Кроу

Робинсон Кэндис

— У нас тут небольшое нашествие фук, — сообщил им Аво, пока они поднимались всё выше и выше. — Большинство гвардейцев нарушили клятвы и сбежали вскоре после ухода Оза. Сначала мы пытались открыть дворец для жителей Изумрудного города, но никто не смог пройти сквозь барьер Пастории.

— Это о многом говорит, — задумчиво произнес Кроу.

— Согласен, — подтвердил Аво, оглядываясь на Кроу и Реву каждые несколько шагов. — Та страна Оз, которую ты помог создать, была для нас настоящим золотым веком. Ты помог Дороти спасти наш мир и избавил нас от Злой Ведьмы.

Кроу

поморщился, но промолчал, хотя ему отчаянно хотелось защитить Реву. Он знал, что она, скорее всего, кипит от ярости за его спиной.

— Все говорят о том, какой ты добрый, и до того, как Волшебник снял твое проклятие, и после. Всегда готов помочь, так говорят. И ты самый умный фейри, которого они встречали. Я слышал, ты детально изучил каждое проклятие.

— Лучше знать, как снять проклятие, до того, как его наложат, — небрежно бросил он.

Не было нужды объяснять, что он надеялся понять, что именно сделала Телия, чтобы победить Реву. Было и его собственное проклятие — Проклятие Невежества, — которого он хотел избежать в будущем. По крайней мере, те исследования закончились тем, что он узнал о вещице Короля Гномов, способной потенциально отразить его. Просто у него её не было под рукой.

— И избежать повторного проклятия, я уверен, — продолжил Аво. — Ты был единственным из «Золотой четверки», кто не сорвался и не позволил проклятию разрушить себя. Если спросишь меня, то ты — настоящий герой, не считая Дороти. У тебя есть и мозги, и сердце, и храбрость.

— Мозги, сердце и храбрость, жопа ленивая, — сердито пробурчала Рева себе под нос.

Кроу обернулся и ухмыльнулся.

— Это была командная работа, — сказал он Аво, но приложил руку к груди над сердцем и указал на Реву. — Кстати, о Леоне — он тоже мертв. А Тин навсегда избавился от своего проклятия. Он помог нам победить Лангвидер и Леона.

Он намеренно не упомянул о возвращении Телии, хотя знал, что слухи уже ползут. Именно так он и узнал, что она была с Тином.

— Это правда? — отчаянно спросил Аво. — Лангвидер и Леон мертвы? А убийца больше не бессердечный?

— Это правда, — пообещал Кроу.

В глазах Аво заблестели слезы.

— Ты снова спасешь нас.

Это не было вопросом, что заставило Кроу почувствовать себя неуютно. Это было слишком тяжелое бремя, когда он просто хотел сосредоточиться на мести за свою семью.

— Вот мы и пришли, — сказал Аво, указывая на ярко-зеленую дверь с темно-изумрудной полосой посередине. Облезающая золотая филигрань обрамляла её от потолка до пола. — Личные покои Оза.

— Спасибо. — Кроу мягко сжал плечо Аво и вошел в комнату.

Большой стеклянный шкаф с зельями стоял прямо напротив него, притягивая взгляд. Он поспешил к нему и с надеждой в груди начал просматривать выцветающие этикетки. Там было множество флаконов разных форм и цветов. Некоторые с заостренными крышками, другие совершенно круглые, третьи — изогнутой формы. Были эликсиры, которые пузырились, зелья, которые кружились, словно их помешивали, и жидкости, мерцающие в слабом свете комнаты. На нижней полке стоял ряд жестяных коробочек со

стеклянными крышками, в которых виднелись гранулы и таблетки.

— Попробуй вот это, — сказала Рева, вставая рядом с ним. — Написано «Восстановление».

Кроу выудил синий флакон из личной коллекции Оза. Это могло означать восстановление костей или восстановление чего угодно другого, особенно учитывая, что Оз был смертным. Иногда он называл вещи иначе, чем фейри.

— Или это. — Рева подняла коричневый пузырек с надписью «Исцеление».

— Как думаешь, в чем разница? — спросил Кроу, его пальцы нервно дернулись.

Осознание того, что это может быть опасно, медленно закрадывалось в голову. Что, если зелья искалечат его еще больше? Или, без знания правильной дозировки, убьют?

— На этом написано «Кости». — Рева протянула ему третий флакон, на этот раз прозрачный, с крошечным камешком на дне жидкости.

Кроу невесело рассмеялся.

— Если бы ты хотела изуродовать мое тело, были бы способы и попроще.

— Я буду иметь это в виду, если эти не сработают.

Кроу осторожно убрал флаконы в сумку.

— Сначала я покажу их целителю.

— Ты говоришь так, будто у нас есть время, — с раздражением заметила она.

— А ты говоришь так, будто у нас есть время разбираться с тем, что у меня вырастет лишняя конечность.

— Твоя способность оборачиваться не то чтобы очень полезна, — отрезала она. — Будь она таковой, Локаста умерла бы в ту же ночь, когда ворвалась в наш дом.

Кроу побледнел. Она была права, но это ужалило больнее, чем её разряд молнии. Будь он сильнее той ночью — обладай он лучшей магией — вся их жизнь сложилась бы иначе, так как он мог злиться на её вспышку? Не проходило и дня, чтобы он не винил себя.

— Прости, Рева, — тихо сказал он, чтобы Аво не услышал её имени. Большинство знало её как Злую Ведьму Запада, и хотя никто не произносил её имени после проклятия, многие всё еще его помнили.

На её лице промелькнула мимолетная эмоция. Сожаление? Она открыла рот, чтобы ответить, когда из шкафа рядом с аптечкой донеслось мягкое царапанье.

— Черт, — крикнул Аво. — Быстрее. Это фука!

Глава 8

Рева

Какого черта фуки забыли во дворце? Этим проклятым тварям вообще не место в Изумрудном городе — Ониксовом городе — или где-либо поблизости. Их дом — окраина Юга, у границ Великой Песчаной Пустыни, куда они были изгнаны.

Несмотря на то, что ей ужасно не хватало присутствия Озмы, Рева чувствовала облегчение от того, что подруги здесь нет: бороться с этими гнусными тварями без магии было бы самоубийством. Просто убежать или залезть повыше не выйдет — они умеют летать. В «темном месте» ни у кого не было крыльев.

— Быстрее! — крикнул Аво, разворачиваясь и выбегая из бывших покоев Волшебника.

Рева схватила Кроу за локоть и потащила за собой. Тот рванул вперед, и она последовала за ним по коридору, догоняя Аво.