Кукла для кандидата

Кривчиков Константин Юрьевич

Утром «жигулёнок» еле завёлся. Давно бы надо на ремонт отогнать, злилась Ника, да всё опять в деньги упирается. Движок скоро совсем сдохнет. Тогда к бабушке придётся на электричке ездить. Но сейчас не об этом надо думать. Эти гады дали срок до завтрашнего дня. А что толку? Я не знаю, что делать. Более того, вообще ничего не знаю.

Она в который раз попробовала дозвониться до Илоны, но подруга не отзывалась. Куда же она запропастилась? Неужели сбежала в свой Мелитополь?

И что теперь делать? Обращаться в полицию к первому попавшемуся менту она не могла. С её условным осуждением подставиться проще простого. Вдруг речь идёт о наркотиках? Притянут по статье

за хранение. В случае с Сергеем она вообще была не при делах, а едва не загремела как сообщница. Менты такие люди – только палец в рот положи… А до истечения срока, обозначенного бандитами (Ника не сомневалась, что на неё наехали бандиты), оставалось около суток. Может, позвонить Ускову? Этому ихтиандру с яйцевидным черепом?

А помогут ли они? Денег ей Протасова и так отвалила достаточно, можно сказать, расплатилась за услугу. Какие у неё, Ники, основания втравливать Леди в историю с Илоной? Там же явный криминал. Чем могла приторговывать Илона? Не трусиками же с бюстгальтерами.

Нет, на Леди тут надеяться нельзя. Разве что, если уж нож к горлу приставят…

Вечером на балконе снова торчал Левша. Караулит новых кредиторов? Быстро же он проел мои три тысячи – подумала Ника. Но Федя активно замахал рукой. Забыл, что ли, что уже занял у меня?

Левша свесился через перила:

– Я тебя жду.

– Федь, у меня с деньгами очень плохо.

– Да я не об этом. У тебя всё тип-топ?

– В смысле?

– Я сегодня ночью курил на балконе. Совсем поздно было. Смотрю, из твоего подъезда два хмыря вышли.

– И? – Она напряглась, но не подала вида. – Думаешь, ко мне по ночам мужики ходят?

– Нет, не думаю, – серьёзно произнёс Левша. – Но одного из них я, кажется, узнал. У него такая кепочка на голове была, чёрная и кожаная.

– И чего?

– Помнишь, я рассказывал, как водила помогал Илоне вещи в багажник закидывать? У него такая же кепочка была.

Ника в растерянности молчала. Соображала.

– Думаешь, один и тот же?

– Ну, совсем точно не уверен. В лицо я не вглядывался и не запоминал. А ночью ещё, сама понимаешь, темновато. Хотя фонари горели. И ещё. Они в машину сели. Понимаешь, Илона на «ауди» уехала, комби, бордового цвета. У этих машина вон там под деревом стояла. Плохо было видно. Но точно, что комби. И тёмная.

Вот те на! Вот это фокусы… Если, конечно, Левша чего-то не перепутал.

– Федя, а ты ночью трезвый был?

– Ну-у… выпил несколько банок пива. Но не так, чтобы уж сильно закосеть.

Понятно. Ночью все кошки серы. Вернее, ночью-то точно были эти гаврики. Тут Левша ничего не перепутал. Но вот по поводу водилы, отвозившего Илону…

– Я даже и не знаю, что думать, – сказала Ника. – Может, у нас новые жильцы в подъезде?

Левша всей пятернёй почесал лохматый затылок.

– Ну, если совсем новые.

– В руках они ничего не несли?

– Думаешь, воры? Нет, пустые оба.

– Тогда не переживай.

…Странно, думала Ника, поднимаясь по лестнице. Час от часу не легче. Если Илона заодно с этими парнями, то тогда, получается, меня разводят? Но зачем? Неужели из-за ста тысяч рублей? Илона, конечно, могла залезть в стол и обнаружить деньги. Это запросто, она любопытная. Но деньги-то уж не такие и большие для неё. Было проще кражу инсценировать или даже ограбление. А тут сложно как-то. Или Левша вовсе что-то напутал? Он ведь ещё и близорукий… Что же делать? Срок-то истекает.

Ника прошла на кухню и открыла настенный шкаф. Там стояла недопитая бутылка коньяка. Илона частенько

прикладывалась к бутылке, и спиртное в доме находилось почти всегда. Ника после того, как восстановилась в медицинском, и жизнь начала потихоньку налаживаться, почти не выпивала. Так, если с Илоной чуть-чуть за компанию. Но сейчас она была готова напиться до отключки.

Поставила бутылку на стол, сполоснула фужер, села на табуретку и… задумалась. Нет! Нельзя! Она дала слово. Всем дала. И умирающей матери. И бабушке. И себе. Она должна справиться. Что бы ни случилось. Тому же отцу сейчас гораздо хуже. Кто ему поможет продержаться в колонии, если она расклеится? А что будет с бабушкой?

Нужно что-то предпринять. Всегда должен оставаться выход. Даже в самом запутанном лабиринте. Даже в тупике.

Ника открыла Яндекс и ввела в поисковик «Алвина Яновна Протасова». Так, на всякий случай. И обалдела. Вот те на! А Леди-то, оказывается, удостоена чести иметь персональную страничку в Википедии. Впрочем, этой неоднозначной чести многие удостоены. Но Протасова, судя по всему, угодила сюда по делу, а не за то, что исхитрилась пописать в Ниагарский водопад.

Итак, Алвина Яновна Протасова, родилась 16 марта 1966 года в городе Тарту… школу с серебряной медалью, так… отец, Ян Оттович Рутке, инженер-строитель… мать, Манана Асланян, учитель… дружба народов, значит… семья переехала в Ленинград… университет, филологический факультет… инструктор горкома ВЛКСМ… факультет политологии и социологии… кандидатская… хм, сотрудник пресс-службы мэрии… так, переезд в Москву… центр исследования региональных проблем, директор по связям с общественностью… докторская диссертация… так, снова Петербург, а сегодня-то что?.. ага, вот – генеральный директор PR компании «Фаворит», одного из крупнейших игроков на рынке политического консалтинга (что за зверь?) … вице-президент всероссийской ассоциации социологов… научные работы…

Но ошалела Ника не от этой информации. То, что Леди оказалась крутой вумэн в области социологии и какого-то там консалтинга, было важно. Значит, чутьё Нику не подвело, и судьба свела её далеко не с рядовым человеком. Другое дело, насколько этот человек мог помочь в запутанных Никиных делах? Делах, прямо скажем, сильно отдающих криминальным душком. В поиске ответа на свой животрепещущий вопрос Ника пробежалась по страничке и, найдя информацию о семейном положении Леди, нажала на жирную синюю ссылку «Валентин Викторович Протасов». И вот здесь, на новой страничке Википедии, её ждал главный сюрприз. Мужем Леди являлся тот самый Протасов – бывший министр и нынешний член Совета Федерации.

Кое-что о Валентине Протасове Ника слышала и раньше. Даже по телевизору несколько раз видела в каких-то программах. Но покажи на улице – ни за что бы не узнала. Не интересовалась Ника политикой – на фига козе баян с её-то проблемами? И то, что этот самый Протасов может быть мужем Леди, ей и близко в голову не приходило.

Вот тебе и ёжик в тумане! Что подобное обстоятельство означает для меня? – взволнованно размышляла Ника, приговаривая к уничтожению третью чашку кофе. Член Совета Федерации это, наверное, очень круто. Не самая главная шишка, конечно, но связи, наверняка, будь здоров. Однако не слишком ли высоко находится Леди? Кто я для неё? Так, букашка, мелочь пузатая. Станет ли она за меня впрягаться?