Кто ты, Иуда?

Цура Мария

По закону подлости, телефон затрезвонил именно в тот момент, когда я намылила голову шампунем и старательно взбила пену. Чертыхаясь, нащупала гаджет и сразу же включила громкую связь:

– Доброе утро! – прогремел голос декана.

– Взаимно, Витольд Борисович, – прошипела я. – Что случилось? Еще семи нет!

– Кретин Юловин провел рождественские каникулы в Индии, нажрался там каких-то маринованных змей и привез нам кишечную инфекцию. Поэтому теперь наш корпус закрывается на карантин. Куратор через две недели напишет вам в чате, когда приходить на занятия. А тебе

я звоню лично, потому что жду сверстанный альбом с городскими пейзажами. Будь добра выслать его на мою электронную почту.

– Хорошо, сейчас все сделаю!

– Не забудь!

– Никогда! У меня великолепная память.

Пристроив телефон на стиральную машинку, я вновь вернулась к крану, домыла голову, закуталась в полотенце и поискала глазами розетку для фена. Но ее не оказалось – пришлось топать в коридор. Как раз в этот момент дверной звонок разразился истеричной трелью, и Игорь поспешил в прихожую. Он посмотрел в глазок, слегка изменился в лице и немедленно отпер замок. В ту же секунду шарообразная брюнетка лет пятидесяти влетела в квартиру, звеня многочисленными золотыми браслетами, и с места в карьер начала:

– Игоряша, возьми сумки, выложи продукты на стол! Осторожно, сверху стоят гофры с яйцами! Молоко – в холодильник. Что ты застыл? Давай, живее!

Она проворно стряхнула с себя серое пальто с нелепым геометрическим узором, одернула ядовито-фиолетовую кофточку, туго обтянувшую внушительный бюст и широченные плечи, поставила на полку ботинки на плоской подошве и прикрикнула на маячившего позади высокого мужчину:

– Зая! Не стой столбом! Входи! Куда пошел? Вытри ноги! Шевелись! Замри! Отряхни снег с куртки!

Несчастный дядька честно попытался выполнить все команды разом, но потерпел неудачу и, неловко взмахнув руками, свалил вешалку с верхней одеждой.

– Зая! – вновь взвизгнула неприятная брюнетка. – Смотри, что ты наделал!

И тут ее взгляд уперся в меня. Тетка моргнула раз, другой, а потом изобразила некое подобие улыбки и потребовала:

– Сыночек, знакомь с невестой!

Я слегка растерялась, но через секунду поняла, что стою в коридоре с феном в руках, и кроме полотенца на мне ничего нет. Игорь тоже шастает в халате. Часы показывают без двадцати семь. И о чем можно подумать, увидев такую картину? Естественно, взбалмошная мамаша Изранова приняла меня за его возлюбленную.

– Вы ошибаетесь, – возразила я. – Мы не…

– Это Мария, – перебил меня следователь. – Моя девушка.

От неожиданности я раскрыла рот и промычала:

– Э-э-э…

– Именно такой я тебя и представляла, – заявила тетка. – Худенькой и рыженькой. Только мне почему-то казалось, что твое имя Яна. Мы ведь говорили по телефону, помнишь?

На виске Игоря мелко-мелко забилась голубая жилка. Все ясно: его очередная временная пассия понадеялась, что отношения будут серьезными и, на правах почти родственницы, схватила трубку, когда госпожа Изранова звонила сыну. Они мило пообщались, а затем Яна получила отставку, и мне теперь предстоит отдуваться за нее. Ну уж нет! Попятившись назад, я нащупала ручку двери, ведущей в ванную и, пробормотав: «Мне нужно одеться»,

скрылась в недрах санузла, не забыв повернуть защелку. Сейчас ретивая тетка уйдет в комнату или на кухню, а я выскочу в прихожую и удеру из квартиры. Волосы я так и не высушила, но ничего: чтобы голова не замерзла, обмотаю ее обычным полиэтиленовым пакетом, а сверху напялю шапку.

– Открой, – прошипел Игорь и поскребся в створку.

Я поспешно натянула джинсы, свитер и впустила его. Следователь схватил меня за руку и с жаром зашептал:

– Не уходи! Понимаешь, моя мама – грузинка, она выросла в консервативной семье и придерживается строгих правил. По ее мнению теперь я обязан на тебе жениться.

– Что-о? – чуть не заорала я. – Совершенно не собираюсь замуж!

– Посиди с нами немного, поболтай, а попозже я скажу, что мы расстались.

– Ни за что! Давай немедленно объясним ей, что вышло недоразумение.

– Не поверит, – с отчаянием в голосе пролепетал Игорь.

– Ну и ладно, – кивнула я. – Тогда пусть думает, что хочет, а мне пора по своим делам.

– Она меня убьет! Мне влетит за то, что я соблазнил девушку, не имея серьезных намерений. В ее глазах это преступление.

– Извини, конечно, – теряя терпение, ответила я. – Но ведь твоя мама не выросла в диком лесу и не телепортировалась к нам из четырнадцатого века. Она благополучно дожила до пятого десятка, неужели до сих пор не знает, что люди иногда спят друг с другом вне брака? Бред!

– Пожалуйста! Хочешь, на колени встану?

Изранов действительно бухнулся на пол и крепко ухватил меня за запястья. Надо же, как мамаша его запугала. Мои родители, слава Богу, никогда себя так не ведут. Они всегда заранее предупреждают о своем появлении и ни разу не поставили ни себя, ни меня в неловкое положение.

– Хорошо, – сдалась я. – Только приложи максимум усилий, чтобы я не задержалась дольше, чем на полчаса. Как зовут твою маму?

– Натела Давидовна, – улыбнулся Игорь. – А папу – Анатолий Романович. Спасибо! Ты спасла мне жизнь!

Он обнял меня и поцеловал в шею. Я смутилась и проворчала, отстраняясь:

– Ладно, ладно, пошли на кухню. Чем быстрее начнем разговор, тем быстрее закончим.

Глава 2

Натела Давидовна бегала между плитой и холодильником со скоростью реактивной ракеты, не забывая при этом делать замечания мужу, флегматично жующему бутерброд с сыром. Увидев нас, она вновь приветственно растянула тонкие злые губы и поставила передо мной крохотную чашечку с кофе.

– Настоящая арабика, – провозгласила тетка. – Я варю по египетскому рецепту: с кардамоном и корицей, попробуй, просто восхитительный вкус.

Я подула на горячий напиток и сделала вид, что прихлебываю. С удовольствием пью капучино с большим количеством сливок, латте с мороженым или просто растворимый кофе «три в одном». А вот натуральные зерна терпеть не могу: очень уж они горчат. Ну ничего, поверчу кружечку в руках и поставлю на место, не отпив ни капельки.

Натела Давидовна решила не терять времени даром и приступила к допросу: