Кривой дом (сборник)
Шрифт:
— На карточке, которую он мне дал, было написано по-другому,— заметил я.
Бриз чуть подумал, потом кивнул.
— Верно. Возможно, иногда он писал по-другому. Ни на обложке дневника, ни в нем самом Имен не было. Может быть, для него это была своеобразная забава — имитировать печатный шрифт.
— Как в стенографии Пеписа?
— А что это такое?
— Когда-то один человек написал дневник, разработав новую стенографию.
Бриз посмотрел на Спанглера, который стоял около кресла и допивал виски.
— Надо это проверить, а то он подсунет нам второе
Спанглер поставил бокал на стол, и они направились к двери. На пороге Бриз оглянулся и посмотрел на меня.
— Вы знаете высокую блондинку?
— Может быть. Но насколько высокую?
— Просто высокую, Я не знаю ее роста. Про нее сказали, что она высокая. Это сказал некий. Палермо, владелец дома на Коурт-стрит. Мы зашли к нему в «Похоронные принадлежности». Он владелец и этого заведения. Так вот, Палермо говорил, что видел, как в половине четвертого из этого дома вышла высокая блондинка. Управляющий Пассмор не видел никакой высокой блондинки. «Воп» сказал, что она симпатичная. Я .поверил ему, потому что он подробно описал ее. Как она входила в дом, Палермо не видел — заметил только, когда выходила. На ней были брюки и спортивная куртка, на голове — платок. Волосы очень светлые — они выбились из-под платка.
— Мне это ни о чем не говорит,—сказал я.— Но я вспомнил кое-что другое. Я записал на конверте номер машины Филипса. Может быть, по нему вы узнаете его предыдущий адрес. Минутку.
Они ждали, а я пошел и достал из кармана пиджака конверт, который и передал Бризу. Тот посмотрел на номер и убрал конверт в бумажник.
— Значит, вы думали об этом?
— Конечно.
— Ну и ну! — покачал головой Бриз. И повторил: — Ну и ну!
Они ушли.
Я запер дверь и вернулся допивать виски. В бокале осталось совсем немного, и я по1нел на кухню, чтобы наполнить его. Остановившись у окна, я смотрел на верхушки эвкалиптов, подпирающие темное небо. Ветер снова шевелил их. С улицы доносился легкий шум. Я допил виски и пожалел, что нет еще бутылки. Ополоснув бокал, налил воды со льдом.
Было уже больше одиннадцати вечера, а я все еще не мог оценить ситуацию. Надо разобраться в ней или рассказать все копам — пусть они поработают со старухой и ее семьей. Наняли Марлоу, а в результате в деле полно копов. Зачем беспокоиться? Зачем сомневаться или смущаться? Зачем страдать подозрительностью? Консультируйтесь с хладнокровным, осторожным и благоразумным детективом. Филипп Марлоу, Глевью, 7537. Приходите ко мне, и вы познакомитесь с лучшими копами города. Зачем отчаиваться? Обращайтесь к Марлоу, и вскоре за вами прибудет машина.
Нет, эти мысли никуда меня не приведут. Я вернулся в гостиную, закурил уже остывшую трубку; мне казалось, будто я курю резину. Я положил трубку на стол и встал посреди комнаты, сунув руки в карманы и закусив нижнюю губу.
Раздался телефонный звонок, я взял трубку.
— Марлоу? — спросил кто-то грубым, хриплым шепотом.
Этот шепот я уже слышал.
— Да,— ответил я.—Это снова ты?
— Возможно, ты неглупый парень,— продолжался шепот.— Возможно, ты захочешь, чтобы у тебя было все в порядке.
—
— Пять сотен должны тебя вполне устроить.
— Лучше гранд. Что надо делать?
— Держать свой нос подальше. Хочешь поговорить о деле?
— Где, когда и с кем?
— Клуб «Долина холостяков». В любое время, когда приедешь туда.
— Кто ты?
В трубке послышался смешок.
— Спросишь у ворот Эдди Прю.
Раздался щелчок, и связь прекратилась. Я положил трубку.
Почти в половине двенадцатого я выехал из гаража и направился в cтopoнy Кочуэнга-Пасс.
Глава 17
Примерно в тридцати километрах к северу от города широкие бульвары с цветами сменились парками, которые тянулись до самых холмов. Потом пустынная дорога стала виться среди холмов. Вокруг —ни одного дома. Это и была Долина холостяков.
Позади первого холма, в стороне от дороги, стояло невысокое белое здание с черепичной крышей. Под крышей над крыльцом светилась надпись: «Патруль Долины холостяков».
В этом месте дорога была перекрыта воротами, посредине которых красовалась надпись большими буквами: «СТОП!»
Я остановился. Мужчина в униформе со звездой подошел ко мне, поправил кобуру с револьвером и заглянул в машину.
— Добрый вечер! Я не могу вас пропустить. Это частная дорога. Куда вы едете?
— В клуб.
— В какой?
— В клуб «Долина холостяков».
«Восемьдесят семь — семьдесят семь». Так мы его называем. Вы имеете в виду дом мистера Морни?
— Верно.
— Я полагаю, вы не член клуба?
— Нет.
Тогда надо проверить. Сюда пропускают только членов клуба или тех, кто живет здесь. Видите ли, тут кругом частные владения.
— Ворота не ломать?
Мужчина улыбнулся.
— Ворота не ломать.
— Я Филипп Марлоу,— представился я.— Еду к Эдди Прю.
— Прю?
— Он секретарь мистера Морни или кто-то в этом роде.
— Подождите, пожалуйста.
Он подошел к дому, откуда вышел другой страж, тоже в форме. Позади меня остановилась и засигналила машина. Из открытой двери патрульной службы доносилось щелканье пишущей машинки. Мужчина, который разговаривал со мной, посмотрел на. подававшую сигналы машину и махнул рукой. Ворота открылись. Длинный зеленый «седан» с откидным верхом объехал мою машину и скользнул в ворота. На переднем сиденье я успел разглядеть трех, шикарных леди с сигаретами во рту и равнодушными лицами. Мигнув красными огнями, машина скрылась в темноте.
Мужчина в форме снова подошел ко мне.
— О’кей, мистер Марлоу. Отметьтесь у офицера в клубе. Клуб в полутора километрах отсюда. Увидите освещенную стоянку и номер на стене. Только номер. Восемьдесят семь — семьдесят семь. Пожалуйста, отметьтесь там.
— А зачем нужно это делать?
Мужчина был очень холоден, очень вежлив и очень тверд.
Нам надо знать точно, где вы. Это нужно для охраны Долины.
— А если я не отмечусь?
— Вы шутите?
— Нет, просто хочу знать.