Крысолюд
Шрифт:
Быстро! На поясе у “авторитетного” отцепить связку с тремя ключами. Куда их? А, вот два замка. Выбрал первый попавшийся. Ну-ка… Нет. А вот если сюда? Подошло!
Отцепился я, правда, вместе с цепью. Чтобы не сильно гремела, обмотал вокруг предплечий, оставив свисать концы. Руки налились тяжестью.
Быстрее-быстрее! Пока далеко не убежал и не поднял всех на уши! А если поднял - то внезапность должна быть на моей стороне!
Запах страха, похожий на тот, что испускают крысы, витал в воздухе и подсказывал куда мне следует мчаться. И не успел я преодолеть короткую лестницу, выводящую на палубу, как увидел стоящего в растерянности толстячка а вокруг
– Ну и дурак, у тебя-то был шанс.
Удар утяжеленной цепями рукой размозжил ему голову, и не давая телу осесть, подхватил его тело, борясь с сильным желанием вцепиться клыками в мясо, утащил его вниз, в закуток к телам трёх членов экипажа. Быстро вытащил у говорливого талисман, одел на шею. Нашёл и перстень, который не “включился”. Не помню, чтобы я “выключил его, а значит оно либо истощилось, либо сломалось. Выкидывать не буду, пригодиться.
Что делать? Куда теперь бежать?
Тут должно быть довольно много членов команды, а я один…
Прыгнуть за борт?
– Долго без еды не протяну, особенно в море.
Убить всех?
– А сил-то хватит? Это явно непростое дело.
А если пойти в одиночку на захват - то двинуться по трюму или выйти наверх и попытаться перебить всех, кто находится там?
Это сон, один сплошной кошмар, - понял я - с тех времён, как очнулся в ванной лаборатории крысолюдов в подземном городе.
Я засмеялся. Не важно что я буду делать, ведь это всего лишь сон!
Вялость коснулась моего сознания. Захотелось вытянуться тут же, лежать и не думать ни о чём, а потом проснуться в мягкой постели, наесться и жить обычной жизнью…
Боль в теле привела меня в чувство. Чёрный Голод! Если не поем, то есть шанс реально тут подохнуть. Но это мясо человеческое… Слизнул чужую кровь с морды. Неужели нет другого варианта?!
Еда, нужна еда. Если что, то вернусь сюда, посмотрев на тела, решил я.
Да, едой ведь пахло. Не сырым мясом, не кровью, а простыми кухонными запахами. Выйдя из закутка и пройдя лестницу, откуда стащил толстяка, двинулся далее, на усиливающиеся запахи.
В животе будто камней набили - стало даже тяжело двигаться. Пелена перед глазами стала гуще. Среди полутьмы увидел дверь в каморку, откуда тянуло чем-то варёным. Осторожно приоткрыв, увидел стоящего спиной потного здоровяка, который что-то помешивал в котле на небольшой печке.
– Кто там опять припёрся? Свали уже и запомни, что жратва будет тогда, когда буду бить в судовой колокол и не раньше, усёк!?
Не дожидаясь, пока он развернётся, со всего маху опустил рукоять тяжёлого ножа на его затылок и тем самым опрокидывая его на чан.
– Чёрт-чёрт!
– начал я вытаскивать его бессознательное тело и вязать его же одеждой. И чего не убил, спрашивается? Но если он упадёт на печку, то там будет такая вонь, что все сбегутся.
А потом я начал жрать! Некоторое время я только и делал, что заглатывал вяленое мясо из близстоящей бочки, помогая пропихивать его в горло каким-то пойлом из большой бутыли, не чувствуя вкуса и мне без разницы что это было - вино или масло. Последним куском оказалась большая рыбина, которой зачерпнул белый густой свиной жир, в два глотка отправив это в желудок.
Стало легче. И голова прояснилась.
Ладно. Продолжу значит идти по нижней палубе, она же - трюм. Увижу сильное сопротивление - сбегу. Твердо решив для себя, начал подыскивать себе оружие, что-нибудь тяжелее и длиннее боевого ножа, снятого с трупа. Дубинами тут точно орудовать не следует,
В дверь постучали и не давая возможности что-то сделать (а что сделаешь - только узенькое отверстие, через которое можно разве что руку просунуть) кто-то попытался войти. Пробираться головой вперёд было для него не лучшим выбором, потому как я рубящим ударом тут же раскроил его череп.
Тело вывалилось наружу и снаружи кто-то заорал речитативом что-то паникующее.
Дверь на себя и плечом вбить одного матроса к стене, впиваясь лезвием ножа ему под ребро, тогда как второй успел выскочить через дверку, куда я ещё не ходил, получив лишь небольшой порез и продолжая орать.
А там были люди! Толпа людей! И все уставились на меня…
Но лишь некоторые из них были вооружены, а остальные сидели, будто бы у них тут собрание. Я уже хотел сбежать, как и собирался, но парочка вооруженных людей не дала мне этого сделать, атаковав меня. Идиоты с кнутами! Не обращая внимания на боль от их ударов, я несколькими быстрыми ударами расправился с ними, круша кости и вскрывая до внутренностей.
Появилось пару секунд, чтобы осмотреться.
Никакое у них не заседание - это были гребцы, сидящие с веслами в руках. Судя по вони, для них это был одновременно и работа, и дом, и туалет. И те мужики (а женщин тут заметно не было, а если и были - то уже не слишком отличались по внешнему виду от первых) не спешили бросаться на меня, они просто сидели и тупо пялились.
Но не все были такими - когда тут же из дверки напротив по узкому проходу в середине, между рядами этих гребцов, побежала подмога убитым мною людям, на этот раз вооруженные короткими мечами и круглыми щитами, некоторые стали высовывать им весла под ноги, цеплять их цепями, да и просто ставить подножки. В ответ их рубили без жалости, но эти бунтовщики всё равно не прекращали своё дело.
Не воспользоваться таким и не помочь внезапным союзникам я не смог, а потому зарычал пострашнее, как это делали некоторые твари на Ковчеге, и кинулся в бой.
Я рубил конечности, пинался, бил ножом в шеи когда наваливался на щит, отбрасывал в распростертые объятия некоторых гребцов, которые их принимались душить и разрывать руками, а я продолжал лить кровь. Я рубил и крушил словно мясник, долго прозябающий в отпуске и соскучившийся по работе. Когда враги рядом кончились, то оказалось, что они забаррикадировались по ту сторону двери.
– Яйца Зигмара!
– стонал кто-то из раненых людей.
Не найдя рядом ключей, да толком и не занимаясь поисками, я поднял с пола один из мечей и не жалея лезвие, стал рубить и отдирать цепи как ломом у тех, кто испачканный в крови матросов стоял и протягивал ко мне скованные конечности.