Крысиные гонки

Дартс Павел

– Не, Вить. Мы сами по себе.

– Смотри там, Хорёк… Довыпендриваешься! – с угрозой в голосе заявила трубка, – Знаешь первое правило революции?? «Кто не с нами – тот против нас». Хер вы там отсидитесь. А у нас – Команда!

Вовчик положил трубку и посмотрел на друга.

– Говно они, а не команда, судя по командиру – сообщил Владимир, и Вовчик неопределённо пожал плечами. «Вступать» куда-то под чьё-то начало и «контролировать район, разоружать ментов» ему не улыбалось. Он всё сильнее и скорее хотел в деревню, в чистый свежий с запахами травы воздух, к посаженной картошке, с которой пора было собирать колорадских вредителей, к инструментам

и запасам. Возбуждение и боевые поползновения, вызванные битвой с гопниками за видеозал, уступили место привычной осторожности. Тем более что они вскоре столкнулись и с настоящими, профессиональными мародёрами; и эта встреча, как и сцена на рынке, оставила не очень приятные, мягко говоря, воспоминания.

Маленькие магазинчики и уличные ларьки-павильоны были уже или разграблены, или их содержимое было вывезено и попрятано хозяевами. На этот раз «шоппили» большой обувной магазин на одной из центральных улиц. Днём. Собравшаяся небольшая, человек в тридцать толпа, как водится, погалдела; несколько кликуш неопределённого возраста привычно уже постарались подзавести людей выкриками типа «Попрятались, буржуи; сволочи, в свои загородные дворцы; нахапались на нашем поте; гады, тут одеть нечего, ходить не в чем!..» – поскольку магазин был обувной; вскоре несколько парней кинули тяжеленную уличную мусорную тумбу на бетонном основании в жалюзи, – там хрустнуло, треснуло; тут же нашлись и монтировки, работа закипела. Со стороны начали подтягиваться ещё люди.

Друзья наблюдали за происходящим со стороны. Видно было как за клубящимися головами рывками стали выдёргиваться из пазов планки жалюзи – их тут же отгибали в сторону. Уже зазвенело витринное стекло. Вот кто-то уже скрылся в проломе витрины под отогнутой роллетой. Через некоторое время входные двери распахнулись изнутри, и в магазин хлынули мародёры.

– Пошли, что ли?.. Глянем? – вопросительно взглянул Вовчик.

– Пошли…

Внутри люди лихорадочно хватали обувь с полок, вытаскивали стопки коробок из-под витринных шкафчиков; не глядя толкали в сумки – друзья уже знали, что через полчаса это всё будет продаваться и меняться на стихийных мини-рынках, возникающих тут же, рядом с разграбленным магазином. Вспыхивали и тут же гасли ссоры.

Вовчик устремился в знакомый ему отдел, и успел урвать две пары туристических ботинок.

В магазине уже становилось посвободнее – нахватавшие обуви мародёры стали выбираться на улицу. Припоздавший давешний семейный толстяк, теперь уже без детей, но с женой, хлопотал, сгребая в сумки остатки: детские сандалики и мужские домашние шлёпанцы, расстроено наблюдая, как более удачливые «коллеги по шопингу» тут же, в зале, примеряют обновки и меняются добычей.

В это время в торговом зале появилась новая группа – три человека, двоих из которых Владимир узнал: это был седой пожилой мужик, которого он видел в ресторане во время перестрелки с кавказцами; и крепкий высокий парень, там же, в ресторане, паливший из револьвера – сам имевший дело с пистолетами в США, Владимир тогда не мог не отдать должное ловкости, с которой тот перемещался во время стрельбы. С ними был худенький подросток, нагруженный парой больших сумок, и настороженно, как зверёк, зыркающий по сторонам.

«Банда» – понял Владимир – «Что-то будет».

И точно. Пришельцы действовали быстро и слаженно. Лишь окинув взглядом уже порядком разгромленный магазин, они устремились к дверям в подсобку, на которую

до сих пор никто не обратил внимания. В руках высокого парня появилась увесистая монтировка, он вставил её в щель двери, приналёг; ему тут же помог седой – и дверь со скрежетом распахнулась. В руке седого зажёгся фонарик, луч мазнул в темноту подсобки – это явно был склад, штабелями на полках стояли обувные коробки. Он забрал у мальчишки сумки и скрылся в темноте.

Радостно увидев, что открылась новая, до этого ещё не разграбленная «поляна», к дверям в подсобку устремились оставшиеся ещё в магазине мародёры, но тут их ждал жёсткий облом: новые пришельцы не были расположены делиться. Первый же мужчина, приблизившийся к двери, без всякого предупреждения получил мощный удар ногой в живот от стоящего у двери высокого парня и отлетел в сторону, шмякнувшись о стену; ещё двое, не понявшие что произошло, были также мгновенно и жёстко повергнуты на пол, зажимая разбитые носы – парень орудовал кулаками так же профессионально, как и перемещался во время перестрелки; а на правой его руке Владимир увидел кастет…

– Аааа… Оооуууу… – задушено хрипел впечатанный в стену мужик, ему вторили, зажимая разбитые носы, ещё двое. Сунувшуюся было молодую тётку парень просто оттолкнул, а потом сопроводил футбольным пинком пониже спины, и она полетела, с грохотом сбив стеллаж. Остальные застыли на месте, боясь не то что приблизиться, но и сдвинуться с места, потому что худенький парнишка вдруг достал откуда-то из-под полы курточки двуствольный обрез охотничьего ружья и навёл его на мародёров.

– Вы… чего?... – пискнул только кто-то испуганно.

– Ничего. – сообщил высокий парень, – Мы закончим – вам останется. А пока – брысь отсюда.

– Так не делается… Это же всё…

– А ты пожалуйся на меня. Я чо сказал?? – он снял и сунул в карман кастет, и выдернул из-под полы джинсовки наган. Мародёры шарахнулись в стороны.

– Зачем же вы так с людя-я-ями!! – заголосил истошно женский голос.

– Вы, бараны, так лучше понимаете! – рявкнул парень.

– Толян… – в проходе показался седой, – Что тут? Ага. Иди сюда, поможешь. Сумки сумками – увяжем ещё стопкой, тут кой-что есть дельное.

– Ща, иду. – высокий парень окинул взглядом помещение, его взгляд скользнул и по Владимиру с Вовчиком, застывших поодаль; он хлопнул по плечу мальчишку, что-то сказал ему вполголоса, и скрылся в темноте склада. Мальчишка остался стоять в проходе, держа у живота обрез направленным на расползавшихся покалеченных мародёров; его наглый взгляд угрожающе упёрся и в друзей. Он демонстративно-нахально сплюнул на стену и перехватил поудобнее обрез, но ничего не сказал.

– Банда… – тихо выдохнул Вовчик, прижимая к груди новенькие ботинки.

– Профи… – вполголоса согласился с ним Владимир.

Получивший в живот пинка мужик наконец-то отдышался и поковылял на улицу; за ним потянулись, постанывая, размазывая кровь по лицам, и двое других. Остальные человек десять опасливо тусовались поодаль от подсобки, охраняемой вооружённым обрезом наглым подростком; напоминая повадками гиен, ожидающих пока закончат с трапезой львы, только что завалившие отличного буйвола; ждали пока те насытятся и уйдут, оставив гиенам остатки.

Чувствовать себя гиеной было не очень приятно, да и надобности большой в обуви Владимир не испытывал, но ему хотелось посмотреть до конца как действуют эти, судя по всему, вполне адаптировавшиеся к новой действительности хищники.