Кровавый ветер
Шрифт:
Он вернулся к турникету и спросил прыщавого охранника:
— А куда подевалась высокая блондинка? Полячка…
Мужчина пожал плечами:
— Ушла минут десять назад.
Флаэрти чертыхнулся.
— Где она живет?
— Вы меня с кем-то путаете, — ответил прыщавый. Маленькие глазки за стеклами очков настороженно смотрели на полицейского. — Слушайте, какая вам разница? Тут полно блондинок.
Флаэрти рванул охранника на себя и, впившись в него взглядом, повторил:
— Где она живет?
Прыщавый
— Слушайте, чего вам надо? Проблем? Я же сказал…
— Я слышал, что ты сказал. А проблемы как раз у тебя. Только не рассказывай, что у тебя нет списков. Ты не хуже меня знаешь закон о таких заведениях.
Прыщавый попытался выдержать взгляд Флаэрти, но у него ничего не получилось.
— Ясное дело, у меня есть списки, — угрюмо произнес он. — Подождите здесь.
Он подошел к окошку кассы, перебросился парой фраз с девушкой и минуту спустя вернулся, сжимая в кулаке клочок бумаги.
— Анна Брински, Аллингтон-плейс, 213,— произнес он, украдкой глянув на Флаэрти. — А что случилось? Если…
Флаэрти и не подумал дослушать охранника. Прыгая через три ступеньки, он спустился на первый этаж, выбежал за дверь и повернул налево. Промчавшись четыре квартала, он оказался на Аллингтон-плейс — узкой, плохо освещенной улице, по сторонам которой параллельно друг другу тянулись два ряда дешевых многоквартирных домов из песчаника. Детектив отыскал двести тринадцатый дом, отсчитав шесть зданий от угла. Таблички с номерами домов, истершимися от непогоды и времени, было невозможно разглядеть в темноте.
Оказавшись в вестибюле, Флаэрти зажег спичку и поднес ее к списку жильцов. Имя Анны Брински оказалось в самом конце. Выяснилось, что она проживала в квартире сорок три. Дверь открылась от одного касания, пропустив полицейского в длинный коридор, залитый бледным светом.
Флаэрти, не издавая ни звука, двинулся на цыпочках вперед. В одной из квартир хрипло стонало радио. Когда он проходил мимо, оно зашлось в кашле статических разрядов. До полицейского доносился храп и обрывки разговоров. В воздухе стоял тягучий запах жареной рыбы.
На лестничном пролете тускло светила лампа, освещавшая двери квартир. На каждом этаже имелось шесть дверей, а третья квартира была угловой. Когда Флаэрти добрался до четвертого этажа, он замер и прислушался, однако не услышал ничего, кроме недовольного голоса пьяной женщины, которая на что-то сетовала этажом ниже.
Пол был покрыт линолеумом. Звуки шагов гулко отдавались в коридоре. Детектив остановился у двери с номером 43.
Звонка не было, поэтому он два раза отрывисто постучал.
На минуту воцарилась тишина. Из-за двери спросили:
— Кто там?
— Анна? Я от Джонни, — хриплым голосом отозвался Флаэрти. — Сегодня встретиться не получится. Ему сели
Девушка что-то коротко с горечью сказала. Флаэрти осклабился. Когда дверь немного приоткрылась, полицейский налег на нее всем весом и, поднажав, ввалился внутрь.
В квартире ярко горел свет. В углу комнаты стояла неприбранная кровать, напротив нее — туалетный столик со сваленными в беспорядке вещами, а у окна — высокий торшер с разорванным абажуром. В воздухе висел тяжкий табачный дух. Кровать и пол покрывала раскиданная одежда, а на маленьком столике в центре комнаты громоздился открытый чемодан.
— Куда-то собралась? — поинтересовался Флаэрти, прислонившись к двери. — Что же ты, Анна, меня не предупредила?
Вьющиеся волосы ниспадали локонами на плечи девушки, одетой в грязный халат. Она мягко улыбнулась, однако выражение ее глаз осталось прежним — отсутствующим, чуть скучающим.
— Ну ты и дешевка, — бросила она. — Сам-то как думаешь?
— Довольно шуток, Анна, — сказал Флаэрти. — Я задал тебе вопрос.
Он запер дверь, пересек комнату и заглянул в крошечную кухоньку и ванную. Нигде никого не было.
Ухмыльнувшись, он повернулся к девушке:
— Значит, Джоуи Хелтон нас все-таки сдал. Придется его наказать.
Она села на кровать и взяла из массивной бронзовой пепельницы недокуренную сигарету.
— Чего тебе надо? — спросила она.
— Да ничего особенного, — ответил Флаэрти. — Просто скажи, где ты должна встретиться с Джонни Греком.
Она пожала плечами. Бретелька ночной рубашки соскользнула вниз, и девушка ленивым движением вернула ее на место.
— Я не знаю его… не знаю этого Джонни.
— Ты, сестренка, напрасно теряешь время, — прищурился Флаэрти. — Где вы собирались с ним встретиться?
Вместо того чтобы ответить, она уставилась на кончик дымящейся сигареты. Флаэрти, отвернувшись, подошел к чемодану и принялся в нем копаться. Он брал платья одно за другим и, ощупав их, кидал на пол.
Глаза девушки, на которые падал свет лампы, потемнели. Она резко выплюнула какое-то слово, но Флаэрти его не понял.
Он поднял взгляд, задержав его на мгновение на девушке.
— Можешь не переводить то, что ты сказала, — молвил он. — Не могу похвастаться рыцарским обращением с дамами.
Опустошив чемодан, он подошел к кровати и потянулся к записной книжке, которую Анна пыталась спрятать за спиной. Стоило ему наклониться, как девушка неожиданно бросилась на него словно тигрица. Он двинул локтем ей в подбородок, услышал, как клацнули зубы, и тут же скривился от боли — Анна ударила его ногой в живот. Полицейский схватил девушку за руку, стиснул ее, резко вывернул и продолжал выкручивать, пока Анна не обмякла, застонав от боли. Детектив грубо швырнул девицу на кровать и взял сумочку.