Кривой дом (сборник)
Шрифт:
— Об одном из них.
— А копам?
— Об одном из них, том же самом.
Линда пристально посмотрела мне в глаза. Она немного побледнела и выглядела усталой.
— Вы выдумали это,— наконец сквозь зубы процедила она.
Я усмехнулся и кивнул, как бы соглашаясь с ней.
— Значит, дублона Брашера вы не брали. О’кей. А как насчет развода?
—- Это не ваше дело.
— Согласен. Спасибо, что вы согласились поговорить со мной. Вы знаете парня по фамилии Ванньяр?
— Да.— Ее лицо застыло.—
— Очень близкий друг.
— Когда-нибудь ему будут устроены пышные похороны.
— Намеки всегда двусмысленны,— заметил я.— И насчет этого парня — тоже. Каждый раз, когда о нем заходит речь, люди замыкаются.
— Морни убьет его, если он не отвяжется от Лоис.
— Да что вы говорите! Лоис сама сумеет постоять за себя. Это каждый может заметить.
— Возможно, Алекс этого не замечает.
— Во всяком случае, к моей работе Ванньяр не имеет отношения. Он не связан с Мардоками.
Линда скорчила гримасу.
— Вы так думаете? Ладно, я скажу вам кое-что. Нет причины скрывать это. Я просто большой ребенок с открытым сердцем. Ванньяр знаком с Элизабет Брайт Мардок, и знаком очень хорошо. Он никогда не приходил к ней в дом, но, пока я жила там, звонил много раз. Несколько раз я подходила к телефону. Он спрашивал Мерль.
— Это странно. Мерль, вы не ошиблись?
Линда снова погасила окурок в вазе и бросила его в корзину.
— Я устала,— неожиданно заявила она.— Уходите, пожалуйста.
Я встал.
— Спокойной ночи и большое спасибо. Желаю вам удачи.
Я вышел, а она осталась стоять, заложив руки в карманы белого пальто.
В Голливуд я вернулся в два часа ночи. Оставил машину на улице и поднялся к себе в квартиру. Ветер совсем стих, а воздух был сухой и жаркий. В квартире все еще пахло сигарой Бриза. Я открыл окна, снял костюм и повесил его. Потом вынул из кармана счет.
Счет компании, производящей материалы для дантистов.. Некий X. Р. Тигер приобрел 30 фунтов кристобалита и 25 фунтов алебастра.
Я взял телефонный справочник и стал искать фамилию Тигер. Вдруг в голове у меня что-то сработало, и память услужливо подсказала то, что я искал. Его адрес: Западная Девятая улица, 422. Там же, где Белфонт-билдинг. «Зубопротезная лаборатория X. Р. Тигера» — табличка на одной из дверей на шестом этаже Белфонт-билдинга. Это я заметил после визита к Элише Морнингстеру.
Но даже Пинкертоны нуждаются в сне, а Марлоу — тем более. И я лег спать.
Глава 20
В Пасадене было так же жарко, как вчера, но большой красный дом на Дрезден-авеню казался холодным, а нарисованный на стене негр по-прежнему был печален. Та же самая бабочка летала над теми же кустами — во всяком случае, так мне казалось,— и я вдыхал тот же запах цветов. Та же
Горничная закрыла дверь. Я сел, положил шляпу на пол, а миссис Мардок так же, как вчера, уставилась на меня.
— Ну?
— Плохо дело,— заявил я.— По моему следу идут копы.
Старуха явно заволновалась.
— Вот как! Я считала вас более опытным.
Я пожал плечами.
— Когда я вчера ехал от вас, за мной следовал мужчина в двухместной машине. Не знаю, что он делал здесь и как сюда попал. Я избавился от слежки, но он оказался в холле отеля возле моей конторы — снова следил за мной, и я попросил его объяснить, что все это значит. Он сказал, что знает меня и нуждается в помощи. Просил приехать к нему домой на Бенкер-хилл и поговорить с ним. Я поехал туда после встречи с мистером Морнингстером и нашел этого человека на полу в ванной убитым.
Миссис Мардок отхлебнула немного портвейна. Возможно, ее рука дрожала, но в комнате было темно, и я не уверен в этом.
— Продолжайте.— Она откашлялась.
— Это был Джордж Ансон Филлипс. Молодой блондин, довольно молчаливый. Он назвался частным детективом..
— Никогда не слышала о таком,—холодно,— сказала старуха.— Никогда не видела его и ничего о нем не знаю. Вы думали, что я наняла его следить за вами?
— Не знаю что и думать. Он говорил, что мы могли бы объединить наши силы, и дал понять, что работает на кого-то из членов вашей семьи. Большего он не сказал.
— Большего и не могло быть. Можете быть в этом уверены.— Баритон старухи звучал безапелляционно, она была неприступна, как скала.
— Вы считаете, что знаете все о членах своей семьи, но, по-моему, это не так.
— Я знаю, что вы допрашивали моего сына вопреки моему приказу,— холодно сказала старуха.
— Я его не допрашивал. Это он допрашивал меня, вернее, пытался это сделать.
— Мы поговорим об. этом позже,— грубо оборвала меня старуха.— А теперь о человеке, которого вы нашли убитым. Вы сообщили в полицию?
— Естественно. Они хотят, знать, почему он следил за мной и над каким делом я работаю. О чем он говорил со мной. Зачем пригласил меня к себе и почему и пошел. Но это только половина дела.
Она допила портвейн и снова наполнила бокал.
— Как ваша астма?
— Плохо,— ответила старуха.— Продолжайте свой рассказ.
— Я повидался с Морнингстером. Об этом я говорил вам по телефону. Он пытался сделать вид, будто дублона Брашера у него нет, но потом признался, что ему предлагали эту монету, и сказал, что еще не поздно купить ее. А позже вы сказали, что монету вам вернули.