаво посмотрел на меня: