Кровавая одержимость
Шрифт:
Тиффани выглядела ошеломленной, и Брук протянула руку, чтобы пригладить волосы подруги. Этот агрессивный и яркий стиль удивительно шел ей, выглядя эффектно даже на больничной койке.
— Но пока хватит об этом. Я больше не могу заниматься серьезными вещами, — Она прикусила нижнюю губу, пытаясь подавить свой энтузиазм, а потом встала и попятилась к двери. — Есть кое-кто, с кем я хочу тебя познакомить.
— Наполеан? — осторожно уточнила Тиффани.
— Просто подожди, — ответила Брук.
Она открыла дверь, придерживая ее бедром, и
— Смотри! — гордо воскликнула она.
Глаза Тиффани расширились от удивления.
— О боже, какой красивый ребенок, — Она протянула здоровую руку и дотронулась до младенца указательным пальцем, а затем хихикнула, когда ребенок крепко и уверенно схватил его и улыбнулся ей. — Не думаю, что когда-либо видела такого красивого ребенка. Чей он?
Брук заколебалась, а потом глубоко вздохнула и вымолвила:
— Он мой. Помнишь?
Тиффани перевела взгляд с лица ребенка на Брук и обратно.
— Что ты сказала?
Брук с трудом сглотнула и вздернула подбородок, надеясь продемонстрировать больше уверенности, чем чувствовала на самом деле. Вся ситуация была крайне ошеломляющей, независимо от того, как она преподнесла ее.
— Он мой сын. Вернее, наш с Наполеаном.
— Ах, да… — кивнула Тиффани и почти улыбнулась.
А потом мягко упала на кровать, свесив здоровую руку в сторону и теряя сознание.
Глава 30
Наполеан молча стоял и наблюдал за поразительным количеством сильных мужчин, их судеб и детей, которые родились в доме Джейдона. Окинув взглядом большой церемониальный зал, он невольно подумал: «Все хорошо». Несмотря на все потрясения и непрекращающиеся битвы на протяжении столетий после первоначального проклятия, светлые вампиры процветали.
Он повернулся, чтобы посмотреть на свою судьбу, которая стояла рядом с ним и держала на руках их ребенка, его стремительно развивающегося новорожденного сына. Наполеан сделал быстрый вдох, его сердце затрепетало в груди. Брук можно было любоваться вечно. Красивая. Величественная. Такая же величественная, как любая рожденная в королевской семье женщина. Такая же настоящая, как ночное небо. Такая же красивая, как закат.
Ее черные волосы блестели словно шелк на фоне безупречной кожи, а ослепительные голубые глаза дополняли элегантное платье с полупрозрачными рукавами с разрезами
Наполеан подавил улыбку. За то короткое время, что он знал Брук, мужчина полюбил эту причудливую привычку и ее полную нижнюю губу. Нижняя часть его тела оживилась, и он быстро перенаправил свои мысли в другое русло: они пришли сюда не для этого.
Слева стоящий Рамзи откашлялся. Чертова гиперчувствительность вампиров! Справа от него Жюльен и Саксон понимающе улыбнулись. Низкий, почти неслышный предупреждающий рык мгновенно остановил всех троих мужчин, три пары глаз почтительно уставились в пол.
Так-то лучше. Наполеан расправил свои широкие плечи и выпрямился, повернувшись лицом к собравшимся. Когда его глаза остановились на особой группе приближенных, он не смог сдержать улыбки: в первом ряду стояли Маркус и Киопори, которая нежно держала на руках Николая. Рядом с ними, держась за руки, стояли Натаниэль и Джослин, а молодой Брайден Братиану гордо держал Шторма.
Маги, Нико Дурсяк и Янкель Лузански, которые пришли в долину Темной луны, чтобы помочь Накари спасти своего короля, стояли рядом с Брайденом в знак солидарности, представляя собой как Накари, так и его отсутствующего брата, Кейгена.
Наполеан положил руку на поясницу Брук, и они вместе шагнули вперед. В комнате воцарилась полная тишина. Не было слышно даже дыхания. Как только предвкушение достигло своего пика, Рамзи Олару поднял подбородок, обвел рукой аудиторию и начал говорить гордым, повелительным голосом:
— Мои братья, все потомки Джейдона, древние, мастера и новички, наши любимые дети и почитаемые супруги, которые являются душой нашего дома, я приветствую вас на одном из самых важных событий, которое мы когда-либо увидим в своей жизни, — Вампир мягко усмехнулся, ну, настолько мягко, насколько мог такой суровый мужчина. — Спустя огромное количество времени, о чем Наполеан просил не упоминать, я имею особую честь наконец-то руководить церемонией бракосочетания нашего верховного и очень, очень древнего лорда, а также церемонией наречения его новорожденного сына.
Толпа захихикала, и Наполеан любезно улыбнулся, надеясь сохранить хоть какое-то подобие достоинства на священной церемонии. Он знал, что Рамзи Олару никогда не смог бы строго придерживаться сценария, но король был настолько переполнен гордостью и радостью, что ему было просто все равно. Он одобрительно кивнул, и Рамзи продолжил.
Повернувшись лицом к королевской чете, вампир нервно сглотнул.
— С великой радостью и от имени всего дома Джейдона я приветствую вас в этот день, милорд, мой брат, потомок Джейдона, древний мастер правосудия, супруг дочери Андромеды, отец этого новорожденного ребенка, родившегося под знаком Овна, который обосновался на небесных звездах Альфа, Бета и Гамма. Какое имя вы выбрали для этого новорожденного мальчика?