Кровавая одержимость
Шрифт:
Ружье вылетело у того из рук, словно его притянули мощным магнитом, вырывая из крепкого захвата. За оружием последовал сам мужчина. Словно привязанная к нитям марионетка, он поднялся с земли и полетел по воздуху прямиком к Наполеану. Король не унизит себя, подходя к врагу. Враг придет к нему сам.
Чтобы принять свою смерть.
Наполеан бросил взгляд через плечо и быстро оценил состояние Брук.
— Ты ранена?
— Нет, — прохрипела она испуганным голосом, предусмотрительно спрятавшись за его спиной. — Что происходит? Это другой вампир? Один из тех темных?
— Нет, — фыркнул Наполеан.
— Почему он пытался
— Он пытался убить тебя.
Брук охнула.
— Меня?! Но почему? Кто он, Наполеан?
Наполеан зло и бесстрастно рассмеялся.
— Он покойник, любовь моя. Ходячий труп.
* * *
Адемордна — демон-близнец богини Андромеды, покровительницы Наполеана, позволил надменному королю поднять его с земли и протащить по воздуху как какой-то мусор. Как там говорят в одной пословице: дареному коню в зубы не смотрят?! Тело Гейба Лоренца хорошо ему послужило. Было бы неплохо попасть в женщину хотя бы одной пулей до того, как оно умрет, но вполне сойдет и так. Тело, в которое Адемордна скоро перенесется, будет мощнее, чем любая другая плоть, обитающая на земле.
Скоро он будет ходить, дышать и существовать как древнейший Наполеан Мондрагон.
И до конца «Кровавой луны» Андромеды — когда Наполеан потерпит неудачу и не сможет принести необходимую жертву «Кровавому проклятию» — Адемордна намеревался в полной мере использовать мощные физические данные Наполеана, на всю катушку, так сказать. Он улыбнулся в сладком предвкушении. Пусть его слуги в доме Джегера продолжат приносить в жертву первенцев, взрослых сыновей, проливая свою собственную драгоценную, дьявольскую кровь, чтобы сохранять Адемордна живым в течении оставшихся двадцати четырех дней «Кровавой луны». Для них это будет весьма полезно. Научит смирению. В конце концов, Адемордна был темным лордом. Таким же божественным созданием, как и энергия его близнеца, Андромеды. Они должны его почитать. Ему тоже полагалось уважение. Кроме того, невыносимая скорбь тех, что останутся в живых, добавит изысканный вкус этому празднику подношений, редкий деликатес для его требовательного вкуса.
Адемордна посмотрел на древнего короля, и его сердце быстрее забилось в ожидании: мужчина оказался более чем впечатляющим. На самом деле, сила Наполеана была великолепной, непревзойденной. Она освещала вампира, как яркое солнце полуденное небо. Намного более мощная, чем он ожидал.
Очень многое было накоплено за долгие века.
Он мог чувствовать пульсирующую вокруг магию Наполеана, абсолютную власть над элементами. Он практически ощущал древние знания о человечестве и вампирах. Этот мужчина был больше, чем простой сосуд из плоти и крови. Этот король был близок к тому, чтобы стать богом.
Адемордна вздрогнул и покачал головой, приближаясь к суверенному правителю дома Джейдона. Он не ожидал, что испытает такое… возбуждение… от одной мысли поселиться в теле Наполеана, и понял, что ему придется слегка изменить свои планы. Да, он выполнит условия «Кровавой одержимости», оставаясь в теле короля оставшиеся двадцать четыре дня договора. Он проследит, чтобы Наполеана Мондрагона больше не существовало в конце «Кровавой луны», но также извлечет нечто невероятно ценное из данного положения. И таким образом щедро вознаградит всех своих верных слуг из дома Джегера за их кровь и жертвы.
Он будет достойным господином, воистину почитаемым
Адемордна облизнул губы, когда план созрел в его голове. Он использует тело Наполеана, чтобы спариться с человеческой женщиной, как и планировал невежественный король. Он позволит проклятию идти своим чередом, используя семя Наполеана, чтобы зачать обещанных сыновей — близнецов: одно дитя тьмы и одно дитя света. Затем он передаст новорожденных младенцев, но не сущности «Кровавого проклятия», злобной, мстительной аберрации, все еще требующей свой фунт плоти спустя тысячелетия после первородного греха. Он отдаст обоих малышей верным темным из дома Джегера. Священный дар от темных лордов долины Смерти и теней. А что случится или не случится с Брук в тот момент не будет иметь никакого значения.
Он мысленно рассмеялся. Сыновья Джегера могут вырастить, пытать или убить светлого наследника. Сделать все, что сочтут нужным. Так или иначе, Наполеан не сможет принести необходимую жертву, и будет обречен на мучительную гибель, проклятие уничтожит мощного монарха раз и навсегда.
А темное дитя? Оно будет жить!
Порожденный сущностью «Кровавого проклятия», ребенок будет наполовину отвратительной мерзостью и наполовину чистейшей силой, живой сущностью величайшего короля — величайшего существа, когда-либо ступавшего по земле. Сила ребенка будет неоспоримой. Неудержимой. Он станет чистым и ненасытным злом.
У темных появится свой собственный король, которому они будут поклоняться. Мужчина, не имеющий себе равных, избранная, теневая душа, что поведет их к бесчестью. И со смертью Наполеана ребенок однажды начнет последнюю битву между добром и злом. Которая приведет к окончательному уничтожению сыновей Джейдона.
И все это благодаря темному лорду Адемордна.
Демон облизнул губы, практически ощущая грядущую победу.
Да, все это намного превосходило его ожидания.
Глава 16
Брук прижималась к земле позади Наполеана, все еще ошеломленная внезапной перестрелкой, не говоря уже о том, что Наполеан поймал каждую быстро выпущенную пулю голой рукой и вырвал ружье из рук напавшего одной силой мысли. Она до сих пор ощущала запах жженой кожи в том месте, где пули опалили его плоть, хотя он не выказывал никаких признаков физической боли. Словно был невосприимчив к ней.
Взглянув в его хмурое красивое лицо, она была поражена ярким красным светом, который обрамлял темные зрачки его глаз. Взгляд был таким гневным, что ей стало почти жаль напавшего на них. Почти.
Выжить любой ценой — мощный инстинкт, Брук знала это слишком хорошо. Только на этот раз она была не одна. На этот раз она не была беспомощной. На этот раз мужчина, возвышающийся рядом с ней, разберется быстро и окончательно с их врагом. Ее врагом.
Эта мысль ее напугала. Почему кто-то в Лунной долине вдруг захотел причинить ей вред? Такие вещи обычно происходили только в фильмах!
Брук поползла по земле и остановилась прямо у ног Наполеана, когда летевшее по воздуху мужское тело приблизилось, беспомощная против едва сдерживаемой силы Наполеана, словно перышко на ветру. Мышцы на спине вампира напряглись от едва сдерживаемой ярости, женщина не сомневалась, что была в полной безопасности позади его мощной фигуры.