Крона огня
Шрифт:
– Надо отсюда выбираться, – бодро сообщил Карел, пытаясь определить по солнцу, с какой стороны восток, с какой запад.
– Куда? – неожиданно грустно спросил Фрейднур.
Простое немудрящее слово потрясло молодого оперативника. С утра, кроме как о голоде и добыче, великан не сказал ни единой фразы.
– К нашим, – удивленно ответил он.
– К нашим, – словно пробуя слова на вкус, протянул гигант. – А кто наши? – Он шумно выдохнул, демонстрируя печаль-тоску и вызывая небольшую осыпь на склоне.
Видя уныние побратима, сэр Жант
– Ты погоди, я сейчас взберусь на скалу, гляну, куда это нас занесло, вернее, занес.
Нурсийский принц честно попробовал исполнить обещанное, однако без альпинистского снаряжения взобраться на крутой, почти отвесный склон не представлялось возможным.
– Давай я подниму, – участливо предложил Фрейднур, глядя на терзания соратника. Но и этот вариант не дал желаемого результата.
– Похоже, мы в западне, – подытожил результаты безуспешных попыток Карел. – Ничего, сейчас попробуем по-другому.
Он вытащил из сумки заветную дудочку и что есть силы дунул в нее, точно желая выбить застрявшие там ноты струей воздуха. Баляр появился тотчас, серый хвост его мелькнул перед глазами «заплутавших путников», и сам юноша вырос точно из-под земли, недовольно оглядывая хозяина музыкального инструмента и его спутника.
– Ну, что еще? – Губы, да и все лицо молодого вождя невров были заляпаны кровью. – Ты мог бы дергать меня пореже? Я тут, между прочим, обедал. Такого оленя завалили! – Баляр мечтательно поглядел в небо, затем на окружающие скалы. – А где это мы?
– У тебя хотел спросить, – ответил Карел.
– Представления не имею. Ну, я пошел.
– Стой! Куда это ты пошел? – сэр Жант стальной хваткой вцепился в предплечье вождя, не давая тому снова превратиться в волка и исчезнуть. – Нам отсюда выбраться нужно.
Невр по-волчьи оскалился и, недобро сверкнув глазами, процедил:
– Мне тоже.
– Ну, так давай, зови своего шамана.
Баляр попытался высвободить руку, но тут же был подхвачен широченной, как лопата, пятерней Фрейднура.
– Корм? – изучающе, почти нежно глядя на гостя, спросил тот.
– Нет, нет! – Принц Нурсии встревоженно замахал руками. – Поставь на землю!
– Шаман не пойдет, – оказавшись на твердой почве, буркнул оборотень. – Тут чужая земля и чужие боги.
– Бог един! – возмутился Карел, в юные годы посещавший Пражский кафедральный собор.
Баляр только криво ухмыльнулся в ответ.
– Не пойдет шаман.
Он снова огляделся, напрягся, точно заметил притаившуюся меж камней змею.
– Хаммари?
– Дохлый, – пренебрежительно махнул рукой нурсийский принц. – Дракон его расколотил.
– А это у него что? – он с некоторой опаской подошел к зубастому колобку, внимательно осмотрел, увидел рыбий скелет, зажатый в многопалом кулаке, и попытался вытащить. Дюжина пальцев крепкой хваткой сжимала добычу. Баляр наступил на запястье, стал давить на пластину хребта, используя ее как рычаг. – Хорошая штуковина, – пояснил он, – ребра
Карел внимательно поглядел на странный остов. И впрямь размерами и формой рыбий хребет напоминал клинок меча.
– Оставь, нам эта штука самим пригодится.
Баляр отвернулся от хаммари, вновь глянул недобро, оскалился, не желая делиться трофеем, но, своевременно вспомнив о неуемном аппетите великана, предпочел ретироваться: момент – серый хвост, мелькнувший перед глазами, и запах свежей добычи на месте юного вождя.
– Да уж, помощничек выискался! Охоту мы ему, видишь ли, поломали… Где б он сейчас охотился, когда бы мы с тобой вовремя не подоспели! – Он глянул на задумчивого спутника, нахмурившегося при упоминании еды. – Ну-ка помоги, – требовательно попросил Карел.
Фрейднур радостно схватил «зверушку», тряхнул ее и принялся выкручивать из захвата «клинок». После встряски нижняя челюсть мелкого чудища отпала, и из пасти быстрее стрелы выхлестнулся длиннющий, метров в пять, язык, заканчивающийся тускло светящимся утолщением.
– Это еще что?! – Карел достал из ножен меч и осторожно прикоснулся к светящемуся наросту. Еще мгновение, и клинок намертво прилип к языку. Мышцы, получив нужный сигнал, тут же сократились и с огромной силой потянули удилище обратно в пасть. Сэр Жант напрягся со всех сил, пытаясь не отдать прожорливому трупу казенное оружие. – Фрейднур, на помощь! – Но и без того великан уже схватил каменного рыболова, оторвал его от клинка, с яростью бросил об скалу.
– Вот спасибо! – Сэр Жант осмотрел булатную сталь в том месте, где к ней прикасался язык хаммари – на крепчайшем металле виделся ряд мельчайших углублений, точно странный язык имел своеобразные коготки. – Ничего себе! – присвистнул он, возвращая меч в ножны.
– Я тут хребет раздобыл, – похвалился великан, легко счищая со стальной пластины тонкие ребра. – Еще я хочу есть.
– Я тоже хочу. Было бы что. Здесь, похоже, крупнее мух ничего не водится.
– В пещере водится, – как ни в чем не бывало, сообщил Фрейднур.
– В какой еще пещере?
– В той, – он кивнул в сторону валунов, должно быть, скатившихся с горной кручи еще до появления человека. – Совсем близко.
Лис внимательно слушал улыбчивого юношу, в красках живописующего свои приключения на лесной дороге близ аббатства Святого Эржена. После того, как кесарь Дагоберт в ответ на мольбы архиепископа Реймсского и рассказ юного геристальца приказал Рейнару возглавить баронские отряды, направляющийся на охоту за дерзкими злодеями, Шарль из Люджа немедленно вызвался участвовать в экспедиции. Его можно было понять – не к лицу воину, даже столь юному, оставлять безнаказанным дерзкое оскорбление. Лицо Шарля из Люджа дышало отвагой, обтягивающая широкие плечи кольчуга не скрывала, а лишь подчеркивала его силу, развившуюся не по годам и уже нашедшую достойное применение.