Крона огня
Шрифт:
Когда аудиенция закончилась и кесарь отлучился на зов матери, вечно занятый делами верховный казначей откланялся, сославшись на загруженность, оставил мастера Рейнара с его новым помощником.
– Понятно, – дослушав пылкого юношу, кивнул Лис. – В бою уже бывал?
– Я сражался с абарами в день великой сечи. – Тот гордо расправил плечи и с вызовом поглядел на собеседника, явно намекая, что тот на поле боя как раз отсутствовал.
– Молодец, жив остался, – словно не замечая тонкого укола, кивнул начальник экспедиции. – Если и из этой заварухи живым выйдешь, появится шанс увидеть внуков.
– Если
– Сколько жить – не нам решать, а вот как – над этим стоит поработать. Слава быстролетна, кладбища полны храбрецов, которым не досталось даже облезлого перышка из крыльев этой ветреной девицы. Но вернемся к нашему делу. Ты хорошо знаешь окрестности?
– Неплохо. Однако все же не столь хорошо, как разбойники. Они наверняка из местных жителей.
– Если из местных – полбеды, – задумчиво почесал голову Сергей. – Но сам посуди, селения вокруг крохотные, так что каждый на виду. Сколько ни прячься, всегда какой-никакой следок да отыщется. А вот если пришлые, скажем, те же солдаты из отряда твоего отца, у них там и база в лесу точно имеется…
Шарль посмотрел на собеседника с нескрываемым восхищением.
– Я как-то не подумал об этом, возможно, так и есть. В прежние времена они привыкли жить, ни в чем себе не отказывая, теперь же, покуда не назначен должным образом новый майордом Нейстрии, перебиваются, как могут.
– Вот и я об этом. – Лис приятельски водрузил руку на плечо юноши. – Учись, пока я жив.
– Непременно, – пообещал Шарль.
– Значит, так: покуда движемся без лишнего шума, отряд будет ждать в Форантайне. Берем несколько наиболее толковых парней и тихой сапой направляемся в разведку. Но если это и впрямь вояки из лесной крепости, они всерьез позаботятся спрятать следы. Как только мы найдем доказательства, устроим западню.
– Отличный план. Я готов отправляться хоть сейчас.
– Не-не-не, без фанатизма! Сейчас дело к ночи, – прокомментировал Лис. – Завтра на рассвете выезжаем, а пока развейся, отдохни, одним словом, подыши ароматами Парижа. – Он вспомнил зловоние выгребных ям, сточных канав, переплетающееся с запахами рыбного рынка и мясных рядов. – Заодно энтузиазм и тяга к странствиям подрастут. Давай, спокойной тебе ночи!
Напутствовав таким образом юношу, он вызвал на канале связи благородную даму Ойген. Та, вспомнив, должно быть, экскурсию, проведенную еще в школьные годы, рассыпалась соловьем о секрете булатной стали, некогда утерянном, однако же вновь обретенном усилиями генерала Аносова.
– Нет, – покачал головой Дагоберт, услышав о технологии производства, как смешиваются в тигле разнородные частицы металла и углей, – абарские мечи не такие.
– В каком смысле не такие?
– Они живые.
– Как это, живые? – насторожилась Женя.
– Представления не имею. О том, что живые, знал еще прадед моего прадеда. А уж откуда он проведал об этом… – Кесарь развел руками.
– Но ведь этот ваш достойный предок жил очень давно, а мечи появились совсем недавно, – не унималась Евгения Тимуровна.
– Мечи появились давно, и все еще появляются…
Лис с интересом слушал беседу своей воспитанницы с юным самодержцем, не решаясь войти, чтобы не прервать разговор. В этот миг на канале связи появился всполошенный
– Господин инструктор! – воскликнул он, отпрыгивая в сторону, чтобы уклониться от каменной глыбы этак в половину его роста высотой. – У нас тут рыбий скелет.
– Ценное наблюдение.
– И труп хаммари с языком.
– Лучше б вы его просто языком взяли. Труп-то нам зачем? – Еще один камень рухнул совсем неподалеку. – Что у вас там вообще происходит? Начался сезон перелетных валунов?
– Не, это Фрейднур вход в пещеру разгораживает.
– А, стало быть, субботник у него. Ладно, давай по порядку: шо у тебя за объедки?
– Вот, – сэр Жант радостно продемонстрировал длинную плоскую гибкую пластину рыбьего хребта. – Баляр сказал, что она похожа на абарский меч.
– И шо? У меня вон кулаки похожи на молот советского герба, я ж по этому поводу торжественных шествий не устраиваю. Баляру можно, он человек дикий, охотится на четвереньках. У них клинки из костей – это верх развития технологий. Но ты-то потомок крестоносцев, чемпион всего, чего ни попадя, по историческому фехтованию, ты-то должен знать, из чего куются мечи! – Он вдруг осекся, после паузы потребовал: – А ну-ка, покажи мне, шо там за трофей.
– Вот, – сэр Жант поднес к глазам странную пластину, согнул ее, отпустил, и та выпрямилась, как ни в чем не бывало.
– Слушай, реально, занятная штуковина. Тут Дагоберт что-то пытался втолковать, что абарские клинки вовсе не булат, что они живые, буквально, обладают сознанием. А шо, ежели предположить невероятное: внутри данной, с позволения сказать, кости имеется некий, условно говоря, мозг. Благодаря ему и получаются навороченные клинки, которые сами знают, что и как рубить.
– Странно как-то звучит, – не сдержавшись, усомнился сконфуженный принц Нурсии.
– Странно – не то слово. Абсолютно бредово! А вдруг так и есть?
Глава 10
Вооруженный знанием познает и все прочие виды вооружения.
Прикинуться тяжело больным, тем паче израненным, для Бастиана не составило ни малейшего труда. В школьные годы он частенько притворялся несчастным мучеником, чтобы в иезуитском пансионе, где проходил азы обучения, вместо песчаника науки поглощать что-нибудь более удобоваримое и вкусное для питания мозга. Врожденный артистизм помогал ему в такие мгновения выглядеть столь несчастным, что суровые фельдфебели воинства Христова оставляли болезненного юношу выздоравливать по воле Господа. Воля обычно была сильна, и выздоровление наступало, едва закрывалась дверь за блюстителями школьного порядка.