Кроманьонец
Шрифт:
Я ожидал встречных вопросов, если не ко мне, то к Туро уж точно! Нет. Узнав, что соплеменники живы и стадо в сохранности ни Уро, ни Тун, ни Тано - мать Туро никаких вопросов не задали. И мне показалось, что идея переселиться на равнину хоть и оставила их равнодушными, но и протеста не вызвала.
После ужина, я поинтересовался, как им так быстро удалось раздобыть козлят. Ответил мне Тун. Оказалось, что коз на крутых горных тропах много. Места нужно знать. А поймать козлят - дело привычное. Пообещал как-нибудь показать.
На закате лесная тень выползла
Я сложил все камни в корзину и устроился у костра. Прежде, чем сон сморил меня, еще долго перебирал самородки, мечтая и споря с самим собой, как много полезных вещей смогу теперь сделать! И что стоит попытаться изготовить в первую очередь?..
Глава 22
Залита туманом река, вьется среди темных кустов.
За лугами распалялась заря. Облака в высоте уже горели, но солнца пока еще не видно. Я смотрел, как над краем горизонта четко прорезался багрово-красный шар и медленно стал выкатываться, окрашивая в рубиновый цвет ряды скошенной травы. Как стекала роса в изумрудно-матовой зелени, полыхали малиновые клевера, белые ромашки и донники в золотистых сережках. На отстроенный пару дней назад сенник, который вот-вот начнет заполняться, чтобы наши козы пережили зиму. Вспоминал, как непросто мне все это далось.
Уро согласился переселиться на равнину. Я не уговаривал. Он сам так решил. Поначалу все было просто замечательно. Добрались до дюны без приключений. Здоровякам так понравился мой топор, что когда они узнали, для чего я несу полную корзину "ненужных" камней, взялись сами ее тащить. И несколько головок кремня по дороге я с молчаливого согласия вожака туда же пристроил. Вот только не успела еще утихнуть радость соплеменников от встречи, как верзила принялся командовать. Ладно бы только своими, но он и мне, и Утаре нашел, чем заняться! Пастух решил построить новый дом и сарай для коз, а нам предложил (я мягко выражаюсь) пасти стадо.
Тогда ночь была звездной, а утро выдалось хмурым, роса долго стояла на траве, и начинало сильно парить, ветерок почти не чувствовался. "Быть грозе" - думал я. Когда Уро начал диктаторствовать по небу плыли кучевые облака похожие на холмы - сверкать будет долго! Вот если бы облака столбами стояли, то отгремело бы быстро. Вспомнив Туро, боящегося грома, подумал, что яблоко от яблони далеко не падает. Подбоченясь, заявил верзиле:
– Уро, не зли духов!
Вожак пастухов обернулся, посмотрел
– Ты чего?
– он спросил так, на всякий случай, а по блеску ставших злыми глазенок, я понял, что сейчас меня будут бить.
– Духи привели твой род в это место. Так?
Шагающий ко мне Уро, остановился.
– Так.
– Но ведь я приютил твоих женщин, детей и коз. А потом, слушая духов, пошел и нашел тебя, Туна и Тано. Так?
– Так, - согласился он и будто перестал злиться.
– Сейчас духи говорят мне, что тебе нужно построить дом, - его лицо просветлилось, - Особенный. Для травы, которую зимой будут, есть козы. А мне они велят сделать из "ненужных" камней орудия, чтобы срезать траву.
Наблюдая за ним, я понял, что коз пасти нам с Утаре все-таки придется. Но искренне верил, что не долго. Покрасневший как рак вожак рявкнул:
– Я сказал!
Он махнул рукой, указывая на животных и резко развернувшись, пошел к лесу. Соплеменники, не выражая эмоций, потопали за ним. Только Туро как-то странно на меня посмотрел. Догнав Уро, он хотел что-то ему сказать, но в последний момент, наверное, передумал, оглянулся, потом, словно сбрасывая наваждение, мотнул головой и пошел со всеми дальше.
– Лоло, зачем ты притащил их сюда?
Крыть было нечем. Конечно, Утаре по-своему права. Жили, не тужили, вначале отгребли забот полный рот, а теперь и вовсе, будто не наш это дом и не хозяева мы в нем...
– Все будет хорошо! Сегодня нам не придется пасти животных, а что будет завтра, посмотрим.
– Как, не придется?
– удивилась любимая.
– Скоро начнется ливень. В небесах засверкает и загремит...
– Правда?..
– Конечно, милая. Беги, прячь в дом наши шкуры, а я пока привяжу коз, чтобы со страху они не разбежались.
Утаре кивнула и побежала снимать с растяжек шкуры. Я, нарубив кольев, обходил животных. Вспомнив, как в деревнях бабульки оставляли своих коз на лугах, привязанных веревкой за колышки, решил и этих устроить таким же образом. В присутствии волчиц козы вели себя смирно и даже сами жались к ногам, косясь на хищниц. С этой работой справился за часок или около того. Потом сходил к реке, выкупался, а тут забарабанили по воде первые крупные капли. Услышав далекие раскаты, я мстительно улыбнулся.
И долго еще на реке булькало, всхлипывало, крапало и вздрагивало на траве. Голубые полосы дождя туманились в небе, разжигались огненные разводы над лугами и лесом. А гремело как!..
Гроза ушла ночью. На небе стали появляться звезды, ветер уносил серые клочья облаков на восток. От земли запахло сыростью. Как я и предполагал, пока лил дождь, и громыхало в небе, пастухи тряслись от ужаса в лесу. На дюну они вернулись только с рассветом. Правда, до этого пришлось мне сделать еще одну работенку за них. Две козы с вечера блеяли. Их жалобный стон пробивался через шум ненастья и земляные стены нашего дома. Прихватив горшки, пошел их доить.