Куколка
Шрифт:
Вскоре все крамольные мысли из головы выветрились: я прошла-таки лабиринт и добралась до стены, которая оказалась ни много ни мало скалодромом! На нее нужно было забраться, используя выемки для рук и ног. Сердце укатилось куда-то в пятки…
Я уже собиралась было малодушно обойти эту проклятую стену. Ну в самом деле! Нашли альпиниста-скалолаза! Никогда не любила высоту!.. Но в тот самый миг, когда решение сформировалось в голове, я услыхала за спиной пыхтение приближающегося Качиэни. И… сломя голову начала карабкаться наверх!
В принципе, стена была не очень большой. Это мне со страху она показалась высотой со стоэтажку. А
Беда случилась тогда, когда я уже спустилась, наверное, на треть высоты, и, пыхтя от напряжения, нащупывала очередную выемку для ботинка. Плечи уже просто ломило от усталости. А еще я не догадалась посмотреть вперед, на то, что мне еще только предстояло пройти. И сейчас всерьез сомневалась, хватит ли у меня сил на оставшийся отрезок. Но внезапно все это стало неважным: стена вздрогнула. Я содрогнулась с ней синхронно, потому что с дикими криками и гиканьем… Качиэни зацепил ее рукой, подтянулся и… перебросил в прыжке свое тело через препятствие! Бугай недоделанный!..
Пальцы обожгло болью. Но я даже не пискнула, когда ощутила, как они отрываются от скалодрома, и тело начинает падать вниз. Высота уже была невелика. Правда, с моей удачей… Я обязательно себе что-нибудь сверну! Скорее всего, шею…
Удар, как и ожидалось, выбил из меня весь дух. Я зажмурилась, пытаясь понять, чувствую ли я хоть что-то, или у меня сломан позвоночник. В наше время такое, конечно, лечится. Но человек все равно на всю жизнь остается неполноценным, потому что ему нельзя поднимать тяжести и испытывать нагрузки на позвоночник. А если такому человеку необходимо перелететь с планеты на планету, то путешествует он в специальной компрессионной капсуле. Унизительное положение.
— Куколка, открывай уже глаза! — вдруг кто-то насмешливо прогудел над головой. — Или так понравилось у меня на руках?
Глаза от шока распахнулись сами собой. И я потрясенно уставилась в ухмыляющуюся рожу… Качиэни! А бугай поторопился меня добить:
— В принципе, я могу дальше бежать с тобой на руках, ты легкая. Вот только прохождение полосы не засчитают обоим!
Меня словно шилом в попу кольнули.
— Ты что себе позволяешь?! — прошипела вместо благодарности, когда Качиэни меня отпустил, и я встала обеими ногами на твердую поверхность.
— А что такого? — удивился игумар. — Нужно было дать тебе упасть и свернуть себе шею?
На это было сложно что-то возразить. Разве что кроме одного:
— А какого лысого демона ты поперся по той же полосе, что и я? Чем тебя свободная не устроила?
Одногруппник пожал могучими плечами:
— Там тоннель был уже, чем на этой! Я бы снова застрял.
У меня аж челюсть отвисла от такой глупости. Он издевается надо мной, что ли? Или и вправду такой идиот?
Обдумать эту мысль до конца и прийти к какому-то выводу Качиэни мне не позволил:
— Время! — напомнил он. — Если хочешь, оставайся здесь. А я побежал дальше…
— Вот еще! — фыркнула я, опомнившись, и сорвалась с места не глядя.
Мне предстояло пробежать открытый участок трассы, по всей видимости, на скорость. Это если здесь не окажется каких-то скрытых ловушек. Далее виднелось что-то вроде канатной
Там, где нужно было бежать на скорость, я промчалась, будто за мной гналась стая зомби. Только ветер свистел в ушах. Хотя на самом деле мне в затылок дышал лишь громила Качиэни. Почему-то игумар не вырывался вперед, хотя, я в этом уверена, сто раз мог меня обогнать.
С канатом получилось не очень хорошо: оказалось, что мои руки слишком слабые, чтобы удерживать собственный вес долгое время. При попытке, вися на одной руке, перехватить канат дальше свободной, чтобы сделать «шаг», я не удержалась и сорвалась вниз… Чтобы вновь приземлиться в сильные руки игумара!
— Куколка, тебе точно понравилось у меня на руках! — прогудел тот насмешливо, пока я ошеломленно таращилась в круглые глаза зеленокожего гиганта. — Будешь моей подружкой?
Вопрос привел в чувство. Я вывернулась из несильной хватки Качиэни и огрызнулась:
— После дождичка в четверг!..
На этот раз я уже плюнула на правила и не стала даже пытаться, перебраться по канату на одних руках: обхватила его руками и ногами, и вот так, извиваясь червяком, переползла на противоположную сторону, которая находилась значительно выше исходной точки. Отсюда полагалось прыгнуть, чтобы закончить прохождение полосы препятствий бегом по автопокрышкам. Но когда я добралась до той точки, с которой полагалось прыгнуть, увидела то, чего нельзя было заметить издалека: между мной и покрышками находилась довольно широкая емкость с жидкой грязью, из которой периодически поднимались на поверхность, с шипением лопаясь, пузырьки…
Судя по брызгам и оставленным грязным, мокрым следам, не один и не два моих одногруппника уже познакомились с содержимым этой ловушки. И наверное, если я не допрыгну, это не будет слишком зазорным. Но все равно внутри меня все бунтовало против подобного исхода. Я же девушка! Мне нечего делать в этой «купели»! Однако в том, что я не допрыгну, сомнений у меня не было. И я с отчаянием смотрела на препятствие, не решаясь расстаться с канатом, хоть руки уже и затекли.
— Сейчас вместе прыгнем! Я возьму тебя на руки! — вдруг услышала у себя за спиной. Но даже оглядываться не стала. Как Качиэни себе это представляет?
Беда была в том, что даже, если бы я решилась в нарушение всех инструкций и правил спрыгнуть с каната на поверхность планеты сейчас, то все равно угодила бы в то же болото. Еще и не факт, что не утонула бы в нем с головой. Ушлые составители полос препятствий, видимо, предусмотрели и такой исход, так что грязевая ванная начиналась примерно с половины длины каната…
Вздохнув, я повисла на перекладине, к которой крепился канат, на руках, раскачалась и прыгнула…
Грязевая яма оказалась неглубокой: мне где-то по колено. И выбралась из нее я без труда. И сама жижа оказалась довольно теплой. Но все равно было обидно. До невозможности. Потому что жидкая грязь пропитала штаны и попала в ботинки. А несколько капель не иначе как по закону подлости оказались у меня на лице. Я с остервенением стерла их ладонью. И в этот миг на сухое рядом со мной приземлился игумар. И укорил: