Кровь нуар
Шрифт:
Джейсон встал и подошел к зеркалу, стал поправлять галстук.
— Я поехал в колледж в Сент-Луис, а он остался вблизи столицы штата. Но до меня доходили слухи, будто пару раз против него выдвигали обвинения в изнасиловании на свидании. Их снимали, до суда дело не дошло, но я про Кейта верю. На слово «нет» он не очень хорошо реагирует.
— А его папочка выдвигается в президенты, отстаивая семейные ценности, — заметила я.
— Вот поэтому, наверное, такая спешка, чтобы его женить.
— Все
— Быть сволочью — это ничем не лечится, — улыбнулся Джейсон. — Он подошел, протянул мне руку. Я взяла ее, и он поставил меня на ноги. — Поехали в больницу.
— Я думала, сперва поедим?
Он покачал головой:
— Если начнем для удобства переодеваться, мне захочется секса, а ты точно указала, что потом долго приводить себя в порядок. Мне отчаянно не хочется ехать к отцу, значит, надо это сделать сейчас и покончить с этим.
— Я думала, это я предпочитаю срывать бинты рывком, а не ты.
— Видимо, годы созерцания твоей храбрости повлияли и на меня.
Это меня даже смутило.
— Какая там храбрость. Меня в самолете чуть не вывернуло от страха.
— Пока я тебя не знал, я думал, что храбрость — это значит не бояться. Ты меня научила, что храбрость — это быть в полном ужасе и все равно делать то, что надо.
Он притянул меня ближе к себе. Из-за одинакового роста в этом объятии была та интимность, которая бывала с Микой. Когда смотришь не вверх, а прямо на мужчину.
Я рассматривала его лицо, пытаясь найти страх, о котором он говорит.
— Я вижу скорее гнев, чем испуг, Джейсон.
— Стараешься, не заметив комплимента, перейти к делу?
Я пожала плечами — несколько неуклюже, потому что обнимала его, а он — меня.
Он придвинулся почти вплотную, и мы соприкоснулись от груди и живота до бедра. Это было хорошо, и мне не нравилось, что это хорошо. Да, я никогда не говорила, что собственная сексуальность не вызывает у меня протеста.
Но сейчас снизить уровень сексуальности помогло отношение Джейсона. Он придвинулся из дружеских чувств, а не начиная прелюдию.
Он улыбнулся мне — скорее даже оскалил зубы.
— Да, я злюсь. Злюсь, что Саммерленды загубили мое детство, как сейчас хотят загубить мой последний приезд к отцу. Злюсь на отца. Злюсь, что не позволил маме раньше мне позвонить. Да черт побери, я и на нее злюсь, и на сестер, что не позвонили раньше. Могли позвонить, и сидели вокруг этого домашнего тирана и ждали его позволения.
— Он и правда тиран? Или ты со злости так?
Джейсон обнял меня, зарылся лицом в волосы, будто хотел меня вдохнуть.
— Ты его вскоре увидишь, суди сама. Я его ненавидел и так много лет пытался полюбить, что не могу судить ясно.
Я обняла
— Пусти, я туфли надену. Такси вызываем?
— Ага, — ответил он, протягивая руку к телефону.
Глава тринадцатая
Такси не могло выехать с дорожки перед отелем, если только не давить репортеров. Но такой акт, наверное, считается нарушением Первой Поправки, а я целиком на стороне Конституции. Да и вообще убийств не люблю.
Водитель обернулся к нам:
— Мистер Саммерленд, простите, но мне не проехать.
— Моя фамилия… о черт!
Джейсон уставился на толпу, рванувшуюся к нам по дороге, нас окружили. Где же те слуги, что раньше тут стояли? Отовсюду вспыхивали блицы, репортеры орали вопросы:
— Кто она? Вы расстались с Лайзой? Свадьбу отменили?
— Б-блин, — сказал Джейсон тихо, но с чувством.
Окна закрыли люди и объективы. Я заставила себя дышать ровно и медленно, но клаустрофобия не хотела уходить. Черт.
Наконец в толпе репортеров появились охранники в форме и слуги отеля и начали дюйм за дюймом отталкивать репортеров. Такси стало подавать вперед, но даже с охранниками и слугами нас остановили.
Кэбби повернулся и посмотрел на нас:
— Ну что, бросим это дело?
— Кажется, придется, — ответил Джейсон.
Я выглянула и увидела, как толкаются друг с другом охранник и фотограф.
— Мне тут не проехать, — сказал таксист.
Джейсон посмотрел на меня:
— Если бы не этот поцелуй, что я сегодня устроил, я бы сказал, что хрен с ними. Но здесь моя вина.
Я только посмотрела на него — а что я могла сказать? Он хотел вызвать скандал, и у него получилось.
Охранник постучал в стекло, Джейсон приоткрыл его. Охранник объявил:
— Мне кажется, мистер Саммерленд, вам придется вернуться. Для гарантии вашей безопасности нам нужно больше людей, потому что эти поедут за вами всюду и не отстанут. Это опасно.
— Что вы предлагаете нам делать?
Еще один охранник подошел к окну, его толкали сзади.
— Мы не можем очистить дорогу так, чтобы пропустить такси. Если только не бить по головам.
— На это у нас нет разрешения, — возразил первый. Судя по тону, с этим разрешением он бы радостно прошелся по репортерам, помахивая дубиной. Что за охрана такая?
— Мы сейчас их оттесним, и вы выйдете из такси. Нас тут хватит, чтобы встать вокруг вас кольцом. Вы только оставайтесь в центре, и все будет отлично.
Он говорил уверенно, но глаза этой уверенности не выражали.
Я выглянула из-за плеча Джейсона:
— Нас же затопчут!
— Нет, мэм, мы вас защитим. Это наша работа.