Кукла для кандидата

Кривчиков Константин Юрьевич

– Бог с ней, с работой, – торопливо сказала Ника. – Это я как-нибудь сама. Вы и так… я и так…

– Подожди. Сколько ты там имела, в своём салоне?

– Тысяч тридцать, если в среднем.

– Сдельщина?

– Типа того. Часть через кассу, а остальное в конверте Григорян раздавал.

– Ясно. Узнаю братьев-армян. – Заметив недоумённый взгляд Ники, Леди усмехнулась. – Я же наполовину армянка. По матери. Что, не похожа?

Ника помнила из статьи в Википедии о национальности матери Протасовой, но решила не выпячивать своих знаний.

– В лице

что-то есть. Но вы какая-то… светленькая.

– Хочешь сказать, блондинка? Так имя Алвина так и переводится – вроде как «белокурая». А волосы у меня в отца, от прибалта. Зато темперамент…

– А мне показалось, что у вас очень крепкие нервы.

– Нервы и темперамент – разные вещи. Но если ты думаешь, что я тогда не испугалась, то это не так. Вот, даже коленку рассадила, когда на асфальт плюхнулась. – Она приподняла и покрутила правую ногу, обтянутую чёрной лайкрой. И Ника непроизвольно отметила, какие у неё стройные и мускулистые ноги. Хоть сейчас на рекламу фитнеса. – Хотя тут не видно. Но до сих пор прихрамываю… Красивые?

– Что?

– Ноги, говорю, красивые?

– Красивые, – пробормотала Ника, уставив глаза в столешницу. Смеётся она, что ли?

– Молодец. Всегда говори мне правду… Так, на чём мы остановились?

– Мы о работе говорили. Но здесь мне не надо помогать. Я и без того вам благодарна.

– Благодарность – форма вежливости. Ты мне помогла, я тебе. Но суть не в этом. Друзья благодарностями не меряются. Мы ведь с тобой друзья?

Ника от неожиданности привстала.

– Если вы так считаете…

– Хочу считать… Да ты садись, садись. Учти, я тебе помогаю не потому, что ты меня выручила.

Она замолчала и внимательно посмотрела на Нику. Пауза затягивалась, и Ника сообразила, что Леди ждёт её реакции.

– Почему?

– Потому что я вижу, что ты хорошая девчонка. Настоящая. И надёжная. Хочешь, я найду тебе стоящую работу?

– Стоящую?

– Да. Даже не работу, а дело. Такое, которое приносит настоящий успех. Ты ведь хочешь добиться успеха?

Ника приоткрыла рот и вдруг поняла, что не знает ответа. А чего я на самом деле хочу? – подумала она. У меня много планов. Даже, скорее, не планов, а желаний. Я хочу окончить институт и стать когда-нибудь хирургом. Ещё я хочу, чтобы отец вышел на свободу. Ещё я хочу, чтобы бабушка не болела, а я могла бы ей помогать. Ещё… чего я ещё хочу? И имеет ли это отношение к успеху, о котором говорит Леди?

– Я не знаю, – призналась она.

– Хорошо, спрошу по-другому. Есть только две категории людей: те, кто добивается успеха и неудачники. Ты хочешь быть успешным человеком?

– А что это такое?

– Успешный человек, это такой человек, который постоянно ставит перед собой цели и всегда их достигает.

– Всегда?

– Всегда. Иначе он превращается в неудачника…

– А если цель недостижима?

– Недостижима? – Леди хмыкнула. – Тогда он идиот. Зачем ставить недостижимые цели?

Ника пожала плечами: мало ли зачем? Разве не хочется иногда помечтать? Но она

не рискнула сказать об этом вслух – ещё засмеёт.

– Ты в театр ходишь? – неожиданно спросила Протасова.

– Нет.

– Зря. Если бы ходила, то знала, что все трагедии происходят по одной и той же причине – люди не в состоянии отказаться от своих желаний. Это называется неумением изменить мечту. Такие люди, как правило, плохо кончают. Запомни – цель должна быть реальной! И понятной. Надо понимать, чего ты на самом деле хочешь. И тогда ты добьёшься цели.

– А если… если человек просто не хочет ставить целей?

– Это как?

– Ну, живёт себе и живёт. Просто живёт.

– Просто так? – Протасова иронично приподняла брови. – Такой человек хуже неудачника. Потому что у него либо нет мозгов, либо совсем нет воли. Совсем. Даже на то, чтобы осмелиться на маленькое желание, а потом совершить поступок, чтобы его добиться, – она говорила напористо и уверенно, буквально, выстреливая готовыми фразами. Словно проповедник по телевизору, подумала Ника. – Так ты хочешь быть успешным человеком?

– Хочу, – торопливо сказала Ника. Чего тут думать? Может, она и неудачница, но как можно не мечтать об успехе?

– Молодец. А трудности тебя не пугают?

Я уже чего только не пугалась, мелькнула мысль. Ничего, не померла. А бояться того, о чём не знаешь, и вовсе не стоит.

– Нет. Не пугают.

– Заяц бояться не любит?.. Хорошо. У меня есть очень сложная работа. Даже не работа, а задание. И мне нужен очень надёжный человек. Я могу на тебя положиться?

Ника почувствовала, как заколотилось сердце. Вот как неожиданно повернулся разговор, которого она боялась. Нафантазировала себе всяких страшилок по поводу Леди, а она… Какая она замечательная! И совсем не заносчивая.

– Да я… – От волнения запершило в горле. Лишь бы не разнюниться, словно плаксивой девчонке. – Я… конечно.

– Хорошо. Уважаю людей с крепким характером. Как говорили в одном известном фильме – характер нордический, стойкий.

Ника осторожно подняла взгляд – не насмехается ли над ней Леди? Но та с задумчивым выражением лица смотрела куда-то вбок. Потом резко поднялась и направилась в конец кабинета, к своему креслу.

– Продолжим наш разговор в понедельник. Сейчас тебя отвезут домой, этим займётся Юрий Леонидович. Ничего не бойся.

Ника поняла, что разговор окончен. Она встала и двинулась к двери.

– Подожди. У тебя очень короткая стрижка. С ней ты похожа на юношу. Сама её выбрала?

– Я всегда так стригусь, с детства, – растеряно сказала Ника. – Вы думаете, мне надо…

– Нет, нет. Это очень даже кстати… Ну, давай, Никита. Удачи.

Домой к Нике они поехали на массивном чёрном джипе. Усков расположился на переднем сиденье рядом с водителем, с Никой сел долговязый накачанный парень с бритой головой. Почти всю дорогу они молчали. Только однажды Ника, внезапно вспомнив, спросила: