Кровь

Альбин Сабина

По лицу Бэлы не понятно, шутит она или нет. Паша теряется, а Бэла продолжает, похлопывая его по груди:

— Ты забудь, что я там говорила в аэропорту. Это я так со зла ляпнула. Не всерьёз.

Паша, сглотнув:

— Белка, с тобой, и правда, что-то не то, — хмуро разглядывает её лицо, — Ты это, тоже… Не обращай внимания. Я ведь так, для хохмы. И про Драгана тоже. Он отличный мужик.

Их прерывают Штефан и Даниель.

— Smo vama tezave povzrocili tukaj. To sta morala storiti znova? (Задали мы вам

тут работы. Вам пришлось делать всё заново?) — участливо интересуется у Паши Даниель.

Бэла переводит:

— Извини, что проверили ловушку без вас. Теперь вы снова здесь из-за нас трудитесь.

— А! Ничего. Я даже не удивился. Драган хотел проверить сразу, как только мы сделали, но мы отговорили. Мы-то хотели, чтобы доктор увидел.

Даниель:

— Doktor je bil prevzet. (Доктор был впечатлен.)

Бэла:

— Доктору понравилось.

Штефан, некоторое время мявшийся рядом, наконец решается заговорить, обращаясь к Бэле:

— To je dobro! Kaj pa Vi? (Это хорошо! А Вы что скажите?)

Паша красноречиво вскидывает брови и отходит к часовне.

Бэла, проводив Пашу ироничным взглядом:

— Мы все онемели от восторга, и я, в том числе.

Даниель тактично переводит сказанное на ухо Штефану.

— Vesel sem, da smo Vas navdusili. Zdi se, da ni tako preprosto narediti vtisa na Vas. (Я рад, что мы впечатлили Вас. Вы кажетесь не такой уж впечатлительной.)

Бэла улыбается одними глазами и отвечает нейтральным тоном:

— Странно.

Послушав Даниеля, Штефан поясняет:

— No, veste toliko veliko stvari. In slovenscino, in anglescino… (Ну, Вы так много всего знаете. И словенский, и английский язык…)

Бэла явно польщена:

— Да просто у меня был хороший колледж.

Паша, который вроде бы занят делом, тем не менее кричит:

— Целых полтора года, пока замуж не выскочила.

Даниель и Штефан одновременно оглядываются на смеющегося Пашу, а Бэла в это время жестом показывает ему: «Хорош! Завязывай!» — проводя ребром кисти по горлу. На вопросительные взгляды Даниеля и Штефана, она лишь отрицательно мотает головой — «неважно».

Штефан, осторожно подбирая слова, возобновляет разговор с Бэлой:

— Vedno sem mislil, da Bela je princesa iz pravljice. Prvic sem spoznal Belo v resnici. (Мне всегда казалось, что Бэла — это принцесса из сказки. Первый раз встречаю Бэлу в реальной жизни.)

Даниель, видимо, решив, что его присутствие уже лишнее, тихо отходит в сторону.

Бэла с изящным поклоном:

— Принцесса Арабела.

Штефан обрадованно восклицает:

— Princesa Arabela! Torej, Vase ime je Arabela? (Принцесса Арабела! Так Вас Арабела зовут?)

Паша снова вмешивается со своим комментарием:

— Белка, ты ври, да не завирайся!

Штефан опять оборачивается на Пашу, и тот машет ему рукой — «давай

сюда уже».

— Imejte dober dan, Arabela! (Хорошего Вам дня, Арабела!) — прощается Штефан, тихо улыбаясь из-под усов, и возвращается к работе.

Бэла с серьёзным видом кивает ему на прощание, а Паша не может сдержать очередного приступа смеха. Бэла, подойдя к Паше, с улыбкой грозит ему кулаком. Он перехватывает её кулачок своей огромной лапищей и с наигранным почтением целует:

— Помилуйте, Ваше Величество!

Бэла искренне смеется:

— Вот то-то же!

— Ладно, увидимся!

Паша скрывается в часовне.

Бэла находит глазами Даниеля, который стоит поодаль, разговаривая по телефону. Заметив, что Бэла освободилась и идет к нему, он поспешно прощается:

— Dobro, oce, adijo! (Хорошо, пап, пока!)

Бэла и Даниель идут дальше. Бэла обращает на Даниеля пристальный взгляд:

— О чем это мы говорили?

— No, najprej sem se opravicil… (Ну, сначала я извинился…)

— А-а-а! — радостно вспоминает Бэла, — Я отвлеклась на всякие частности. Ты мне объясни, что произошло перед зеркалом.

Даниель пожимает плечами:

— Tega se sam ne razumem. Mogoce, Liza je pravica, in smo pritegnili odsev. Po pravici receno, prvic vidim kaj takega. (Тут я и сам не знаю. Может быть, Лиза права, и мы выманили отражение. Честно говоря, первый раз такое вижу.)

— Вот как? Значит, не у меня одной картинка мира похерилась.

Даниель озадаченно переспрашивает, неумело по слогам повторяя, по-видимому, незнакомое слово:

— Po-hje-ri-las?

Бэла поясняет знаками — перечеркивает пальцем в воздухе воображаемую картинку, и на всякий случай дублирует это жестом перекрещенных указательных пальцев.

Даниель понимающе:

— A!

Бэла возвращается к интересующей её теме:

— Я была уверена, что вампиры в зеркале не отражаются, а ты?

— Ja, to je cudno. Vem zagotovo, da Daragan nima odseva. In tocno tako mi je pokazal, da je vampir. Mimogrede, na fotografiji in videu, se enako ne… (Да, это странно. То, что Дараган не отражается в зеркале, это я точно знаю. Так он, в общем-то, и раскрыл мне, что он вампир. На фото и видео он, кстати, тоже…)

Даниель, очевидно, что-то припомнив, сам себя прерывает:

— Poslusaj, res si spoznala, da Dragan je vampir samo zaradi besed Lize? Samo se je salila. In crni prah, on nic ne pomeni. Vsak lahko ga ima. (Слушай, неужели ты только из-за слов Лизы поняла, что Драган — вампир? Она же просто шутила. А чёрный порошок, он ничего не значит. Он мог оказаться у кого угодно.)

— Если бы чёрный порошок ничего не значил, ты бы не пытался заткнуть мне рот. Разве нет?

Даниель ошарашен осознанием собственной ошибки, и голос его срывается на особенно высокие нотки: